Глава 10

Дамир.

Выхожу из душа, иду в кухню на запах кофе. Сажусь за стол.

– Порадуешь меня чем-нибудь?

– Точно не завтраком, – Мотя ставит на стол сковороду с подгоревшей яичницей. Стаканы с кофе. – Выглядишь хреново.

– Ты тоже.

– Я не спал всю ночь.

– Я тоже, – парирую.

Я давно уже не сплю нормально. Бессонница – мой вездесущий спутник. Я привык.

– Ладно, не буду томить. Всё, что успели собрать, – Матвей кладёт передо мной тощую папку. – Времени было не так много.

– Времени было предостаточно. Четыре, нахрен, года!

Матвей на мои провокации не ведётся, даже в лице не меняется. Лишь коротко жмёт плечами и откидывается на спинку стула.

– Её хорошо «потеряли». Работали профессионалы. А спалилась она по глупости.

– Ася не глупая. Куда ушёл платёж?

– На погашение кредита какого-то Дмитриева Олега Павловича.

– Пердец. Ася за него ещё и кредиты платит!

Что, нормального-то мужика найти себе не могла?!

Я бы предпочёл, чтобы не находила никакого вообще, но её логику примерно понять могу.

Она наверняка думала, что «штаны» в доме облегчат жизнь. Искала безопасности. И это очень фиговое чувство, когда твоя женщина ищет безопасности в ком-то другом.

На этого Олега, нахрен, Павловича досье тоже есть, листаю. Увалень какой-то. Из имущества сорок квадратов, доставшиеся от матери, и проперженный диван.

Ну прелесть!

И от него рожать ей было норм, значит?

– Дамир, ты чё делать-то собрался?

– Как чё? Забирать жену.

Матвей смотрит по сторонам.

– Судя по тому, что я её тут не наблюдаю, на твоё предложение она отказом ответила?

– Повыделывается и перестанет. Я хочу как лучше для неё.

– Это называется «причинять добро». Такое вообще-то не приветствуется в демократическом обществе.

– Слушай, она… – начинаю я и осекаюсь.

Что ему объяснять? Всё равно не поймёт.

Я знаю, Матвей меня осуждает. Не только за тот фарш, который я сейчас устроил, но и за прошлый фарш тоже. За внезапный фортель с Дианой, который, если честно, для меня самого стал ахренительной неожиданностью.

Не думал, что я смогу вот так сорваться.

Подло. Низко. Некрасиво.

Девочек обижать нельзя… А я обидел самую важную женщину в моей жизни.

Вот только я свои косяки признал, за них раскаялся, а Ася до сих пор себя в белом пальто видит. Как будто в том, что наш брак разрушился, виноват я один.

Я сделал контрольный, не спорю.

Но катализатором стал не я, и запустил эту херню всю тоже не я.

Мы оба.

Оба виноваты.

– Короче, Дамир, если ты реально собрался силой её увозить…

– Да не стану я, брось. Я же не зверь.

– Она так не думает.

Стреляю тяжёлым взглядом в Мотю.

Ещё и ты мне тут давай, ага!

– У неё не останется выбора.

– Как это?

– Перекрою кислород, закручу гайки.

– Ой, мля, – Мотя закрывает ладонями лицо и бубнит в них. – Шахманов, ты отбитый нахрен! Просто дно!

– Мне, Мотя, насрать уже, как это выглядит. Не до безупречных образов. Я без неё жить не могу. Пробовал – фигня получается. Оно всё пресное, понимаешь? Это не жизнь, а дешевый суррогат.

Мотя медленно кивает и отбивает ритм пальцами по стакану.

– Ребёнка видел?

– Видел.

– И?

– Мимо.

– Точно?

Вспоминаю рыжеволосого конопатого мальчугана.

Вздыхаю с тоской.

– Ни единого шанса.

У Моти на лице смесь сочувствия и жалости.

Он знает, как я от Аньки ребёнка хотел. Представляет, наверное, какой это для меня удар.

– М-да уж. Это прям карма какая-то. Может, тебе всё же пересмотреть взгляды на жизнь?

– Нормальные у меня взгляды, – отпиваю кофе. Горький, противный, на вкус напоминает последние четыре года моей жизни.

Мотя тоже пьет без удовольствия.

– Дальше-то что?

– Не знаю. Думаю, всё же поближе познакомлюсь с Кирюхой этим.

– Этой.

– Что – этой?

– Кирюха – девочка. Ты чё, Дамир, каким местом на ребёнка смотрел?

Так-так.

А вот здесь интересно…

Сгребаю со стола телефон, хватаю ключи от машины и выбегаю из дома.

– Ты куда?! – кричит вдогонку с крыльца Мотя.

– Жди здесь! Я за семьёй.

Ну, Ася! Нас ждет очень серьезный разговор!

Загрузка...