Альтан увлекся женой.
И знал ведь, что ничего хорошего из этого не получится, оттого и старался держаться подальше, но чем лучше он узнавал Теону, тем сильнее хотелось сделать ее своей. Он едва дождался ее пробуждения, с удовольствием наблюдал за ней… и теперь тщательно скрывал страх.
Если Мышка переживала, как перенесет наказание, то и он – тоже. Однако проверить необходимо, и откладывать… не хочется.
Альтан устроился на кушетке и поманил Теону. Она подошла мелкими шажками, нервно оглядываясь.
– Кого-то ищешь? – мягко спросил он. – Мы одни. Прислуга ничего не услышит.
– Я не вижу… – сдавленно пискнула Мышка и замолчала. – Вы говорили…
Вторая попытка объясниться тоже провалилась, но Альтан догадался, отчего она озирается. Вчера он сердился и упоминал розги и плеть. Глупый маленький мышонок…
– Ложись. – Он похлопал себя по бедру.
Недоуменный взгляд объяснил ему, что Тео ничего не поняла.
– Тебя когда-нибудь пороли?
Тео побледнела, потом покраснела, но все же ответила:
– Да, милорд. Розгой по рукам, когда я…
– Достаточно, я понял, – перебил ее Альтан, поморщившись.
А это не жестокость? Разбивать в кровь маленькие детские пальчики в наказание за какую-либо оплошность…
Теона понурилась, определенно погрузившись в неприятные воспоминания.
– Ложись ко мне на колени животом. – Альтан притянул ее к себе. – Руками обними подушку.
Мышка испуганно вздрагивала, но слушалась.
– Для наказаний удобнее использовать другую часть тела. – Альтан провел ладонью по ее ягодицам. – Воспитательный эффект… лучше.
Он задрал подол платья, приподнял нижнюю юбку. Мышка обеими руками вцепилась в подушку. И напряглась, когда он развязал ленточки и потянул панталоны вниз, обнажая ягодицы.
– Тео?
Тишина.
– Теона!
– Д-да? – Она судорожно перевела дыхание.
– Я хочу убедиться, что ты можешь говорить. – Альтан гладил ягодицы, едва касаясь их пальцами. – И остановишь меня, если понадобиться.
– Да, милорд…
Она немного расслабилась от ласки. Альтан спустил панталоны до колен и погладил бедра. Мышка поерзала, пытаясь сползти с колен. Он хмыкнул и просунул ладонь между ее бедер, заставляя развести ноги. Мышка недовольно запыхтела, сопротивляясь, за что получила первый легкий шлепок.
– Ай! – пожаловалась она.
– Послушные девочки после порки получают награду, – нравоучительным тоном произнес Альтан, укладывая ее так, как считал нужным. – А непослушные стоят на коленях в углу.
Мышка наконец-то смирилась с тем, что ее гладят между ног, и пыхтение сменилось чувственными всхлипами.
– Какую награду? – поинтересовалась она.
– Тебе понравится, – пообещал Альтан и слегка коснулся клитора.
Он мысленно похвалил себя за то, что не стал наказывать Тео сразу. Вчера хотелось выдрать ее за опрометчивый поступок так, чтобы было больно сидеть. Сегодня, успокоившись и разобравшись во всем, он знал, что вина Тео невелика, да и не дело бить жену, когда сам виноват не меньше. Но воспитательный урок пойдет ей на пользу, если не вызовет отторжения.
Альтан начал с легких шлепков, постепенно наращивая темп и силу ударов. И все равно бил вполсилы, внимательно следя за тем, как меняется цвет кожи. Ягодицы быстро порозовели, а потом и покраснели.
Теона вела себя… сдержанно. И это настораживало. Она не визжала, не кричала и не плакала: только вздрагивала от каждого шлепка и стонала в подушку, крепко прижавшись к ней лицом. Вполне вероятно, что она решила показать Альтану, как стойко переносит экзекуцию.
– Тео, – позвал он, остановившись. – Ты в порядке?
Мышка оторвалась от подушки и повернулась к нему. По пылающим щекам текли слезы, а взгляд… метал молнии.
– Ты лупишь меня по заднице! – выпалила она. – И спрашиваешь, все ли в порядке?
Альтан чуть не рассмеялся. Мышка неисправима! И это замечательно. Она дерзит, значит, не сломлена, и желание угодить мужу не сильнее здравого смысла. А то, что она строптива… так даже интереснее. С Мышкой не будет скучно.
