Глава 2. Тревожный звук

Сухарик проснулся, как всегда, раньше своих братьев. Солнце ещё скрывалось за горизонтом, а роса только появилась на высокой траве. Стараясь не шуметь и не теряя ни минуты, Сухарик собрал старую солому, на которой спал и вынес из норы, сложил у прохода, чтобы те мышки, которые были назначены дежурными смогли выгрузить новую, собрать старую и увезти в поле. Потом мышонок взял сосуд, сделанный из желудя, закрепил его на спине лямками, и направился в заросли. Светлячки кружили над польем, освещая мышонку дорогу. Он пробирался сквозь заросли, как учили его взрослые, чтобы найти самые длинные листики высокой травы, потому что роса появляется в больших количествах именно на таких травинках, в самой глубине полья. Наклоняя листики травы, каждая мышка старалась не повредить её стебель, иначе со временем в Мышином полье не останется чистой воды. Именно поэтому за росой ходил Сухарик, а не его братья.

Воду можно было набирать и из колодца, оставшегося от высоких. Но он находился очень далеко, почти рядом с речкой Алат. Да и вода в нём такая ледяная, что всегда приходилось ждать, пока она нагреется. Так что мышки лишь играли около колодца и не применяли его для других целей.

К тому же, вода в колодце была очень глубоко, а верёвка из коры лавра почти уже стёрлась. А новую никто делать не умеет, кроме Ведуньи. Но мудрая мышка, не хотела, чтобы молодняк резвился около древнего колодца, ведь мало ли что или кто там может обитать, непременно намекая на ужасного Дреморода.

Сухористик наткнулся на высокие стебли травы и радостно принялся за работу. Солнце становилось всё выше и гора Арон, которую к сожалению от сюда не было видно, потому что кругом была трава, окрасилась оранжевым цветом восхода. Если бы мышонок и увидел эту красоту, но непременно сбор росы занял гораздо больше времени, потому что ему пришлось бы отвлекаться после каждой собранной росинки.

– Одна травинка, – прошептал Сухарик, вспоминая утренние прогулки с мамой, и несколько росинок упало в сосуд.

– Вторая травинка, – и поклажа наполнилось на треть.

Он потянулся ещё до одной травинки, но за ней увидел широкое каменное сооружение выступающее из земли. Колодец. Он забыл про росу и травинку и направился к нему. А по пути не мог не подметить величественную Арон. Становилось совсем светло. Мышонок снял со спины жёлудь и положил у стены. А потом в два счёта запрыгнул на колодец, ведь он с детства изучил каждый кирпичик, каждый выступ. Он лег на камень и заглянул в пустоту. В черноте ничего не было видно, даже отблеска неба. Случайный светлячок пронырнул в эту пустоту, и его мерцающий свет становился всё меньше и дальше, пока не исчез. Мышонок взял ближайший камушек и бросил вслед за светлячком. Ему пришлось ждать очень долго пока не услышал глухое «бульк». Довольный собой он улыбнулся.

– Вот же вздумалось светлячку спать в колодце! – крикнул в черноту мышонок. Поднялся на лапки, отряхнулся и хотел было вернуться к работе, но вдруг услышал, как из колодца донесся ещё один всплеск. Шерстка мигом встала дыбом на спине Сухарика, но он не убежал. Снова заглянул в колодец, теперь намного осторожнее, боясь что Дремород схватит его за усы и утащит к себе в ледяную колодезную воду. Но дреморода он не увидел, но услышал странные копошащиеся липкие звуки. Вот теперь он был готов покинуть странное древнее место, и как можно быстрее скрыться в зарослях.

Но как только он вбежал в высокую траву, то сразу же наткнулся на маленькую Пимпу и грохнулся вместе с ней на землю. Вся вода из жёлудя разлилась на землю.

– Пимпа, а ты чего одна тут делаешь?

– Я гуяла. С мамой, – малютка показала куда-то поверх его головы.

– Чего разлеглись ни свет, ни заря? – раздался голос матери Пимпы.

– Здравствуйте, Флориана. Как ваши успехи? – спросил мышонок, с горечью поднимая пустой сосуд.

А Пимпа была так рада увидеть Сухористика, что схватилась за его лапку и прыгала на ней. Отдышавшись он ещё несколько раз огляделся и прислушался, но слышал лишь шуршание ветерка по траве, тоненький голосок Пимпы и спокойный голос Флорианы.

– Эта последняя травинка и мы идём домой. А ты от кого убегал, Сухарик?

– Да так, ни от кого. Привиделось… Привиделся сокол.

– Сокол? Давненько соколы тут летали. – удивлённо сказала Флора и повернулась в сторону дома. – Дочка, пошли, мне ещё надо успеть сготовить завтрак.

Но малютка всё ещё резвилась на лапке Сухарика.

– Пимпочка, отвали. Иди домой, – сказал рассерженно Сухарик, но тут же смутился. Он осторожно снял малютку с ноги и поставил на землю. – Слушайся маму, беги домой.

Пимпа сначала улыбнулась мышонку, а потом показала язык. Сухористик подмигнул маленькой нахалке и та убежала к маме. Посмотрев на небо, мышонок понял, что возможно вся роса уже испарилась с травы, а значит ему придется усиленно её искать и как можно быстрее.

Но блуждать по зарослям долго не пришлось, буквально через несколько метров он нашёл стебли травы ещё выше и сосуд быстро наполнился свежей росой.

Спустя пять травинок Сухарик направился обратно в нору. И успел вовремя, потому что его старое сено уже уволокли на тачке двое весёлых друзей, Мышель и Зверохвост. А взамен оставили свежесобранную. Он втащил в нору сено и осторожно застелил себе новую кровать.

