Глава 4

Плов получился отменный. Мы с Игорем пообедали, попили чая, и он заторопился к себе домой. Потому как, нужные контакты и связи у него были записаны, по старинке, в блокнот, а вовсе не в электронную память телефона, которому он не доверял до конца. Он собирался выяснить об этом загадочном Юдине все, что только возможно. На его предложение, пойти вместе с ним, я отказалась. Нужно было привести в порядок кухню. После приготовления плова Игорем, там как будто пробежалась конница Мамая. А потом, я решила поставить сегодня тесто, вечером напечь пирогов, а завтра с утра проведать Сергеича в больнице. Память у него отшибло, но, я надеялась, что аппетит он сохранил невредимым. Мы расстались с Игорем на пороге, и он пообещал мне, что как только… Так он сразу даст мне знать. На том и распрощались.

Я, засучив рукава, принялась за работу. К концу дня я так разошлась, что, незаметно для себя самой, выдраила весь корабль. Пироги стояли в духовке и издавали невозможно одуряющий аромат печева. Но, за всеми этими делами меня не покидала одна и таже мысль. Надо встретиться с Хранителями и обо всем им рассказать. Может, это и не имеет никакого отношения к той тайне, которую они хранят, но, как говорится, береженого Бог бережет. (Подробнее читайте в книге первой «Ловушка на тайну»)

Вытащив пироги из духовки и накрыв их чистым льняным полотенцем, я собралась посетить конюшню. Именно там обитали известные мне Хранители, Виктор, работающий конюхом, и его отец Федор, который считался у всей округи немым. Но, на самом деле, немым вовсе не был. И говорил бойчее, чем многие из тех, кто считал его немым. Эту тайну, и тайну подземелий, в которых хранились старинные книги, в которых была вся древняя история нашей земли и предков, мы поклялись с Игорем хранить ценой своих жизней. И сейчас, когда такое произошло с нашим другом, Сергеем Сергеевичем, я, как та пуганная ворона, которая и от куста шарахается, почитала своим долгом обо всем рассказать Хранителям. Мало ли… В общем, собрав в небольшую корзинку горячих пирожков, я собралась отправиться на конюшню. Игорю я о своих мыслях ничего не сказала. Да, собственно, и говорить было особо не о чем. Только одна интуиция и была. А ее, как известно, к делу не пришьешь. Поэтому, я решила, что вполне могу проведать Федора с Виктором одна. Опять же, старика пирогами побалую. Машину решила не брать. Ну, во-первых, дорога на конюшню проходила недалеко от дома Игоря. И он сразу меня засечет. А, во-вторых, не хотелось мне мою машину гонять по раскисшей грязной дороге, да еще и в горку. Решила, что мне будет полезно прогуляться пешком. Расстояние было небольшим, всего километра три – четыре. Правда, погода совсем не была весенней, несмотря на начало апреля. Мокрые серые облака плыли низко над землей, цепляясь за вершины гор, одетых в ледниковые шапки. С реки веяло холодом. Даже птицы не пели, а сидели, нахохлившись на ветках, будто в ожидании какого-то сюрприза от капризной погоды. Но я решила, что прогулка на свежем воздухе должна будет поспособствовать моему мыслительному процессу.

Я уже собиралась открыть дверь, когда зазвонил мой телефон. Я достала его из кармана куртки и глянула на дисплей. Так и есть, Игорь. Наверное, это судьба. Я нажала на кнопку ответа. Из трубки послышался возбужденный и какой-то, я бы даже сказала, веселый голос моего друга. Не иначе, чего-то нарыл. Я навострила уши.

– Ты чем сейчас занимаешься? – Спросил мой друг, как видно, пытаясь соблюсти светский этикет.

Я поморщилась. Нехорошо обманывать друзей. Но, я поспешила себя уверить, что я не обманывала, а просто хотела что-то предпринять втихаря. Хотя и это, тоже, было неправильно. Поэтому, бодрым голосом, но с ноткой смущения, я отрапортовала.

– Вот, закончила с уборкой, пирогов напекла и к тебе собралась.

В трубке довольно хрюкнуло, и опять прозвучал голос Игоря.

– Класс!! Как раз вовремя. Давай, я тебя жду. Чайник сейчас поставлю. Я тут кое-что накопал. В общем, давай быстрее… – И отключился.