– Попробуй ответить еще раз, милая. – Альтан разминал ягодицы, зная, что это уменьшает жжение. – И я сделаю вид, что ничего не слышал.
Всхлип. Пыхтение. Шумный вздох.
– Прошу прощения, милорд. Пожалуйста, не надо больше… Я все поняла!
Он улыбнулся и отсчитал еще три шлепка.
Теона отчаянно взвыла и дрыгнула ногой, отчего панталоны слетели ниже и опутали лодыжки. Альтан пожалел, что нельзя взять ее прямо сейчас, на кушетке. Его жена – девственница, и первый раз должен запомниться ей не болью, а удовольствием. Или хотя бы желанием продолжить, а не навеки отлучить мужа от своей постели.
Альтан осторожно провел пальцем по складкам, влажным от выделений. Похоже, Мышке недолго оставаться девственницей. У него не осталось причин отказываться от нее. Если бы не еще одно важное дело…
Мышка нетерпеливо вильнула бедрами.
– Хочешь еще? – вкрадчиво поинтересовался Альтан и ущипнул ее за ягодицу.
– Нет! – взвизгнула она. И добавила нахально: – Я жду награду.
– Не заслужила. – Альтан спихнул ее с колен. – Тео, не зли меня. Я снисходителен к твоим выходкам, потому что ты юна и неопытна, но вечно так продолжаться не может.
И не будет.
Она не ударилась, густой ковер смягчил падение. Села, поморщившись. Одернула платье. Выпуталась из панталон и, встав на колени, тщательно их сложила.
– Надеть не хочешь? – предложил Альтан.
– Я не смогу… в платье.
Он насторожился – голос прозвучал как-то глухо, бесцветно.
– Тео?
Она быстро встала, поправляя юбки и подол платья.
– Позвольте мне уйти, милорд.
– Нет, ты останешься.
Теона отвернулась. Альтан шагнул к ней, взял лицо в ладони, заставил посмотреть в глаза. Обида? Но определенно не на порку. Повинуясь порыву, он поцеловал Мышку в губы – с жадностью, вторгаясь в ее рот языком.
Целоваться она не умела.
Объяснимо… И этому ее придется учить. Но сейчас Альтана волновала неожиданная тоска в глазах Теоны. Все же поняла, что такие игры не для нее? Переволновалась? Или…
Он опустился в кресло, усаживая ее на колени, обнял.
– В чем дело? – спросил он тихо, когда Мышка замерла в его руках. – Ответь честно, не бойся.
– Я пошутила насчет награды, – пробормотала она.
– И?
– Я не могу объяснить. Все было… – она запнулась, – нет, не хорошо, но… приемлемо. А потом я вдруг почувствовала… пустоту. Как будто меня окатили ледяной водой. Милорд, простите, если я вела себя неподобающе. Я научусь…
Научится.
Альтан гладил ее по спине и по плечу, перебирал мягкие волосы. Чувствительный мышонок, ее нельзя отталкивать, даже в шутку. Может, и это побочный эффект от истинной связи? Он покосился на книгу, которую недавно начал читать. Вопросов все больше, а ответов так и нет.
– Спасибо за откровенность, Тео. Нам осталось выяснить еще кое-что, и я надеюсь, что ты скажешь правду.
– Да, милорд?
Она наконец-то расслабилась и прижалась щекой к его груди. Интересное чувство… Ему льстила ее доверчивость.
– Кто подтолкнул тебя к мысли о том, что за мной нужно следить?
– Никто…
Как-то неуверенно это прозвучало.
– Тео, ты хочешь сказать, что придумала все сама? Просто так?
– Са… сама, – икнула она.
Мышка лгала, что неудивительно. Она ничего не рассказала ему о краже кошелька, но тогда они с Эмилем решили, что это к лучшему. Теперь же попытка защитить кого-то из прислуги ставила под удар ее безопасность.
– Я хочу услышать правду, Тео, – произнес Альтан раздраженно.
– Это правда, – возразила она.
– Отлично! – Он не стал ее отталкивать, но поднялся и усадил на свое место. – Жди здесь. Я схожу за розгами, и мы поиграем в интересную игру. Правда или ложь. Не слышала о такой?
– Милорд… – всхлипнула перепуганная Мышка, вжимаясь в кресло.
– Последняя попытка, милая.
– Я говорю правду, – выдохнула она упрямо.
Альтан кивнул и вышел из комнаты.