Ход лошадью

– Встать, суд идёт!

– Где и с какой целью вы родились?

Вопрос застал меня врасплох. Я был готов к чему годно, только не к этому. Признаться в том, что местом моего рождения является ничем непримечательная планета, для гуманоида моего статуса очень непросто.

– Млечный Путь, странствующий прозаик.

– А по нашим данным, вы на протяжении сорока пяти лет бессмысленно топтали Землю. Подсудимый, признаёте ли вы себя виновным?

– Нет, Ваша Светлость, при рождении мне не выдали крылья.

– Острить будете на следующем уровне, когда туда попадёте. Впрочем, в это верится с большим трудом.

– Мне не до шуток, Господин Судья. Родившемуся под знаком Рыб, могли бы дать хотя бы ласты.

Присяжные заулыбались.

– Прошу не обращать внимание на реплики подозреваемого, – спохватился судья, но было уже поздно.

– Уважаемы присяжные заседатели! Прошу снисходительно отнестись к измученному жизнью прозаику, на которого никогда не сыпалась манна небесная. Вы даже представить себе не можете, каково это – каждый день просыпаться, словно на каторгу.

– Подсудимый, поясните суду, что вы имеете ввиду.

– Ваша Честь, я вынужден зарабатывать на хлеб насущный работой электрика.

– И что же ужасного в этой работе? Давать людям свет и тепло – это достойное занятие.

– Вы бы ещё сказали, что Солнце занимается тем же самым и не жалуется. Я же делаю это не для людей.

– Не для них? – глазные индикаторы андроида седьмой серии от удивления хаотично замигали.

– Нет, Господин Судья. Моя работа заключается в замене лампочек во Дворце Поэзии. Эти проклятые поэты постоянна воруют работающие лампочки, вкручивая вместо них сгоревшие.

– Но во Дворце Поэзии высокие потолки. Поэты при всём желании до люстр не дотянутся.

– А кони, на что?

– Какие кони, подсудимый? – из слухового аппарата Судьи вытекла капля машинного масла. Это было явным свидетельством того, что главный процессор работает на пределе своих возможностей.

– Какие-какие, ясное дело, какие – крылатые! Пегасы, ваша честь! Эти негодные рифмователи, – я постарался вставить в интонацию мегатонны презрения, – каждый вечер собираются во дворце для своих оргий, напиваются и устраивают на Пегасах охоту на лампочки!

Сделав ровно двадцать оборотов вокруг своей оси, голова андроида со скрипом остановилась.

– Вы в своём уме, подозреваемый?

– Вы мне не верите? Разрешите вызвать, в качестве свидетеля защиты, уборщицу?

– Если заседатели не возражают, пусть свидетельствует.

Обе сворки двери распахнулись и показалась свидетельница. Но сначала появилась загруженная под завязку садовая тачка, которую та с трудом толкала.

– Что это? – выдавил из себя Судья. За его спиной появился чёрный дымок и к специфическому запаху, который исходил от тележки, добавился запах палёной изоляции.

– Навоз, Ваша Честь! Эти крылатые твари, несмотря на свою врождённую возвышенную интеллигентность, дефекацией не страдают. Это только за вчерашний вечер нафенолфталеинели.

Судья со скрипом встал, как-то странно закачался, сделал несколько па из какого-то средневекового танца, реверанс и грохнулся на пол. Присяжные заседатели, уже не скрывая своего смеха, зааплодировали.

По недавно принятой Конституции, сгоревший на работе судья является доказательством полной невиновности подозреваемого и обвиняемый освобождается из под стражи в зале суда. К тому же, за аналогичное преступление нельзя судить во второй раз.

Полная Виктория! Именно Виктория стала моим спасительным кругом. Правда, не за бесплатно и за навоз я теперь представительнице этой древнейшей профессии – профессии блогера, пожизненно должен целых три безвозмездные услуги, но это мелочи по сравнению с апгрейтом личности, который ожидал меня в случаи обвинительного приговора.

Загрузка...