Арон
В лесу над зиверовыми болотами – ни одного лишнего звука. Солнце заливает мягким дневным светом поляну.
Я чувствую, что на огромном участке земли, кроме нас с Алисой никого нет.
Нам никто не помешает. Никто не остановит меня. Если только я сам не остановлюсь.
Я в два молниеносных движения разорвал на Алисе одежду, и теперь держу ее обнаженное тело на весу. Прижимаю к себе мою Арави. Вдыхаю ее запах. Наслаждаюсь ее покорностью.
Моя.
Я хочу с ней поговорить.
Но каждый раз, как она пытается со мной объясниться, моя внутренняя Тьма приходит в неистовство. Я должен совладать с этим. А потом уже позволить своей Арави открыть ее нежный прекрасный ротик и что-то сказать в свое оправдание.
Она сбежала от меня, тогда, на поле боя. Она испугалась… Но она просто женщина. Очень юная, неопытная и замученная. На нее навалилось много всего. О многих вещах я возможно еще не знаю. А может быть что-то и вовсе понял неверно. И она мне объяснит. Потом. Когда это будет не так опасно.
Вот и сейчас я с огромным трудом останавливаю себя.
Я знаю, что в моих руках Алисе действительно хорошо.
Эту реакцию уже такого знакомого мне тела ни с чем нельзя перепутать. Я знаю ее. Я ее единственный. Я взял ее невинность… и ей от меня не убежать.
Она стонет, извивается, обнимает меня ногами.
Что, если я ее все-таки возьму? Прямо здесь и сейчас.
Нет… Я не должен. Если Алиса – призванная в чужое тело сущность… я просто могу повредить тело-донора. Тело мага-Экрана, который здесь совершенно не при чем. Эва вполне заслуживает… совсем другого первого раза. К тому же Эве я нравлюсь, так что это все только усложнит.
О том, где были мои руки и до чего я довел это тело, – его хозяйка не вспомнит, но если я зайду дальше… хм. Последствия будут вполне осязаемы.
– Ну все, Алиса, хватит на сегодня… – я тяжело дышу ей в висок. Она молчит, как я ей и приказывал. Она получила удовольствие. И мне это нравится, но я не могу себе позволить ее взять. И от этого во мне поднимается черная ярость.
Алиса смотрит мне в глаза покорно, понимающе…
Сколько у нас еще есть времени, до того как силы мага-Экрана закончатся?..
Не успеваю об этом подумать, ощущаю как осторожные руки моей Арави гладят мою грудь, затем скользят по животу, и ниже.
– Алиса… – я рычу, вновь прижимаясь к ней сильнее. Она явно забыла о самосохранении, раз ее рука оказалась там, где она сейчас находится.
Алиса заглядывает мне в глаза, опять. Я позволяю ей продолжить, слегка прикусываю ее нижнюю губу и мы вновь сливаемся в глубоком страстном поцелуе.
***
Я сижу на поваленном бревне и наблюдаю за тропой, по которой ушел с час назад Алик. Здесь, на этом самом месте, судя по моим ощущениям, Алик жег костер не так давно… и проводил какой-то ритуал, из тех что крайне не одобряются магическим сообществом.
Надо бы его об этом расспросить…
Когда на поляну возвращается Алик, черноволосая Эва лежит, завернутая в мой плащ. Она спит. Я очистил ее тело от следов моего общения с Арави, теперь предстоит найти ей другую одежду…
Я не причинил вреда телу Эвы, нет. Алиса довела меня до экстаза и без этого. Сначала внутренняя Тьма замолчала и покорилась мне. Но теперь я ощущаю, что внутри все начинает бурлить с новой силой. И мне. Нужна. Алиса.
У Алика в руках сверток.
– Новый комплект одежды, – бросает Алик в пространство, как будто ни к кому конкретно не обращаясь, – я решил, что он не помешает…
Мой первый помощник аккуратно присаживается подле меня. Мне уютно, будто это привал в лесу, как бывало в прежние времена, во время наших боевых походов.
