Николай Крупский Баллада о Верхнем Свете. Книга Первая. Мышонок в логове змея

Глава 1. Мышиное полье

Мышата сидели на камушках у костра, а Ведунья рассказывала им очередную легенду.

– Говорят, в тени Тучных гор притаилось озеро. Громное озеро. И не потому, что оно огромное, а потому, что гром исходит из его вод.

В те далекие времена, о которых любила говорить старая мышка, было много загадочных вещей. Но не каждый мог ими владеть. Встречалась и ленточка, и веточка, но непременно волшебная. С тех пор немало вещей было забыто в чьём-то чулане или утеряно, казалось бы, насовсем. Но время от времени, в каком-нибудь поселении, которые теперь называют польями, возьмёт да и найдётся что-то древнее и необыкновенное.

Мышиное полье славилось ровными зелёными полями и сочной высокой травой. Между травинками желтели колоски дикой пшеницы, а кустарники лаврового листа наполняли полье пряным ароматом.

На западе протекала река Алат, отделяя Мышиное полье от бескрайней каменистой равнины, посреди которой важно расположились скалы Арон. Восточнее виднелась Пустая земля, а за ней – Высокополье. Непроходимые леса господствовали на юге. А на севере сухая бесплодная яблоня указывала границу между польем и Диким лесом.

Без сомнений можно утверждать, что, для полевых мышек, полье было идеальным местом для счастливой и спокойной жизни. И мало кто в Мышином полье стремился за его пределы. К тому же тут и своих дел всегда хватало. Росу ранним утром не прозевать. Выбрать сухую траву, чтобы постелить в своих норках, и выбросить старую. И, конечно же, урожай нужно успеть собрать.

Ведунья Луния, самая старая и мудрая из мышек, могла рассказать кучу всяко-разных легенд и не запутаться ни в одной из них. И вечером, после сбора пшеницы, она пригласила молодняк погреться у костра и послушать историю о былых временах. А в небе только начала виднеться Мышиная тропка. Млечный Путь – так называют её в Высокополье.

Луния, как обычно, надела свои выцветшие одеяния и шапочку из перьев. Время от времени подкидывала лавровые листья в костёр. Попадая в огонь, они шипели и пускали густой дым, умножая у маленьких слушателей нескрываемый интерес или вселяя ужас.

Хотя некоторые мышки зевали. Некоторые, передразнивая бабушку Ведунью, корчили друг другу смешные мордочки. А некоторые, как Сухорис, слушали не отвлекаясь, представляя себе историю во всех самых ярких красках.

– Именно тогда, в Эпоху Единения, жители всех полий вышли против ужасного Дреморода.

– Драная морда… – вставил Сухокрыс. А Сухогрыс чуть не свалился с камня от смеха, задевая локтями сидящих рядом с ним мышек.

Сухокрыс и Сухогрыс были не разлей вода, и к тому же приходились старшими братьями Сухорису, которого сей факт удручал. Внешне Сухорис не отличался от большинства полевых мышек, если не считать его рост. Видимо поэтому его все так и называли, Сухариком.

«Сухарик совсем скукожился!»

«Сухарик воду пьёт, как ни в себя!»

А в общем он особо ничем не выделялся от остальных. Не то, что его братья. Сухокрыс был таким худым и большим, что в темноте его можно было перепутать с детёнышем крысы. А Сухогрыс отличался прожорливостью и необъятными размерами. Поэтому, младший брат называл их просто: Крыс и Грыс.

Мышонок посмотрел на братьев и покачал головой. Порой Сухарик был опечален тем, что у него нет родителей.

– Когда волны на озере успокоились, запели птицы и солнце выглянуло из облаков, – Ведунья взяла кувшин и плеснула в костёр немного росы, которую собрала ранним утром с высокой травы.

Угли и листья лавра испустили дух. Небольшое облачко дыма поднялось над костром, Сухарик проследил за ним и грустно вздохнул, когда оно исчезло. А искры превратились в яркие точки на черном небе. Ведунья закончила свою историю.

– А ты чего завис? – выплёвывая крошки сырой пшеницы, сказал Грыс.

– Завис Сухорис, – подметил Крыс и братья, смеясь, пошли к своей норе. Остальные мышки тоже уходили спать.

Иногда Ведунью посещали видения. В такие моменты она рассказывала об интересных событиях, поджидающих Мышиное полье или некоторых мышек. Ведунья всегда умела узреть то, что поведает Мышиная тропка. Но из-за своего преклонного возраста, Луния давала предсказания все реже. А в последнее время предсказывала лишь погоду. Как любил говорить Крыс: «Связь с космосом пропала».

– Завтра побежим играть в высокой траве! – услышал Сухарик от одной мышки.

– А мы побежим к старому колодцу! – услышал он от другой.

То ли он не такой, как все, то ли мышки полья не такие. Как ни крути, а завтра он снова окажется один. Залезет на старое колесо от повозки и будет наблюдать за скалой Арон.

– Может хоть сокола увижу, – пробурчал себе под нос Сухарик, когда все мышки скрылись в темноте.

