– Доброе утро, Александр Юрьевич! – подскакивает секретарша при моем появлении.
Взгляд в пространство, вытягивается по струнке, руки по швам. Такое ощущение, что она не в приемной, а на плацдарме.
– Ты бы еще честь отдала.
– Ч-что?
Она мгновенно краснеет. Откачивать ее после обморока мне некогда, поэтому терпеливо поясняю:
– Я говорю: у тебя, случайно, не было мечты в армии послужить? Что-то очень похоже.
Вместо того чтобы успокоиться, она еще больше пугается. Глаза огромные, дыхание затрудненное.
– У меня? Нет, мне нравится работать в вашей компании! Я считаю, что ваша компания самая…
– Знаю-знаю.
Отмахнувшись, захожу в кабинет. Даю ей несколько минут прийти в себя, а потом уже прошу принести кофе.
– И стейки? – уточняет она.
– Нет, на сегодня с меня стейков хватит.
При одном воспоминании о мясе, которое встречало меня на кухне, становится дурно.
– Давай кофе – сразу две чашки.
– Одну минуту, Александр Юрьевич!
Пока она делает кофе, бросаю в рот жвачку. Не могу избавиться от ощущения, что во рту у меня тлеют угли. Такая неожиданная подстава! А ведь утро началось вполне сносно. На тумбочке бутылочка минералки. Слабый газ, но и ладно. Это куда лучше, чем было до этого. К тому же горничная пояснила ошибку:
– Если выбирать между двух зол, то я выбрала меньшее.
– В следующий раз пусть будет сильногазированная. Ничего. Потерплю.
Эту информацию она приняла без особого удовольствия. Нужно было что-то заподозрить еще тогда, когда она улыбнулась и сообщила:
– Ваш завтрак готов. Мясо, как вы и заказывали.
Но мясо на вид выглядело неплохо – прожаренное, как я люблю. Каши не было. Цветами не пахло. Ну и я попробовал. Отрезал кусок побольше и понял, что такое небо в алмазах. В глазах потемнело, перед глазами только две точки. Как оказалось, это были глаза моей горничной, которая наблюдала, как я корчусь в агонии и залпом пью какую-то сладкую гадость.
– Вот видите, компот из сухофруктов вам нравится куда больше, чем газировка. Просто вам раньше никто его не варил и вы об этом не могли догадаться.
Я едва не давлюсь долькой яблочка, которая плавает в этом компоте. Но, на удивление, она и помогает справиться с пожаром во рту. Язык, правда, распух и едва шевелился, а мозг хватался за что-то успокоительное, потому я и выдал:
– Твою… лаванду!
Горничная с гордостью улыбнулась.
– Я решила попробовать приготовить вам мясо по-мексикански. Подумала, что у вас совпадение. У вас непривычный завтрак. У них непривычный вкус. А вот лаванды здесь нет. Я помню, о чем вы просили.
– Не уживемся.
Она поправляет воротничок на платье и невозмутимо интересуется:
– Вы могли бы раскрыть свою мысль?
Ни толики переживания или обиды. Это и восхищает, и раздражает одновременно.
Телефон уже разрывался от звонков, время поджимало, поэтому пояснять элементарные вещи было некогда.
– Вечером поговорим.
Если она такой незаменимый работник, как уверял Яров, пусть к себе ее и берет. Может, у него, как у кошки, семь жизней. Я вон благодаря кофе едва оклемался…
То одна встреча, то вторая – только после полудня и вспоминаю, что еще не было завтрака.
Взглянув на часы, прикидываю: у меня есть сорок минут до встречи с новым потенциальным партнером. Заехать в ресторан не успею, что-нибудь заказать… да, наверное, тоже. И потом, нужно придумать, что бы хотелось съесть вкусное, и это было не мясо. На мясо я сегодня смотреть не смогу.
– Алена, сделай еще кофе.
– Да, Александр Юрьевич, – торопливо вещает она. – А еще я хотела сказать, что к вам посетитель.
– Не знаешь, что делать? Или в нашей компании сегодня только я на работе? Спроси, по какому вопросу, и направь к лучшему специалисту.
– Дело в том, что… – она мнется. – Этот посетитель говорит, что он сам лучший специалист. Вернее, она говорит, что она… И это личный вопрос. И что вы знаете, что она лучший специалист, и у нее на вас только десять минут.
А вот это уже интересно. Куда интересней, чем какой-то там завтрак.
– Два кофе и пусть зайдет.
– Поняла!
Спустя секунду в кабинет заходит сначала секретарша с подносом, а следом за ней эффектная женщина. Лет тридцать, роскошные темные волосы, хорошая фигура, взгляд изучающий. Она осматривает меня внимательно и чуть хмурится, как будто я не оправдал ее ожиданий.