Я вернулась на кухню, добавила в корзинку пирогов, опять накрыла их полотенцем, и решительно направилась в сторону дома Игоря. Игорь встретил меня на крыльце радушной улыбкой. Его огромный кот Соломон поприветствовал меня громким мяуканьем. Потом принюхался, поднялся на задние лапы и деликатно дотронулся до края корзинки передней лапкой. Потом опять мяукнул, предлагая мне угостить его пирогом. Имя, которое он носил, вполне соответствовало ему. Он был также мудр, как и его древний тезка. Иногда мне даже казалось, что еще немного, и я услышу от кота человеческую речь. Я вытащила из корзинки пирожок, разломила его, присела на корточки и предложила угощение коту. Он осторожно взял из моих рук кусочек и поволок его в свой угол, где стояла его миска, и принялся неторопливо, со всем своим кошачьим достоинством, есть.

Игорь смотрел на эту картину с умилением и гордостью родителя, взирающего на свое, не по годам умное чадо. Я прошла на кухню, поставила корзинку на стол, и принялась выкладывать еще теплые пирожки в тарелку. Игорь обратил внимание, что в корзинке много пирогов, и спросил, чуть игриво, приобняв меня за плечи.

– Ты хочешь, чтобы я все это съел и лопнул?

Я глянула на него с недоумением.

– Это, не все пироги тебе. Я еще хотела Федора угостить. Ты же помнишь, он пироги любит. – Я сделала вид, что это было что-то само собой разумеющееся, угощать Федора пирогами.

Как и следовало ожидать, Игоря это насторожило. После окончания нашего приключения в подземелье, мы так ни разу и не встречались больше с Хранителями. Даже, когда приходили на конюшню, чтобы взять лошадей для прогулки, нас там встречал молодой парнишка, то ли сын Виктора, то ли просто помощник. Хотя, думалось мне, что постороннего и непосвященного человека, Федор вряд ли приблизил к себе. А тут, я решила вдруг, ни с того, ни с сего, угощать Федора пирогами. Конечно, его это просто не могло не насторожить. Он посмотрел на меня внимательно. Всю игривость, как корова языком слизала. Игорь развернул меня лицом к себе, и серьезно сказал:

– Садись. Рассказывай. – И все. Никаких тебе «почему» и «зачем».

Я жалобно посмотрела на него снизу вверх, и промяукала:

– Может, чаю нальешь? – Мне надо было несколько минут, чтобы собраться с мыслями.

Игорь загремел чашками и вскоре, поставил передо мной чашку с ароматным чаем. Потом, секунду подумал, налил чаю себе тоже, и его рука потянулась за пирожком. Я про себя довольно хмыкнула. Это был хороший знак. Нет, все-таки, была права моя бабушка, когда говорила, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Слегка приободрившись, я поведала ему все свои мысли и сомнения. В конце своей речи, я проговорила:

– Понимаешь, уж больно все нелогично с Сергеичем получается. Ну, слишком уж сложно для простого ограбления. Если его накачали этими барбитуратами так, что он ничего вообще не помнит, кроме своего имени, то зачем его было по голове-то лупить?

Игорь серьезно посмотрел на меня.

– Ну, и зачем, по-твоему…?

Вдохновленная его вниманием, я с жаром проговорила:

– Да, чтобы у всех сложилось мнение, что это было банальное ограбление! Ведь, убивать то его не хотели. Потому как, если бы хотели, то не подбросили к вагончику. Да, и машина эта его… Ну, сам посуди, кому оно надо, это чудище, еще Советского автопрома? – Я посмотрела на Игоря, чтобы понять, как мои слова на него подействовали. Он сидел, задумчиво теребя пальцами свою аккуратную бороду. Верный признак серьезных размышлений. И я продолжила выкладывать ему свои аргументы. – Вот, теперь и подумай… На фоне всей той информации, что нам известно, все это выглядит уж очень подозрительно. Поэтому я и решила, что Хранителям надо об этом знать.

Игорь поднял на меня свои глаза, блеснувшие из-за очков стальным цветом. Вообще-то, они у него серые. Но, их цвет, как ни странно, зависит не от освещения, а от его настроения. Причем, их диапазон может меняться от темно-зеленого, до почти небесно-голубого. И сейчас, судя по всему, он был очень озадачен, и, я бы сказала, взволнован.

– А с чего ты решила, что это происшествие имеет отношение к … Хранителям. Каким боком-то наш Сергеич к этой истории? Он ведь даже не знал, что мы с тобой трое суток под землей лазили. Мы же ему сказали, что произошел завал, и, что возможности залезть в этот схрон у нас не было. Даже когда по округе поползли слухи о пропаже Мезенцева и его охраны, он и тогда ничего не заподозрил. Хотя, должен сказать, что временами ловил на себе его недоверчивые взгляды. – Я нахмурилась при его последних словах. Воспоминание об этом до сих пор отдавались какой-то ноющей болью в моей душе.