Ведунья и Сухарик молча наблюдали за последним тлеющим угольком. Сухарик не спешил уходить, потому что дома снова встретится со своими братьями. И поэтому медлил. И все же ждать, пока уголёк потухнет, уже не было сил. Мышонок встал со своего камня и устало направился в норку.

– Если считаешь, что не такой, как они, то это не плохо, но не слушай брехни, – прошептала Ведунья, не открывая взгляда от тускнеющего уголька.

– Что, простите? – опешил мышонок.

Ведунья словно очнулась от сна и с улыбкой посмотрела на мышонка.

– Ты что-то сказал, Сухористик?

– Но вы…

– Лучше проведи-ка старую ведьму домой. Да сам ступай спать. Иногда высыпаться стоит и на голодный желудок. А вот завтрак всегда должен быть плотным. Никогда не знаешь заранее каким долгим окажется день.

Старая мышка уперлась левой лапкой о плечо мышонка, а в правой держала шапочку из перьев. «До чего же чудная, эта шапочка», – подумал Сухарик, а в слух произнёс:

– Бабушка Луния, подскажите. Вы много говорите про высоких и Высокополье. А сами вы бывали у них?

Видимо старую мышь позабавил этот вопрос, потому что она слегка улыбнулась мышонку, но не торопилась с ответом. Они дошли до развилки, мышонку нужно было идти в другую сторону, но Ведунья и Сухарик прошли дальше.

– Видишь ли, не все старые грызуны видели за всю свою жизнь многое, скорее они многое ещё не видели. Но ты прав, и ты первый кто спросил меня об этом, – Луния остановилась, мышонок решил, что она хочет передохнуть, но мышка сказала. – Всегда и везде есть тот, кто видел больше чем остальные, это так. И порой не обязательно пускаться в далёкое путешествие. Ведь удивительные события могут нас поджидать совсем рядом, за соседним кустиком, или деревцем. Главное разглядеть и быть готовым познать что-то новое.

– То есть вы не бывали у высоких, – огорчился мышонок.

– Конечно же была, – засмеялась Ведунья и запрокинула голову, чтобы взглянуть на звёзды. – Высокие строят удивительные дома из грязи и соломы. Они не роют нор, как мы. Они все стараются быть ближе к солнцу, может поэтому они такие высокие, не знаю. Но увы не в каждом доме нас жалуют.

– Как это? – удивился Сухорис тоже рассматривая звёзды.

– А вот так вот! – грустно сказала Луния и пошла дальше, уже без помощи Сухарика.

– Они не любят зверей из Долины полий?

– Увы… Нет, конечно, у них есть домашние животные, но они для них совсем не друзья и редко с ними уживаются.

Мышонок опустил голову и понял что старая мышка уже далеко отошла от него и поспешил ей подставить плечо.

– Ты славный, Сухористик. Очень славный, – сказала она и снова взглянула вверх, но уже не на звезды, а куда-то вдаль.

«Скорее всего рассматривает скалы Арон», – решил мышонок.

– Завтра на рассвете будет обильная роса, не вздумай выпускать за ней своих братьев.

Мышонок думал ей ответить длинным рассказом о том, как обычно проходит утро, и день, и вечер его братьев, но решил не говорить. В маленьком Мышином полье всё прекрасно знают про всех. Вот только бабушка Луния хорошо скрывает своё прошлое. Порой ему кажется, что её что-то тяготит. Она хочет сказать, но не может.

«Боится?» – мышонок удивился своим мыслям и отпустил их.

– Вот и добрались, – они остановились у небольшой норы.

У входа была воткнута палка, а на ней висела небольшая стеклянная баночка, в которой мерцали несколько светлячков. Ведунья говорила что взяла эту баночку на память у одного алхимика в Алаторе, городе высоких. Они называли склянку – мензуркой. Но Сухорис так и не смог запомнить странное слово и всё время называл её мерзунькой.

Луния подошла к баночке, откупорила пробку сделанную из коры лавра и выпустила светлячков в ночное небо. Рядом с норой вдруг стало не так уютно.

– Почему вы решили вернуться от высоких?

– А почему тебе хочется всё время вернуться домой?

Мышонок потупился на ведунью и не знал что ответить. Ему этот вопрос показался очень странным. Как это зачем? Поспать да поесть. Он было хотел ей ответить именно так, но ведунья уже вошла в свою нору. На тропинке стало пусто.

Сухорис еще раз взглянул на скалу Арон и в очередной раз удивился её красоте. Но ему нужно было возвращаться к себе. Он очень надеялся, что Сухокрыс и Сухогрыс уже уснули.

Что там старая мышка говорила про путешествие и удивительные истории? Не обязательно собираться в дальний поход? Мышонок пнул камушек, лежащий прямо перед ним, и тот случайно закатился в чью-то норку. Из норки донёсся недоумевающий крик, поэтому Сухарик, как можно быстрее скрылся за ближайшим кустиком лавра, потом окольными путями вернулся в свою нору.

Братья уже спокойно спали и тихо похрапывали. На это он и надеялся. Он вошёл на кухню и принялся убирать грязную посуду, оставленную двумя невоспитанными мышками.

Загрузка...