– И что, – хмыкаю я, – ты даже не скажешь мне, что я недопустимым образом обошелся с драгоценным магом-Экраном?..
– Не скажу, – криво ухмыляется Алик, – ты же мой Владыка… к тому же слегка самодур…
– Алик…
Ищейка смеется, и я смеюсь вместе с ним. Когда я смеялся так в последний раз?
– Серьезно, Арон, – отсмеявшись продолжает Алик, – то, что у тебя улучшилось настроение, пожалуй пойдет на пользу государству. Даже если Эва что и вспомнит, вряд ли будет в обиде…
– А Алиса?
– Этот вопрос уже сложнее, – весело хмурится Алик, – но думаю, разберетесь.
– Я обещал своей непокорной Арави, – тихо говорю, глядя прямо перед собой, пряча невольную улыбку, – что у меня не будет других женщин.
– Так ведь их и не было, – многозначительно вскидывает брови Алик.
Тьма неуверенно рокочет во мне, но вдруг успокаивается и затихает. Я что-то понимаю. Понимаю смысл его слов, но как будто не до конца. Сознание закрывает черное пятно. Я не пытаюсь развеять его. Я понимаю, так надо. Я удовлетворенно улыбаюсь.
Не знаю, как это возможно, и зачем понимание ускользает от меня. Но я не гонюсь за ним. Я знаю, что Алик прав.
И этого сейчас вполне достаточно.
– А скажи-ка мне, верный друг… – поворачиваюсь я к Алику, – что за ритуал ты провел на днях перед этими болотами, на этом самом месте?..
– О Владыка… – широко улыбается Алик, – тебе понравится. Ты уж не предавай меня суду магического совета…
Чувствую, как во мне нарастает почти юношеское озорное веселье. Я всегда любил авантюры Алика. Почти всегда мы на них выигрывали.
– Для начала… – продолжает Алик уже менее весело, – я нарушил твой приказ и позволил сестре твоей Арави сбежать из-под стражи.
И тут я становлюсь серьезен. А внутренняя Тьма приходит в движение. Я напрягаюсь. Руки сами собой сжимаются в кулаки до побелевших костяшек.
– Продолжай, Алик…
Алиса
– Продолжай Алик… – голос Арона звучит холодно.
Я лежу и стараюсь не показать вида, что уже пришла в себя. Чувственные воспоминания о ласках Арона вызывают во мне живую реакцию даже сейчас…
О чем говорят Алик и Арон?
Нет, я не впала в забытье как это должен был сделать маг-Экран после подобного магического воздействия. Я просто уснула. Потому что мне было в руках Арона очень хорошо. Однако я изнывала по воспоминаниям о теле моего Виара, я хотела вновь почувствовать его в себе, этого не было уже так давно…
Черт. Я отвлекаюсь.
Так о чем Алик и Арон говорят?
– Двуглавая кобра, – мерно выговаривает Алик, – умирала. Элина тоже, как ты знаешь. Я привязал бывшего фамильяра Алисы к ее младшей сестре…
Что?!
Я непроизвольно дергаюсь. Но мужчины этого как будто не замечают. А еще я не вполне понимаю – почему это у Алика такой веселый голос?!
– Продолжай Алик… – тон Арона ровный, не могу считать эмоции. Он гневается на своего верного помощника или поощряет?
– Конечно, Элина может умереть. До сих пор ее жизнь в опасности… Ведь кобра-Златка – светлый фамильяр, не смотря на пугающую наружность. И сочетается она с белым магом. А Элина имеет черный потенциал, как тебе известно. В первые часы они взаимодействовали прекрасно. А потом началось отторжение. И обеим стало плохо…
Дергаюсь снова. Черт его дери! Почему такой веселый голос? Как он может?!
– Дальше, Алик, – приказывает Арон. И у него в голосе тоже сквозит улыбка, теперь я в этом не сомневаюсь.
– Теперь эта сладкая мутировавшая парочка лежит, склеившись в закрытой секции лазарета.
Так…
– И?.. – нетерпеливо интересуется Арон.
