Глава 3

– Куда ты прешь?! Черт! Моя блузка! – кричу я вслед автомобилю, который только что облил меня грязью из-под своих дорогущих шин.

– Индюк! Урод! Понапокупают машин, а расплачиваются, видимо, совестью! – в сердцах добавляю я, не увидев, что окна автомобиля открыты.

Вообще, я очень скромная девушка и обычно помалкиваю, боясь отхватить. Но тут уж сама ситуация не позволила выбрать другие выражения.

Слышу визг тормозов и замираю, понимая, что тот самый индюк за рулём все слышал.

Ну что за утро? Впервые за долгое время появилась хорошая вакансия, так мало того, что грязью обдали, еще сейчас и матами покроют.

Оглядываюсь, пытаясь сообразить куда бежать, но понимаю что поздно. Дверь машины открылась, выпуская огромного широкоплечего мужчину. Да, бежать бессмысленно, такой догонит, даже несмотря на деловой костюм, в который он одет.

Расправляю плечи и решаю встречать смерть с достоинством. Задрав подбородок, слежу, как двигается ко мне мужчина, обманчиво медленно, словно пантера. Его атлетическое тело притягивает, а поднимаю глаза выше и встречаюсь с сердитым взглядом. Красив и зол. Гремучая смесь. А еще богат. Сейчас припаяет статью за оскорбления или еще чего похуже…

Незнакомец останавливается возле меня, нависая надо мной, словно гора. В глазах бушует настоящий огонь, а густые брови сдвинуты на переносице.

Ой-ой, мамочки, кажется, мне конец…

– Это кто тут индюк? – рычит незнакомец, а я сжимаюсь, словно ежик, и выставляю колючки наружу.

– Ты! Не видишь, что наделал? Ты испортил мою одежду!

– Вряд ли ее можно было сделать еще хуже! – хмыкает наглец, оглядывая меня с головы до ног.

– Ах ты хам, да как ты смеешь? Я, вообще-то, на работу иду устраиваться, а из-за тебя теперь меня не возьмут! – кричу я в ответ.

– Они не возьмут тебя не из-за этого, не придумывай! Поверь, грязь только добавляет экстравагантности в твой дивный образ, но даже она тебя не спасет. Таких, как ты, в эту фирму не берут!

– А тебе-то откуда знать? – шиплю я, пытаясь оттереть пятна. Поднимаю взгляд на мужчину и сощуриваюсь. – Ах, так ты тоже здесь работаешь? Что, думаешь, что ты лучше всех, раз тебя приняли? Так вот и нет! Ты обыкновенный невоспитанный себялюбивый хам – вот ты кто!

– Все сказала? – поднимает широкие брови мужчина, а я задираю нос.

– Все!

– Тогда удачи на собеседовании. Ты его не пройдешь.

Он разворачивается и уходит в офис, а я смотрю вслед нахалу.

Нет, ну надо же! Облил, обругал, еще и прогнозы мне тут свои выдает. Не пройдешь, ага. Тоже мне, Гендальф из Властелина колец нашелся!

Иду в здание и быстро нахожу туалет. Кое-как оттерев блузку, решаю заглянуть в кабинку. Но как только дверь за мной закрывается, слышу женские голоса.

– Нет, ну ты видела? Чего он сегодня такой? Будто с цепи сорвался! – всхлипывает девушка, а другая ее утешает:

– Может, снова невеста чудит? Или же дома проблемы? Не бери на свой счет!

– Да как не брать? От него на днях очередная помощница убежала, вот посмотришь, уж если ему Вика не угодила, то никто не угодит! Так и будет один все делать! – зло выплевывает первая.

Я прислушиваюсь внимательнее, понимая, что они говорят о моем будущем боссе. О боги. Тут что, все напыщенные хамы и идиоты?

– Да, скорее всего. Ну что ж, держи салфетку, а я погнала. Максим Александрович просил срочно документы распечатать. Боюсь, и мне сегодня влетит.

Слышу стук каблуков, удаляющийся от туалета, и следом за ним фразу:

– К черту все!

Девушка выходит вслед за подругой, а я выбираюсь из кабинки.

Ох, что же меня ждет?

Поднимаюсь на девятнадцатый этаж – именно там кабинет того самого Вишневского Максима Александровича – и выхожу из лифта в широкий вестибюль.

