Мне бы сейчас очень не помешал Тони, который сказал бы: «стой, сука! Куда пошел?! С ней? Да она тебя сожрет и не подавится! Таких наивных юнцов, как ты, она на завтрак десятками лопает!»
Но Тони рядом не оказалось, да и я себя не считал юнцом, хотя жутко краснел после того фантастического отсоса под столом. Поэтому никто не мог заставить меня сказать «нет».
И вообще надо быть психом, чтобы отказаться от такой красотки. И едва я расплатился, как она тут же вскочила.
– А где ты живешь? – уточнил я, когда мы вышли на яркий солнечный свет.
– Здесь, – она по-прежнему улыбалась. – Тебе обязательно надо задавать все эти вопросы? Почему нужно быть настолько старомодным. Ты знаешь мое имя и этого более чем достаточно. Хорошо, сладкий?
– Ага, – кивнул я, думая совсем о другом.
Вне ресторана, где было довольно сумрачно, она смотрелась еще более эффектной. Если ее сиськи и не были настоящими, то это наверняка это очень качественная работа, подумал я.
А вот с походкой она не очень церемонилась и быстрым шагом двигалась к одной из башен Сити. Если такие шикарные девушки входят в концепцию «город в городе», то я только за!
Но вопросов я больше не задавал и только изредка ловил на себе ее взгляды. Она смотрела на мой торс, штаны, лицо, всегда по-разному, но постоянно с ухмылочкой. И если сперва это была просто невинная улыбка, то, чем ближе мы подбирались к месту ее жительства, тем более жуткой она становилась.
Может, она больная? Или у нее слишком извращенные фантазии?
– Ты чего какой нервный? – ласково спросила девушка, когда мы вошли в лифт. – я не попрошу от тебя ничего сверхъестественного.
Или там ждет пара рослых парней, которые собирают биоматериал. Пропадают же люди бесследно – и я так же пропаду!
– Я не нервничаю, – быстро соврал я ей в ответ.
А может, она и не девушка вовсе и у нее член под юбкой? Ну уж нет, расставаться с анальной девственностью я не планировал.
– Вот и приехали, – она коснулась моей руки и вышла из лифта первой.
Она шокировала меня минетом под столом в ресторане и продолжала шокировать дальше. На негнущихся ногах я последовал за ней по глухому коридору без дверей и окон. Сразу за поворотом она уже отпирала дверь и снова поманила меня за собой.
– Дай мне пару минут, – попросила она и тут же скрылась в ванной. Затем высунулась: – а ты проходи в спальню. Вперед и направо.
Я послушно прошел в комнату дальше. Из ванной доносилось журчание воды, Алла в дополнение к этому звонко пела. Я же сел на край кровати.
Не прошло и двух минут, как она вышла ко мне, замотанная в большое белое полотенце от шеи до колен. Увидев меня, она рассмеялась:
– Да что с тобой?
– Честно? В первый раз встречаю такую девушку и всю дорогу думал, что с тобой может быть не так.
– Да? – она тряхнула мокрыми волосами. – И что же ты успел напридумывать?
– Была версия, что меня распилят на органы. Но она, похоже, не оправдалась.
– Еще не вечер, знаешь ли, – хихикнула Алла. – Еще?
– Что у тебя член, – ответил я, решив не говорить о мыслях про болезнь.
Я ждал, что она будет смеяться и дальше, но она внезапно посерьезнела и замолчала. Уже приготовившись к самому худшему, я вдруг услышал:
– А ты хотел бы проверить это сам?
– Проверить… что? – в горле у меня внезапно пересохло.
– Сам знаешь, что.
– Хотел, но на самом деле я…
Сказать, что на самом деле не верю в эту бредовую идею, я не успел, потому что Алла развязала полотенце и оно спало вниз, обнажив ее тело.
То, что я считал хирургией, оказалось чистой воды генетикой и любовью к собственному телу. Ни единого шрама. Никаких следов хирургических вмешательств.
– Умничка, что рот открыл, – похотливо улыбнулась девушка и приблизилась ко мне.
Это была вполне нормальная реакция на тугую, круглую грудь с четкими овалами розовых сосков, на ложбинку – результат упорных тренировок на пресс – чуть ниже ребер. Мускулистые бедра и… дальше я рассмотреть уже не успел, потому что Алла уперлась в меня.
– Ложись, – прозвучало откуда-то сверху, а ее ладонь с наманикюренными пальцами легла мне на плечо, легонько толкнула так, что я упал спиной на жесткий, почти не продавливающийся матрас.
И только успел заметить, как она согнула ножки, присев с краю кровати, словно приготовилась занять позу наездницы. Но тут же переместилась от мои ступней выше, и я уже приготовился стянуть штаны.
– Глупенький, – она сделала еще несколько шажков. – Тебе не нужно раздеваться. Сперва я сделала тебе хорошо, а теперь твоя очередь, – Алла сдвинулась ближе и привстала так, что я мог видеть ее киску.
Еще одна улыбка. Никаких вопросов, готов я или нет. Она легким движением села еще чуть выше. Вернее, даже не села, а присела, едва коснувшись влажной киской моих губ. Потом призывно двинулась из стороны в сторону. Я высунул язык и самым его кончиком ощутил солоноватую влагу.
– Так же лучше, – выдохнула девушка и прижалась плотнее.
Через несколько секунд ей показалось, что я все еще стараюсь недостаточно хорошо. Обе ладони она запустила мне в волосы и вжала мое лицо себе между ног со вздохом. Но так я и вовсе не смог двигаться, поэтому девушка ослабила хватку и позволила мне вдохнуть.
Я был вовсе не против так рассчитаться с красоткой за удовольствие в ресторане, но чтобы меня попытались задушить пиздой – это уже перебор. Внутри заиграли смешанные чувства.
Вроде бы и завершить начатое, поддавшись ее правилам игры. А с другой стороны меня только что пытались использовать и весьма грубо. И какой бы красивой она ни была, я не мог позволить себе остаться просто игрушкой в ее руках.
Так что пришлось распустить руки: я ухватил Аллу за упругую теплую попку и сбросил с себя набок.
– За что! – раздалось обиженное восклицание, но я тут же перевернулся, раздвинул ее ножки и приблизился к пункту приема оплаты. Девушка тут же сменила гнев на милость: – Ах ты! – и на этот раз без усилий положила ладонь мне на затылок.
Несмотря на то, что я оставался в одежде, я ощущал сильное возбуждение лишь от того, что делаю приятно ей. От ее вздохов и стонов, от того, как изгибалось ее тело, когда я, схватив губами клитор, провел большим пальцем по ее киске.
– Нет-нет-нет, пожалуйста, не надо, – запричитала она, когда я попытался всунуть его глубже. – И так хорошо.
Я подчинился, продолжая гладить ее губки подушечкой большого пальца. У нее была очень красивая киска: не слишком большие внешние губы, узкая полоса малых – и очень мокрая.
– А вот теперь не останавливайся, – быстро проговорила она на вдохе и застонала.
Я уловил ее ритм и повторял движения снова и снова, не надавливая слишком сильно. Наконец, ее ноги вздрогнули, и Алла со шлепком прижала левую ногу к кровати, не переставая стонать при этом.
Ее сладкая щелочка текла не переставая, пока девушка, наконец, не прекратила дрожать. Только тогда остановился, и я тоже.
– Оплата принята? – весело спросил я, тяжело дыша.
– Полностью! – произнесла девушка. – Но от добавки я не откажусь!