Глава 4. Исчезновение метки

Рихард Эрлинг

– Оставьте нас! – рявкнул я и оглядел хмурым взглядом лекаря и его помощников.

– Лорд Эрлинг… – тихо произнёс старичок. – Вы истекаете кровью, как и ваша жена. Если вам не помочь, вы до утра не дотянете.

– Выйди, я сказал! – хрипло рыкнул я, почувствовав, что ещё немного – и мой дракон вырвется наружу и спалит здесь всё к чертям троллевым.

Лекарь подпрыгнул и, схватив какую-то палку, выбежал наружу, за ним последовали его подмастерья. Дверь хлопнула, и этот звук отозвался в голове внезапной болью.

– Мне надо побыть с моей истинной, – прошептал я и удивился тому, как назвал свою жену. Истинной я не называл её долгое время. Год, может, два. После того, как мы перестали спать в одной постели, я забыл, что значит быть мужем. Дайна была для меня женой в нашем замке, супругой Эрлинг – на людях.

Никаких ласковых имён или прозвищ. Всё обыденно, без каких-либо эмоций. Моя наречённая не вызывала внутри меня никаких приятных чувств. Я не желал её, не любил, не ревновал. Ничего такого.

Но сегодня словно что-то изменилось. Когда я увидел её на снегу и подумал, что потерял, внутри что-то ёкнуло. Слабый импульс сердца, выбросивший в кровь непонятные эмоции. Мне это не понравилось настолько, что захотелось избавиться от всего, что вызвало подобное.

Я вообще не любил, когда чувства вмешивались в мою обыденную жизнь. Контролируя свои эмоции, я мог спокойно управлять драконом, сражаться и убивать врагов. Вести дела замка, встречаться с гостями и иметь своих любовниц так часто, как захочу.

Никаких чувств, только холодный расчёт.Мне это нравилось. Но сегодня что—то пошло не так.

Резкая боль пронзила меня, и я зарычал, приложил руку к боку, почувствовал, как ладонь мгновенно стала влажной. Пальцы окрасились в красный.

Схватив со стола тряпку, прижал к коже и сморщился. Боль не отпускала, пронзала тонкими иголками и заставляла сжимать кулаки.

Если регенерация не произойдёт, я умру от потери крови. Здесь, на полу, прямо у ног своей истинной. Недостойная смерть для дракона.

Я сел рядом с женой и взял её за руку. Погладил тёплую кожу и только сейчас заметил, что на запястье нет метки истинности.

Внутри вскипела такая ярость, что я вскочил, и не чувствуя боли, схватил другую руку. Может, метка там? Мыслить рационально не получается.

– Не могла же она исчезнуть? – произнес я вслух и взглянул на жену, в надежде, что она очнется и внесет ясность в эту непонятную ситуацию.

Но вдруг вспомнил, как жена последнее время жаловалась на то, что метка стала мерцать и иногда пропадать. А ещё ей было плохо и мутило из-за этого. Я не придал значение её словам и посоветовал сходить к врачу.

Что же с ней было не так?

Потрогал место на руке, где ещё вчера была метка, и сглотнул вдруг образовавшийся в горле комок тревоги. Мурашки пробежали по спине.

И в этот момент я почувствовал, как мой дракон проснулся. Он всё понял. Его драгоценность, его истинная покидала нас. И теперь я боялся, что и мой дракон уйдёт. Я потеряю его.

Нет ничего страшнее для таких, как я, чем потерять своего зверя. Свою вторую ипостась. Всё равно что стать инвалидом, ущербным, недочеловеком. Меня пробрал такой страх, что я больше не смогу летать, парить, кружить в небе. Я буду ни на что не способен. Я буду никем. Стану невидимкой, без зверя и своей истинной.

– Дайна! – крикнул я, надеясь, что от моего голоса жена проснётся, и объяснит, какого черта пропала её метка. – Бурлящее пекло, что же ты натворила?!

Я был уверен, что исчезновение метки – вина моей ненаглядной. Недосмотрела, упустила, вовремя не сходила к нашему лекарю со своей проблемой. И теперь из-за неё я мог потерять своего зверя, который сейчас внутри меня творил что-то невероятное.

Он хотел вырваться, прижать к себе свою истинную, воспарить с ней в небе и показать всем и каждому, своё сокровище. Он хотел её спрятать и никому не показывать.

Отмахнувшись от чужих мыслей, я сделал пару шагов до двери и обратно. Здесь особенно не разгуляешься. Мне надо было подумать, что делать дальше.

А ещё меня огорчало то, что наша с женой истинность всегда защищала меня от ранений. Когда я находился рядом с Дайной, мои раны – если и случались – быстро заживали. Но сейчас мы были с ней уязвимы. Что я, что Дайна, если ничего не предпринять, могли умереть.

Услышав стук в дверь, я хотел подойти и открыть её, но, кажется, силы совсем покинули меня. Поэтому, крикнув, что открыто, я присел на стул, рядом с тем столом, где сейчас возлежала Дайна.

– Лорд Эрлинг, можно? – спросил командир и заглянул в тускло освещённое помещение.

– Да. Заходи.

– О, мой лорд, ты выглядишь паршиво, – покачал головой бородач Удрукс и, прислонившись к стене, сложил на груди руки. – Совет хочешь?

– Говори. – Я прижал руку к боку, надеясь унять боль, но сделал только хуже. глазах помутилось, и я начал заваливаться.

– Э-э-э-э! – закричал командир и бросился ко мне. – Только этого не хватало, чтобы в моей крепости умер дракон. Затан, Карот, сюда. Живо!

В небольшое помещение ворвались люди и подхватили меня под руки.

– Нет! – крикнул я что было сил. – Положите меня рядом с истинной, она напитает меня своей силой.

– Рихард, послушай. Твоя жена умирает, так же, как и ты.

– Нет, – моя голова упала на грудь, – только не она. Я не хочу. Я не могу…

Меня положили на деревянную лавку, и тут же начались какие—то манипуляции с моим телом. Дракон молчал, не возникал, не распылялся, кажется, он уснул или просто покинул меня. Только этого не хватало. Когда мне нужен этот зверюга, он оставляет меня. Предатель! Если найду, убью… отдам на калоши.

– А-а-а-а! – застонал я, когда юнец пролил на меня что-то вонючее, а дальше его сменил сам лекарь. Не спрашивая и не думая, он воткнул мне в бок иголку и начал меня зашивать.

Понимая, что сопротивляться бесполезно, я решил, что впасть в беспамятство будет самой лучшей идеей. А если подумать, будет хорошо, если я умру вместо Дайны, и наконец-то увижу нашу маленькую Виви.

Стоило мне об этом подумать, как я провалился в тёмную и страшную пустоту и поверил в то, что умер.

Но… утром меня разбудил стук в дверь, и, вскочив с деревянной лавки, я понял, что отлежал себе всё, что только можно.

А ещё в голове прояснилось, и я всё вспомнил. Холодный пот прошиб меня, и резкая боль в боку дала о себе знать. Не обращая на неё внимания, я пошёл в соседнее помещение, надеясь увидеть свою Дайну.

Я мечтал ей рассказать о том, что мне приснилось. То, от чего захотелось снова жить. Открыв дверь, я заглянул в комнату и замер. В висках застучало, и я услышал рык моего дракона. Он почувствовал то же самое, что и я.

На столе, где вчера лежала моя истинная, никого не было. Стол был пуст, и это могло означать только одно: моя Дайна больше не с нами.

Загрузка...