Затем Сухарик налил росы в свой кувшин и кувшины братьев. А оставшуюся воду использовал для приготовления пищи. И даже после этого в сосуде оставалось достаточно росы, чтобы прибраться в норе. А Сухокрыс и Сухогрыс лишь перевернулись с одного бока на другой.

Мышонок решил поступить так, как посоветовала Ведунья. Очень плотно позавтракал пшеничной каши и запил горячим чаем из чабреца с добавлением ягоды шиповника.

Даже мама говорила: «Уж лучше росу свежую выпить, чем чай без ягод.» Потому что чай с ягодами не только вкуснее, но и сытнее. Мышонок задумался, почему он чаще вспоминает указы мамы, нежели папы? Он не знал, хотя если учесть, что отец частенько пропадал на работе в поле, то оно и понятно. Всё воспитание крошек перешло к матери. Вот только почему-то Сухокрыс и Сухогрыс выросли неотёсанными и наглыми. На этот вопрос он точно не смог бы ответить.

Умывшись и почистив усы и уши, мышонок вышел из норки. Братья же только начали зевать и потягиваться. На улице солнце поднялось над горизонтом, а тоненькая радуга протянулась над всем польем и уходила куда-то за скалу Арон, которую снова не было видно на горизонте.

– Эй, а где наша Сухорейка? – мышонок услышал сонный голос старшего брата.

– Чем это пахнет?

– Свежим сеном, усатая морда.

– Сам ты морда! – обиделся средний брат.

– И чаем, – обрадовался Сухокрыс, и встал с постели.

Не оглядываясь, Сухорис направился к своему излюбленному месту. Там всегда было тихо и спокойно. Никаких издевательств. Никаких замечаний. Только природа и он.

Колесо от старой повозки высоких, стояло накренившись, его подпирал брусок из ветки бриана, кустарника, который в этих краях никогда не водился. Это дерево часто использовалось для создания курительных труб высоких, удочек и даже стрел и посохов. Бриан ценился раньше за его податливость в руках мастера и конечно же крепкость и жёсткость. А Ведунья один раз намекнула что вещи, созданные из этой дорогой древесины, порой наделяются магическими свойствами. Но видимо это всё сказки, потому что Сухарик с детских лет наблюдает за своим бруском бриана и ничегошеньки с ним не происходит. Стоит себе, да подпирает колесо от старой повозки. То что оно не сгнило после стольких лет и не потрескалось, тут уж скорее заслуга мастера, а не самого дерева, решил мышонок.

Но в любом случае, зачем высокие так разбрасываются редкими вещами, мышонок не знал. Но был рад, что появилось такое прекрасное место.

– Интересно, знает ли ещё кто-нибудь о колесе? – подумал мышонок и поднялся на крышу из соломы, чтобы погреться под солнышком, пожевать веточку пшеницы и полюбоваться скалой.

– Когда-нибудь я на неё заберусь. И встречу великого Эргога, – сказал мышонок, представляя как сильные крылья поднимают старого сокола в небо, почти к самым звёздам и к самому солнцу, да так что можно ощутить жар светила.

А когда идут дожди, можно быстро спрятаться под колесом и совершенно не промокнуть. А ещё, можно разглядывать руны, вырезанные на спице колеса. Сухарик не знал, что они означают, но любил водить по ним пальцем повторяя форму странных загогулин.

Кем и когда были вырезаны эти руны Сухористик не знал, но по словам Ведуньи, в древних веках на этом месте частенько проходила всякого рода торговля. До тех самых времен, когда не появился злой Дремород и не начал уничтожать снасти и лодки рыбаков, тех самых, на которых высокие спускались по реке Алат прямиком к мосту, соединяющему два берега: нынешнее Мышинополье и западные земли, где только Скрюченный лес, да каменистая земля и осталась.

Мышонок грезил о приключениях и представлял себя верхом на повозке высокого, который приехал из самого Алатора. Он огляделся и вдруг понял откуда здесь такая высокая и сочная трава, много лавра и пшеницы, и ещё много чего. Просто именно тут частенько продавали пшено и разного рода специи. А мыши, как говорила бабушка Луния, раньше часто переезжали. И предки Сухарика тоже путешествовали с высокими, пока не нашли своё пристанище, и обосновались здесь. Под тенью Арона.

Мышонка разморило на солнышке и он был готов слегка вздремнуть, пожёвывая стебель пшеницы, но не успел он распробовать веточку, как услышал звон. Он доносился со стороны поселения. Сухарик сразу его узнал, хоть и слышал звук лишь раз в своей жизни, в далёком детстве. Этот звон он запомнил навсегда.

Да и как его можно забыть, когда самые страшные события в твоей жизни связаны с этим звуком? Он надеялся, что ему показалось. Он прислушался… звон доносился со стороны полянки с костром. Именно там висела склянка на кусте лавра. Огромная стеклянная банка высоких, набитая железными предметами и оставленная так висеть. Братья в детстве пугали Сухарика рассказами о том, что в банке лежат кости мертвецов, поэтому звук такой печальный. Лишь только повзрослев он понял, что это просто чьи-то личные вещи, случайно оставленные в поле.

Мышонок принюхался, запах костра не учуял. Дыма тоже нет. Так что же случилось? С чего вдруг сигналить? Он тут же вспомнил копошащиеся звуки из колодца и пожалел во второй раз о том, что бросил камень на дно. А вдруг он разбудил Его?

– Нет, такого не может быть, – сказал испуганный мышонок.

Загрузка...