– И разделить их обратно может только настоящий хозяин Златки. То есть ваша Арави, мой Владыка, и у нее на это не более двух дней… – победоносно договаривает Алик.
Я должна сконцентрироваться! Чтобы не смотреть на этих двоих безумными глазами, когда они поймут, что я уже вовсю бодрствую! Или не вцепиться в белокурые почти-эльфийские волосы Алика! Нет, все-таки правильно я его два раза укусила…
А еще я должна пробраться в закрытую секцию лазарета, как можно раньше. А как мне разделить Элину и Златку? Что это за методика?.. а Ирана сможет мне помочь? А как это сделать, если Арон теперь глаз не спустит со своего драгоценного мага-Экрана?
Вопросы множатся.
– Эва, – вкрадчиво обращается ко мне Арон, странно выделяя имя, – я смотрю ты уже проснулась.
– Да, мой Виар, – обращаюсь я к Арону севшим голосом, почти сразу присаживаюсь и зябко кутаюсь в плащ Владыки.
Кулон в виде буква “А” я сжимаю в кулачке так сильно, что острые грани врезаются в ладонь.
Тут же пытаюсь подняться на ноги, но колени подгибаются. Арон оказывается рядом мгновенно и удерживает меня от нелепого падения.
Он так странно смотрит мне в глаза.
Неужели он что-то понял?
– Мне кажется, тебе надо еще немного отдохнуть. А мы с Аликом как раз договорим. Прости, Эва. Разговор государственной важности. Полностью конфиденциальный, как ты понимаешь.
Арон как будто бы сдувает с моего лица пылинку или ресничку, упавшую на щеку.
Прохладное еле ощутимое дуновение по лицу… но у меня из-под ног точно выбивает землю, голова запрокидывается.
Но я сопротивляюсь. Я должна узнать больше, о Златке и Элине, о проведенном Аликом ритуале. Мне очень нужно!
Но силы неравны. Что я могу против Великого Арона – Поглотителя Миров? Так что я погружаюсь в глубокий уютный сон без сновидений.
При этом явственно ощущаю, как Арон берет меня на руки, бережно подхватив под коленями и под лопатками. Мне тепло. Мерный стук его сильного сердца так близко.
Я проваливаюсь глубоко в забытие и на этот раз уже ничего не слышу.
Арон
Эва, с глазами затянутыми поволокой безумия, засыпает, слегка подрагивая, у меня в руках – вполне привычная картина для мага-Экрана, выходящего из транса.
Но я чувствую – она сопротивлялась моему воздействию. Глупышка. Как никогда остро, хочется назвать эту юную женщину в моих руках – мышонок. Наивный маленький светлый мышонок.
На ней новый комплект одежды, что принес дальновидный Алик.
Ведь я просто порвал на ней то, в чем она была. И рвал я одежду вовсе не на Эве. Это произошло в тот момент, когда сущность моей ненаглядной беглой Арави проявилась передо мной во плоти.
Это был пробный призыв, и Алиса, где бы она ни была сделала выводы. Я чувствую, что она ближе чем можно себе представить. Что она предпримет, бросится бежать на край земли? Или придет открыто, сдаваться на мою милость?
Через неделю я должен буду покинуть Черную Башню и отправиться в самые мятежные провинции, чтобы лично подавить ряд восстаний. Алисе лучше явиться до этого срока. И по своей воле. Еще несколько дней, и думается мне, я смогу обуздать внутреннюю Тьму. Так чтобы не сломать моему мышонку шею сразу же…
Мне в любом случае придется спустить с поводка внутреннюю Тьму для подавления мятежей. Но даже сейчас, когда я почти-в-здравом-уме, я чудом не покалечил Алису.
Я хотел поговорить к ней, получить объяснения…но когда черты Эвы исказились, и сквозь них проступила Алиса… благоухающая персиковым садом… моя слабость… моя боль… Я едва удержал Тьму в узде. Тьма ломанулась к моей Арави, пытаясь утопить, поглотить, заполнить весь ее мир. Вытянуть хрупкую напуганную душу и мучить, пока та окончательно не выдохнется.