Ноги красивые. Даже жаль предлагать ей присесть, но я все же киваю в сторону кресла.
– Чем я могу вам помочь?
Она садится в кресло, открывает тонкую папку, с которой пришла, читает какой-то документ, а потом отвечает:
– Вообще-то, я пришла выяснить: могу ли вам чем-нибудь помочь я?
Голос я узнаю и теперь рассматриваю ее с еще большим интересом, чем раньше.
– Меня зовут Алла, – продолжает она и слегка улыбается, перехватив мой взгляд. – И да, я замужем и у меня двое детей.
Неслабый набор.
Ну что ж, буду смотреть ей в глаза.
Она снова вчитывается в листок. Захватила с собой наш контракт? Пусть. Я четко его соблюдаю, вчера, едва анкета была заполнена, тут же ей отослал.
– Интересно, – говорит она, подняв взгляд на меня. – Я получила вашу анкету, и меня кое-что в ней смутило.
Что там такое, мать его, если она бросила мужа и двух детей, чтобы лично проверить? Может, что-то про любимые позы? Ну так заполняла секретарша, а я ассоциируюсь у нее только с классикой: офис, кресло и стол. Так что нечего опасаться.
– К примеру… – Алла делает драматическую паузу. – Здесь написано, что глаза у вас голубые. А я смотрю – они у вас карие.
Я облегченно выдыхаю и откидываюсь в кресле. Вопросы – туфта! Да и ответы несложные.
– Меняют цвет в зависимости от настроения.
Но я все же кошусь в сторону закрытой двери, где в приемной сидит виновница, из-за которой меня пытаются отчитывать, как мальчишку. Могла бы шефа запомнить получше! Все-таки я у нее единственный в течение полугода. А еще шеф, как она говорила, самой лучшей компании.
– Так, дальше… – Сверившись с анкетой, Алла устремляет на меня строгий взгляд. – Любимый напиток – водка.
Снова кошусь в сторону двери. Н-да, так вот какого мнения секретарша о шефе на своей любимой работе! Прям даже хочется оправдать ее ожидания. Если бы не встречи, то прямо сейчас.
– Исключительно в вечернее время, – говорю я. – В редкие выходные. И когда не нужно будет садиться за руль.
– С утра любимый напиток – чашка кофе. Если вечером водки было много – две чашки кофе.
Она косится на две чашки, которые занесла секретарша. Но тут уж отмыться легко!
– Угощайтесь, – предлагаю я. – Могу попросить секретаршу принести что-то вкусное. Правда, через двадцать минут у меня еще одна встреча…
– Не нужно, спасибо. Думаю, я уйду значительно раньше.
Вот теперь улыбаюсь и я.
– Все занимательней и занимательней, – наблюдая за мной, говорит Алла. – А здесь написано: характер взрывной.
– Так и есть. Правда, до «взрыва» еще нужно постараться меня довести.
Она кивает, закрывает свою папку и поднимается.
– Что, все? – удивляюсь я. – Хотите сказать, что уже нашли мне невесту?
– Я хочу сказать, что приехала исключительно из уважения к Матвею Сергеевичу. Я была уверена, что если он о ком-то так беспокоится, то это достойный человек.
– А теперь что? Узнали, что у меня глаза-хамелеоны, что бухаю только по выходным и вполне в состоянии держать эмоции под контролем, и кастинг провален?
Она вновь открывает папку и зачитывает:
– Александр Юрьевич Воронов, 45 лет. Желаемый возраст женщины – максимум восемнадцать. Вопросы удочерения не ко мне.
Закрыв папку, она кладет ее передо мной.
– Но даже не в этом дело. Я поняла, что вам это не нужно. Анкету вы не заполняли, вы даже на нее не смотрели. Кстати, анкета – это просто проверка, психологический тест. На самом деле у меня свои методы и наработки. Не переживайте, Матвею Сергеевичу я все объясню. И верну ему сумму согласно контракту.
– То есть… – не верю своей удаче. – Вы его разрываете?
– Да. В одностороннем порядке. Имею на это полное право. Я не привыкла тратить свое время впустую.
– Отлично! Тогда давайте это сейчас и оформим! Сами понимаете, одно дело – слова, и другое – такие важные документы.
Оформление занимает максимум пятнадцать минут. Мы оба торопимся. И расстаемся на более позитивной ноте, чем познакомились.
Хорошо бы и с горничной так легко получилось!
Перед встречей с клиентом остается еще немного времени, и я выхожу в приемную.
– Александр Юрьевич? – Секретарша снова подскакивает. – Еще один кофе?
Я упираюсь руками в стол и подаюсь чуть вперед. Дожидаюсь, пока она оторвет взгляд от пола.
– Может, все-таки стейк?
– Я уже понял, что в твоем представлении я только и делаю, что ем, пью водку, гуляю с девицами, которые едва отметили совершеннолетие, и швыряюсь предметами. А теперь хотя бы посмотри, как я выгляжу.
