Народ подтягивался на место сбора, поглядывая на незнакомую девушку, стоявшую как бы немного в сторонке, но, тем не менее, явно собирающуюся отправляться со всеми.
– Смотрите, новенькая! – кивнула на неё братьям Девясилка
И недолго думая, пошла знакомиться.
– Привет! Ты с кем-то? – с места взяла она.
– Ты меня не узнаёшь? – очень смущенно и тихо спросила в ответ девушка.
Простая такая. В ветровке. Удобных штанах. Берцах. Всё как положено для похода в горы.
Девясилка несколько секунд до неприличия пристально всматривалась в её лицо:
– Файли?! – ахнула она.
– Ну, да, – та ещё больше смутилась, – достала меня эта компания! Хочу начать в дружбе с начала. Примите?
– Почему и да? Ребят, это Файли!
Сначала был полный шок неузнавания. Дева была из той самой ярко попугайной команды побегунец в замужество.
Но сейчас без кричащей одежды, вызывающего макияжа, с нормальной прической,…да они бы прошли мимо и не узнали! Если бы не Девясилка.
– Ты совсем, совсем на себя не похожа, – ответила ей Горынишна, – но тебе так идёт!
На самом деле девушка оказалась очень приятной наружности, и спокойного нрава. Про характер выяснилось уже в походе. Остальное смогли оценить сразу.
Файли застеснялась общего внимания. Хотя раньше все члены их группки только тем и занимались, что старались его привлечь к себе.
Впрочем, долго никому удивляться не дали. Чему девушка была только рада.
Пересчитав всех явившихся, главный скомандовал:
– Выступаем!
Сбор был у самого подножия горы, решили, что до этого места каждый доберётся самостоятельно. Так что, не теряя времени, группа стала подыматься по узкой тропе.
Сначала главный немного опасливо оглядывался на новенькую в их компании. Но очень скоро стало ясно, что она справляется. И к первому привалу Файли уже перестала привлекать к себе столько внимания.
А расспросить, что её подвигло на всё это, Девясилка решила на привале с ночевкой. На самом деле, не начинать же расспросы на тропе, где все идут след в след. Да и говорить, подымаясь в гору, такое себе удовольствие!
А пока… ох, вокруг были такие виды, что все, перекусив и передохнув, вставали и молча, стояли, осматриваясь.
Величие и красота расстилающихся просторов под ногами внушала.
И трепет, и восторг. И желание раскинуть руки и взлететь. Просто так. И лететь, лететь, лететь… Не чуя пут на ногах, тяжести, прижимающей к земле. Без границ и заборов.
Конечно, из всей компании это было доступно только Дрангинсу и Горынычам. Но они, о чём-то пошептавшись с главным, превратились…
Визгом, сначала напуганным, но почти сразу сменяющимся на восторженный, засмеялось эхо в ответ.
Покатали всех! Привал получился долгим. Так ведь никто никуда и не спешил. Главное, было добраться до места ночевки затемно, а это они успевали.
Накатавшись до полного восторга, группа, смеясь и продолжая фонтанировать эмоциями, продолжила подъём. Они хотели добраться до большой пещеры, где смогли бы поставить палатки, и сделать там основную стоянку.
И в график они вполне укладывались. Сделали ещё пару привалов. Но уже без полетов. Время оно такое, может дать фору, но потом напомнит о себе.
К пещере вышли во время. Ещё даже не начинало смеркаться. А вы же знаете, как оно бывает в горах.
Только сияло солнышко, а потом…бац…и можно потрогать бархатное небо в алмазных переливах руками. Почти без перехода.
Пока обустраивались, ставили палатки, делали места для костров, и всё такое прочее, именно это и случилось.
Ночь упала плисовым, темно-синим покрывалом. Звезды, они вообще очень любопытны, чтоб вы знали, дружно сбежались посмотреть на толпу веселых людей. Которые ели что-то очень вкусное из исходящихся паром и дымком котелков, пили ароматный чай.
И пели песни. Ах! Какие песни они пели!
Под гитару. У костра. При такой аудитории…
И может быть, кто – то из звезд, заслушавшись этим сказочным явлением, и решил, что надо напомнить Эвтерпе, что надо бы этим ребятам послать особых помощников! Пусть делают мир светлей и радостней!
Резкий, режущий уши, и вообще, закладывающий визг, снес всех от костров к месту его звучания.
Одна из девушек, почему Девясилка очень обрадовалась, что не Файли, стояла, забравшись на небольшой выступ в стенке пещеры, прижавшись к стене, и громко, каким-то одуревшим зайцем верещала, тыча пальцем вглубь темноты.
Глубь отвечала ей легким шипением и неярким мерцанием.