Я не хотел для нее такой судьбы. Поэтому прервал контакт сам… правда не сразу. Одежда на ней уже была порвана, а мое семя стекало по ее бедрам. Алиса сама этого захотела. А я ей позволил. То, что она делала своими нежными пальчиками, очень аккуратно но очень правильно… Лучше об этом не вспоминать.
Я люблю Алису, черной и беспощадной любовью.
Я это остро ощутил в те мгновенье. И эта любовь грозила раздавить хрупкое юное тело моей Арави и выпить душу. Светлую, да, такую же светлую как при первой же встрече… Хотя… не совсем такую же.
Алик идёт рядом со мной в безмолвии. Я никак не прокомментировал его сообщение о том, что он привязал к Элине бывшего фамильяра Алисы – кобру-Златку, которую я, помнится, разрубил напополам…
Здесь было над чем подумать. Ход интересный. И скорее всего – помимо того, что это вернет Алису в мои руки, будет еще несколько незапланированных эффектов. Так что Алика я намеревался поощрить. Но сначала пусть понервничает, чтобы впредь думал прежде чем нарушать мои прямые приказы.
Я не казню за такие вещи только двоих. Алису и Алика. Просто не могу. Но расширять этот список не планирую.
Собираюсь напомнить этим двоим, что я – Владыка. И слово мое непреложно…
Но не могу долго злиться. После того, что произошло между мной и Алисой так недавно… мне физически очень трудно испытывать отрицательные эмоции.
Вместо этого я продолжаю невольно улыбаться.
И уже начинаю подумвать о следующим "призыве Алисы магом-Экраном" и о ряде других мер.
Пожалуй, нам следует вернуться в Черную Башню. Я с удовольствием иду по лесной тропе, объятый запахом лесных трав и свежестью прошедшего утром ливня. Слышу умиротворяющие звуки леса. Солнце светит ярко, но не опаляет. Я несу мечущуюся в забытьи Эву на руках. Она почти ничего не весит.
– А скажи-ка мне, Алик, зачем ты это делаешь? – весело спрашиваю у шагающего рядом со мной первого помощника.
– Что именно, Владыка? – Алик хранит видимость веселья, но я чувствую как он собран и осторожен в своих ответах.
– Ты видишь больше чем я сейчас. Так нужно я понимаю… Но зачем ты… как будто возвращаешь мне Алису… частями? Эта встреча. Ловушка в лазарете с Элиной и Златкой, в которую Алиса явно попадет… у меня есть еще ряд наблюдений…
– Такова моя теория, Арон… помнишь она укусила меня?
Неопределенно киваю. Алик не говорит, кто “она”, Алиса или Эва.
– Кто-нибудь выживал после твоих укусов, Владыка?
– Есть один человек, – ухмыляюсь краешком рта, – даже два.
Алик тоже улыбается, но миг – и он снова серьезен.
– Моя теория заключается в том, что если выдавать тебе твою Арави частями… как малые дозы яда… быть может ты станешь устойчив, и сохранишь ясность ума, когда Алиса предстанет перед тобой во плоти… И найдешь в себе силы покорить внутреннюю Тьму, принять о судьбе Арави взвешенное решение. Мужа и повелителя. А не обиженного мальчишки.
– Алик!
– Все как есть, Арон, – вскидывает руки в примирительном жесте Алик и весело заглядывает мне в глаза. Алик всегда умел хорошо чувствовать мое настроение и "ходить по очень тонкому льду", во всех смыслах …
И я на него не злюсь. Потому что он прав. Хотя любому другому уже снес бы голову… А вместо черной лавины ярости внутренняя тьма только урчит как огромный сытый кот.
Мы уже хотим взойти на теневую тропу, однако в подготовленной точке пространства… тропа не открывается.
Я нахмуриваюсь. Алик немедленно обнажает меч и принимает боевую стойку.
И не зря. Я чувствую, нас здесь поджидает враг. В воздухе разносится запах силовых разрядов. И окружающий мир надтрескивается и осыпается, будто все вокруг – отражение в разбитом зеркале.