Вокруг бегают сотрудники в деловых костюмах, слышно шум ксерокса и работающих компьютеров. На миг застываю, ошеломлённая рабочей атмосферой, но толчок в бок мимо проходящей женщины заставляет очнуться.

– Извините… – шепчу я, но женщина даже не обратила на меня внимания. Просто ушла, уткнувшись в бумаги.

Да уж, видимо, тут все очень вежливые. Ну и ладно. Мне с ними не жить. Поработаю годик, если возьмут, конечно.

Оптимизм не сильно охватывает мои мысли. Я вспоминаю слова Нины Михайловны, потом подтверждение им от девушек в туалете и грустно вздыхаю.

Страшно-то как! Но в целом понятно. А каким еще должен быть миллиардер, основавший такую крупную компанию? Белым и пушистым? Нет, конечно! Он обязательно будет пользоваться тем положением, которого он достиг. Или он вообще ничего не достиг бы. Такова правда жизни. Ну а мне, простой сироте, нужно уметь подстраиваться. Уж что-что, а это я умею как нельзя лучше!

Успокоив себя этими мыслями, я уверенно шагаю дальше по коридору, рассматривая таблички на кабинетах. Вряд ли среди них притаился кабинет их главного, но мне просто интересно, какие должности здесь вообще есть.

Открыв рот, я обнаруживаю тут всех, кого можно представить. Боже, да тут даже психолог есть. Уж не для работы ли с потерпевшими после общения с Вишневским?

Хихикаю в кулак, остановившись у двери, но тут она распахивается, и на пороге показывается девушка лет тридцати.

– Здравствуйте, вы ко мне? – спрашивает она уже знакомым голосом, и я понимаю, что это та незнакомка, которая успокаивала ревущую в туалете девушку.

– Нет, нет. Я ищу кабинет Максима Александровича.

– Оу, это дальше. В конце коридора будет большой холл, там же стойка с секретарем. Спросите у него, на месте ли Вишневский.

– Спасибо! – киваю я, улыбнувшись, и, подсматривая на бейджике имя, добавляю: – Валерия.

– Не за что! – вежливо улыбается она в ответ.

Надо же, здесь, оказывается, не все хамы. Разворачиваюсь в указанном направлении, но Валерия окрикивает меня:

– А позвольте поинтересоваться, зачем вам наш босс?

Я неловко топчусь на месте, ведь помню, чего они желали начальнику буквально полчаса назад и как заранее пророчили будущей помощнице быстрый вылет из фирмы, но все же сообщаю:

– На работу устраиваться пришла. Помощницей.

***

– Да? Что ж, сегодня не лучший день для собеседования.

– Почему? – удивленно вскидываю брови.

– Ну, сегодня он рвет и мечет, – добродушно улыбается девушка, а я проникаюсь к ней симпатией. А ведь не соврала, действительно, я же слышала об этом.

– А разве он не всегда такой?

– О, да я смотрю, ты уже наслышана о характере нашего цербера. – Валерия подходит ближе и заговорщицки шепчет: – Я не должна так говорить, конечно, а то могу вылететь с работы. Я ж вас не знаю, но мне кажется, вы хороший человек.

– Не знаю, может, и хороший…

– Я знаю. Хорошо разбираюсь в людях. Специфика работы! – гордо заявляет она и добавляет: – Просто он сегодня не в духе, и у тебя было бы куда больше шансов устроиться завтра.

– Но я не могу завтра. У меня встреча назначена на сегодня…

– Хм, ну тогда удачи! – кивает Валерия, но вдруг добавляет: – Знаешь, дам тебе совет.

Девушка задумчиво смотрит на меня и вздыхает:

– Он не любит, когда его перебивают. Лучше молчи и кивай. Не любит хвастливых. Поэтому обо всех своих знаниях и умениях молчи, пока не спросит. А вот когда уже спросит, а он любит накидывать много рандомных вопросов, совершенно из разных плоскостей, вот тогда не молчи. Говори все, что знаешь!

– Ого! Я поняла! Огромное спасибо, Валерия! Как вас отблагодарить, даже не знаю!

– Потом отблагодаришь! Хотя как знать, может, это окажется самой большой твоей ошибкой.

– Что именно? – вскидываю брови я.

– Устройство на данную работу и в частности знакомство с Максимом Александровичем. Многие проклинают день, когда пришли сюда! – Валерия пожимает мое плечо и исчезает за дверью кабинета, а я тупо смотрю перед собой.