Она нервно сглатывает, стараясь сделать это незаметно, вытирает ладони о юбку. Смотрит. Смотрит… А потом ее ресницы удивленно вздрагивают.
– У вас карие глаза… – она переходит на шепот. – И взгляд… Вы совсем не такой, каким хотите казаться, вы…
– Хватит, – обрываю ее.
Она кивает. Как-то даже приободряется – смотрит в глаза, плечи расправлены, на губах мелькает улыбка.
– Ой, кстати, Александр Юрьевич! – окликает, когда я собираюсь вернуться к себе. – Это вам, передали с курьером.
– Что-то срочное?
– В прошлый раз почту от этого абонента вы вскрыли мгновенно.
Я беру пухлый конверт. Абонент мне известен, да – это частный нотариус. А вот что она на этот раз мне прислала, понятия не имею – внутри что-то твердое, круглое, и не одно. Может, монетки? Все же такую печальную историю ей рассказал, подтвердил справкой!
Зайдя в кабинет, вскрываю конверт. Ну да, понадейся на женщину! Первой выпадает записка:
«Мне жаль, что с вами приключилась такая неприятность. Надеюсь, это поможет».
А потом я вытряхиваю из конверта витамины «Скажи стрессу нет» и плитку горького шоколада.
Как по мне, передача – полная ерунда. Но так я думаю только до позднего вечера. А потом вдруг обнаруживаю, что только на шоколадке и продержался. Горькая, конечно, но времени на другую еду просто не было.
Закинув в рот витаминку, выбрасываю обертку от шоколада. Нет, это не дело. Нужно ей показать, что он бывает вкуснее.
– До свидания, Александр Юрьевич! Хорошего вам вечера! – непривычно тепло прощается со мной секретарша.
Даже интересно, что же она во мне рассмотрела. В холле, проходя мимо зеркала, случайно бросаю взгляд на свое отражение. Нимб, слава богу, не вырос, а то хоть бизнес бросай.
Неподалеку от офиса есть отличная «Шоколадница». Все конфеты – ручная работа. Я выбираю небольшую корзинку (куда-то же складывать надо) и ассорти. Так, эти вкусные, эти я тоже люблю… а еще можно эти… и эти…
– И эти? – удивляется продавец.
– И эти.
Пишу записку. Нормальной бумаги здесь нет, только открытки – сойдет, вряд ли она обратит на это внимание.
«Если и есть шоколад, то такой, который заменит все аптечные витамины.
Александр Воронов».
Отправляю с курьером – и на заслуженный отдых.
Такие пробки, что, пока доезжаю домой, уже ничего не хочется. Даже есть. В доме в гостиной горит свет. Непривычно, мелькает ощущение, будто кто-то ждет. Раньше хотя бы была Марина, а теперь…
Она загорает на море, а свет забыла выключить моя Фрекен Бок.
Загнав машину, не сразу выхожу из нее. Смотрю на окна. Мелькает желание, чтобы кто-то вышел из дома, встретил меня, убедился, что со мной все в порядке, обрадовался. А потом прихожу в себя. Такая чушь лезет в голову! Это все от усталости. На меня и в детстве всем было плевать: вернулся, сбежал, пришел с синяками или пятерками.
Это все сваха. И витамины. Ну и голод, конечно.
Войдя в дом, думаю, что нужно подняться к себе, принять душ, переодеться, что-то поискать в холодильнике. Может, там завалялся кефир? На крайняк – выловлю яблочки из компота.
Но двигаться не хочется. Мой максимум на сегодня – гостиная. Скинув пиджак, ложусь на диван.
Глаза устали. Мысли, кажется, еле шевелятся. Два новых клиента – это отлично. Сложных клиента. Но никуда не денутся, они теперь наши.
Услышав какие-то звуки, открываю глаза и тут же их закрываю под тихий шепот, который меня убаюкивает:
– Спите. Спите, я вас просто укрыла…
Плед. Надо же. А так и правда теплее.
– А когда проснетесь, ужин будет теплым и вкусным, – уговаривает меня этот шепот. – Никаких цветов, никаких специй.
– Я еще соусы не люблю.
– И никаких соусов, обещаю.
– Так, глядишь, лет через пять методом проб и ошибок мы полностью исключим то, что я терпеть не могу, – говорю я, зевая.
Думаю, что-то пытаюсь вспомнить важное, и уже на грани яви и сна все-таки вспоминаю:
– Оставайтесь.
Ну а дальше мне, скорее всего, уже снится, как она заботливо натягивает плед повыше, практически укутывает меня в него и приговаривает с улыбкой:
– Куда же я денусь? Вот пристрою вас в хорошие руки, тогда уж уйду… Вот вы скоро женитесь, и…