Хотя до дома Джесси Райан было совсем недалеко, казалось, что Эмма Уэстон живет в совершенно другой части города.
Седжли расположен на шоссе А459 между Дадли и Вулверхэмптоном и состоит из нескольких микрорайонов: Хай-Аркал, Тюдор, Котуолл-Энд, Браунсволл и Джиро-Сити[20], получившего свое название из-за того, что большинство его жителей жили на пособие.
Но сейчас Стейси оказалась в Бикон-Истейт, районе старой застройки, известном тем, что жильцы здесь сваливали мусор на соседние участки, а также различными склоками и многочисленными пожарами. Главной достопримечательностью района был Бикон-Хилл, свалка для мусора и краденых машин, которую часто посещали цыгане.
Несмотря на эту зловещую репутацию, район не шел ни в какое сравнение с районом Холлитри[21], так что многие наиболее проблемные семьи добровольно предпочли Бикону застройку в Брирли-Хилл.
Некогда ухоженные лужайки, изгороди из кустов по границам участков и ящики для цветов на окнах постепенно уступили место домам, построенным на горах мусора и окруженным жухлой травой, с грязными тюлевыми занавесками на окнах. В конце улицы располагалась общественная парковка, занятая сломанными машинами и полуразбитым «домом на колесах».
Перейдя дорогу, Стейси прошла мимо вполне приличной «Вольво», которая выглядела совершенно неуместной на этой богом забытой улице.
«Хозяин, должно быть, смельчак, что оставляет машину без присмотра», – машинально подумала она, пробираясь по косо уложенной плитке, ведущей к дому Уэстонов.
Дверь открыла сильно накрашенная девочка, посмотревшая на Стейси с подозрением.
– Вы кто? – спросила она, прежде чем Стейси успела открыть рот.
Констебль показала свое удостоверение.
– Детектив-констебль Стейси Вуд. Я по поводу Джесси. Можно войти?
Отрицательно покачав головой, Эмма Уэстон набычилась, как будто Стейси собиралась насильно ворваться в дом.
– Я уже все сказала, – грубо произнесла она.
Стейси знала, что вчера здесь был констебль, чтобы получить показания Эммы для отчета, но сама она уехала в Хейлсовен еще до того, как констебль вернулся в участок.
– Может быть, повторите всё еще раз? – Стейси, перед лицом грубости со стороны девочки, старалась вести себя как можно любезнее.
– Она пришла, мы послушали музыку, съели пиццу, и она ушла домой. В обычное время. Вот и всё.
– Может быть, ее что-нибудь беспокоило? – поинтересовалась Стейси.
Эмма покачала головой.
– А она что, вообще не говорила о ссоре с отчимом?
– Они все время ссорились, – девочка закатила глаза. – Этот мужик…
– Он что, бил ее? – Стейси подумала, что, может быть, на этот раз он переборщил.
– На этот раз, по-моему, обошлось без этого. Но в другие разы – да.
– Эмма, а у Джесси был мальчик?
Девочка покачала головой и прищурилась.
– Она ваша лучшая подруга? – не унималась Стейси.
– Ага, – ответила Эмма, словно готовилась защищаться.
– Тогда вы расскажете мне, если что-то узнаете?
– Ага, – повторила девочка.
– Хотя вас вроде бы никак не волнует то, что Джесси пропала, – заметила Стейси, чувствуя, что девочка начинает ее злить. Может быть, подружки не были так близки, как думает миссис Райан?
– Я просто отвечаю на ваши вопросы, и всё.
– И вас совсем не волнует ее судьба?
Эмма закатила глаза.
– Джесси почти шестнадцать, – сказала она так, будто с момента, когда ей исполнилось пятнадцать, ее подруга успела приобрести колоссальный жизненный опыт. – С ней всё в порядке, и она вернется, когда успокоится. Не дергайтесь.
– Вы такая спокойная потому, что она и раньше исчезала? – уточнила Стейси.
– Джесси сама может о себе позаботиться, – Эмма пожала плечами. – Она сильнее, чем кажется на первый взгляд.
– А вы что-нибудь знаете об отце Джесси? – спросила Стейси, посчитав, что девочки достаточно давно знают друг друга.
– С какой стати? Она и сама-то его практически не знала. Только имя, – быстро добавила Эмма.
Стейси насторожилась, заметив, как внезапно покраснела девочка.
– Эмма, Джесси видится со своим отцом?
– Не будьте дурой. Она не видела его с младенчества.
«Что ж, придется с ним встретиться, чтобы убедиться в этом», – подумала Стейси.
– Послушайте, Эмма, я пришла, потому что мать Джесси волнуется. Дело в том, что Джесси нельзя без лекарств, – пояснила констебль.
– Ха, как будто эта глупая корова…
– Кто там, Эмма? – спросила женщина, открывая дверь пошире.
Стейси сразу стало понятно, что перед ней мать Эммы. У нее были такие же темные угрюмые глаза и толстый слой косметики на лице. Увидев удостоверение Стейси, женщина нахмурилась.
– Моей дочери больше нечего сказать, – заявила она, оттащила девочку от двери и с шумом захлопнула ее.
Стейси отошла от двери, потрясенная их отношением. Ведь пропала девочка, и она сейчас без лекарств…
Внезапно констебль поняла, почему мать Джесси была не в восторге от лучшей подруги своей дочери.
Прежде всего, нет никакой уверенности, что Эмма говорит правду, ну а кроме этого, Стейси показалось, что она узнала выражение на лице девочки, когда мать оттаскивала ее от двери. И если б ей задали вопрос, что это было за выражение, то она ответила бы, что больше всего оно походило на триумф.