– Вот и успокоила! Но за советы спасибо. Они точно лишними не будут.

Прохожу в большой холл и сразу упираюсь в стойку секретаря.

– Здравствуйте, вы к кому? – спрашивает второй знакомый голос. Ага, значит, довел он именно своего секретаря. В подтверждение моей догадки я вижу красные пятна на веках девушки.

– Кхм, я… Мне назначено к Вишневскому Максиму Дмитриевичу.

– Ваша фамилия?

– Тихонова.

– Секунду! – отвечает секретарша и смотрит что-то в компьютере.

– Да, на девять тридцать. Вы опоздали!

Я вскидываю взгляд на настенные часы и вижу, что действительно задержалась на пятнадцать минуть. Вот черт!

– Уже нельзя? – переспрашиваю я, но девушка равнодушно отвечает:

– Можно. Но если вы бессмертная! – Легкий намек на улыбку трогает губы секретарши.

– Хорошо, вот сейчас и узнаем, – выдыхаю я и шагаю к большой двери в центре холла.

Постучав три раза, я слышу звучный голос.

– Войдите!

Расправляю плечи и шагаю внутрь.

– Здравствуйте, Максим Александрович. Я Тихонова Василиса Сергеевна, пришла по рекомендации Степанова из МФЮА устраиваться к вам помощницей… – выпаливаю я на одном дыхании, но запинаюсь, увидев, кто передо мной.

Индюк? О боги… Я нахамила самому Вишневскому. Мамочки…

– И вам здравствуйте! – поджимает губы мужчина и откидывается на спинку кресла. – Вы опоздали!

Молча киваю, как учила меня Валерия, и мужчина прищуривается.

– Вижу, вы быстро привели свою… кхм, свой наряд в порядок.

– Да, спасибо, все в порядке!

– Ничего себе, какая вежливость. Так и не скажешь, что полчаса назад вы ругали меня, как заправский моряк.

– Извините…

– А я вроде сказал вам, что вы не пройдете собеседование. Но вот вы здесь. Упрямая или глупая?

– Не знаю, – коротко отвечаю я, а мужчина разочарованно вздыхает. Не получилось вывести меня на эмоции, чего ему, видимо, очень хотелось.

– Ладно, раз уж пришла, то…

Я собираюсь с мыслями, ожидая вопросов, и они не заставляют себя долго ждать:

– Что означает слово «экономика» в переводе на русский язык?

– Законы хозяйства, – быстро отвечаю я.

– Самая известная книга Карла Маркса.

– Капитал.

– Вывоз товаров за границу.

– Экспорт!

Мужчина хмурится, понимая, что я не теряюсь и не делаю заминок, но продолжает:

– Разность между ценой реализации и себестоимостью продукции.

– Прибыль.

– Левая сторона бухгалтерского баланса.

– Актив.

– Сбалансированный перечень доходов и расходов на определенный период.

– Бюджет.

– Ладно, смотрю, подготовились. Но я все равно вас не возьму!

– Но почему?! – Вскидываю взгляд на мужчину, который буквально пышет злостью. Он медленно поднимается со своего кресла и идет ко мне.

Я инстинктивно шагаю назад, но упираюсь в стену.

– Я. Ненавижу. Когда. Мне. Хамят, – рычит Максим Александрович, наклонившись к моему уху. Слишком близко. Его горячее дыхание опаляет кожу на моей шее, и по ней бегут мурашки. То ли от страха, то ли…

– Я бы не хамила вам, не облей вы меня водой! – выпаливаю я, задирая голову.

Мы сцепляемся взглядами, и я чувствую, как клокочет во мне чувство несправедливости. Да, он хозяин этой жизни, а я сирота, но это он был неправ, и он должен об этом знать. Пусть это и будет стоить мне работы!

– Нечего было переходить мне дорогу! – шипит мужчина, а я заливаюсь краской от возмущения.

Наши губы слишком близко, и это не дает думать связно. Господи, этот человек вообще умеет соблюдать личные границы? Даже в набитом битком автобусе ко мне никогда не был кто-то так близко, а он…

– Вы должны извиниться!

– Я?! – пищу я, задыхаясь от его наглости.

– Вы, Василиса! – вкрадчиво говорит он и еще на миллиметр приближает свое лицо к моему.

Загрузка...