И я подозревала, что забыть я об этом не смогу до конца своих дней. Усилием воли, я выдернула себя из этих мрачных мыслей о прошлом, и неуверенно проговорила.

– Не знаю, Игорь. Может, конечно, это совсем тут и не при чем, а может и при чем. Но, в данной ситуации, я думаю, лишним не будет. Что-то мне подсказывает, что я права, и все это связано.

Игорь опять посмотрел на меня задумчиво, и просто кивнул головой.

– Ну, что ж… Я думаю, хуже не будет. Давай, попьем чаю, я тебе все расскажу, что сумел узнать. А потом, прогуляемся до конюшни.

На том и порешили. Я, сделав несколько глотков из своей кружки, терпеливо ждала, когда Игорь насытится. Тем более, что пироги надо есть теплыми. Дожевав третий пирог, он глотнул чаю и блаженно закрыл глаза, а потом промурлыкал, очень мне напоминая в этот момент своего кота Соломона:

– Ты – кудесница… Такие пироги мне пекла только моя бабушка в далеком детстве, когда родители не могли взять меня в экспедицию, и им приходилось увозить меня к бабуле в деревню.

Я слегка засмущалась от его комплимента, ответив скромной улыбкой, спокойной и тихой, как вечерняя заря. Потом, весело фыркнула.

– Ну, все. Все формальности этикета соблюдены, теперь можешь рассказывать.

Игорь сразу посерьезнел.

– Ну слушай. Юдин Кирилл Захарович, бизнесмен, проще говоря, предприниматель. Начинал свою трудовую деятельность в секретарях райкома комсомола. Во времена перестройки, как и большинство райкомовских деятелей, очень быстро перестроился. Уже через несколько лет выбился в первую десятку самых богатых людей нашего края. Потом, после одного громкого скандала с приватизацией одного из ведущих заводов, на некоторое время пропал с горизонта. И появился через несколько лет, буквально, как птица Феникс, возродившийся из пепла. Но, уже не один, а в компании, кого бы ты думала…?

Я ответила, почти не задумываясь:

– В компании с Мезенцевым Александром Ивановичем.

Игорь радостно выпалил:

– Точно!! – Потом нахмурился, и недоверчиво спросил. – Постой, а откуда ты знаешь? Ты что, и раньше знала?

Я поспешила его успокоить.

– Ничего я не знала. Просто, сопоставила все факты, плюс твою загадочность и скрытое ликование, и сделала единственный вывод из всего этого. – Игорь только головой покачал, выражая этим жестом свое удивление.

– Ну, ты мать, даешь! Да, тебе не на корабле сидеть надо, а идти в аналитический отдел нашей разведки работать. Они не знают, какое счастье их минуло. – С коротким смешком добавил он.

Мне не хотелось вступать в длительную дискуссию по этому поводу, поэтом, я только махнула рукой, и нетерпеливо проговорила:

– Хватит… Мои способности мы обсудим как-нибудь в другой раз. А сейчас, лучше, рассказывай дальше.

Игорь сразу посерьезнел:

– А дальше начинаются какие-то непонятки. Вроде бы, пути их расходятся. Но, они продолжают регулярно встречаться. Хотя, казалось, никаких особых совместных интересов у них и не было. Мезенцев оставляет свой бизнес на управляющего, который является по совместительству его дальним родственником по матери, и уезжает сюда, в нашу глухомань. Ну, теперь-то, побудительные причины нам известны. Но сейчас, после того, как он пропал, хозяйство, вроде как, осталось бесхозное. На его предприятия нагрянули проверки, и оказалось, что у него, по сути, ничего уже не осталось. Все давно принадлежит банку. Он заложил все что мог, и вложил все деньги сюда, в Рябиновую долину. Другими словами, все его имущество пошло с молотка. А здешние угодья выставляют на аукцион. И представь себе, одним из первых претендентом на эту его базу является…

Тут я перебила его и закончила фразу:

– … Юдин Кирилл Захарович…

Игорь только фыркнул.

– С тобой совсем не интересно. Никаких тебе сюрпризов не устроишь. Что, опять скажешь, логика.

Я похлопала его по плечу и с улыбкой проговорила:

– Она, родимая…

Загрузка...