Валентина проснулась в мужских объятиях, чего не бывало уже два года после развода. Она лежала, боясь пошевелиться, и рассматривала лицо рядом на подушке – милое молодое лицо со свежим румянцем и длинными ресницами. Одеяло сползло с Сашки, и Валентина любовалась его обнаженным торсом. Ей захотелось провести по Сашкиной коже рукой, но она не рискнула, боясь его разбудить. Но, даже не прикасаясь к нему, Валентина чувствовала, какой он горячий («Интересно, почему мужчины жарче женщин?»). Вдыхала воздух и чувствовала крепкий мужской запах – не запах парфюма, не пота, не табака, а просто – мужской кожи. Она рассматривала его губы – пухлые и алые. Валентина легко, кончиком указательного пальца, коснулась их. Не открывая глаз, Сашка поцеловал ее палец.
– С добрым утром, милый! – сказала нежным голосом, как пропела, Валентина.
Солохин, по-прежнему не открывая глаз, взял ее ладонь и стал целовать пальцы, один за другим.
– Мне пора вставать, – сказала Валентина.
– Зачем?
– Дела, милый.
Сашка обнял ее и поцеловал в губы.
– Но ты еще поспи. Я тихо.
Валентина встала с постели, а Солохин снова заснул. Женщина немножко прибралась в доме, закинула посуду в посудомоечную машину, приготовила кофе. Она двигалась непривычно легко, будто порхала по дому. Ее кожа помнила прикосновения Сашкиных рук, ее губы помнили его поцелуи, она помнила взгляд его синих глаз прямо в ее глаза и поэтому чувствовала себя празднично и весело, как будто ей всего восемнадцать лет.
В половине двенадцатого Гаврюшина оделась и отправилась в гараж за машиной – нужно было встретить Нелю на вокзале и привезти домой.
Нелька была полна впечатлений и щебетала, не умолкая. Она рассказывала о том, в какой гостинице их поселили, куда они ходили на экскурсию, кто был в жюри на конкурсе и бог знает еще о чем. Мать слушала ее, поддакивала, улыбалась, но мыслями то и дело обращалась к чему-то другому.
Уже подъезжая к дому, Валентине позвонил Сашка:
– Валечка, ты где, моя любимая?
– Дочку с вокзала везу, Сашенька.
– Вы скоро будете дома?
– Через десять минут. Мы уже подъезжаем.
– Я накрою на стол, обедать будем.
– Да, мой хороший.
– Неля, у нас гости! – сообщила Валентина дочери, как только отключила телефон.
– Это твой вчерашний? – догадалась девушка.
– Да.
– Я, кстати, звонила Нине Назаровне, спрашивала про него.
Гаврюшина удивленно посмотрела на дочь.
– Ну и что она сказала, мой маленький следопыт?
– Она сказала, что совсем мало его знает, – Неля немножко солгала, ведь после этих слов Нина Назаровна еще добавила, что молодой человек кажется ей несерьезным.
– Неля, пожалуйста, будь с ним вежливой.
– Да что ж я, по-твоему, хабалка какая? Я воспитанная девочка.
– И не ревнуй меня к нему, ладно? – Валентина развернулась и посмотрела в глаза дочке. – Ты для меня всегда самая дорогая!
– Мама, я думаю, тебе давно надо было найти другого мужчину. Раз уж у вас с папой так сложилось.
Валентина даже онемела на миг. Такой реакции от дочери она никак не ожидала. Ни разу Неля ни о чем таком не говорила, и сама Валентина тоже. Если бы она сама была на месте Нели, то восприняла бы маминого любовника в штыки. Гаврюшина почему-то была уверена, что дочка будет говорить гадости ее мужчине, ревновать к нему, ведь она у родителей одна, так что Нелина реакция ее поразила.
Встреча Нели и Солохина прошла на удивление тихо и мирно, Валентина зря беспокоилась.
– Привет, – Сашка адресовал приветствие девушке, встречая их в прихожей. Мне твоя мама много про тебя рассказывала.
– Зато мне ни словечка про тебя не говорила, партизанка, – сказала девушка. Она посмотрела на Солохина с нескрываемым любопытством.
– Ничего, сейчас познакомимся, – Сашка повернулся к Валентине. – Привет, моя дорогая! Я так долго спал, не слышал, как ты ушла!
Он помог снять Валентине пальто и быстро, не стесняясь Нели, поцеловал.
Солохин чувствовал себя совершенно свободно – как дома: успел принять душ, напился кофе, покурил на балконе и теперь бездельничал – сидел в гостиной и слушал музыку.
– Ну что ж, давай знакомиться, – он протянул Нельке руку. – Александр.
Неля посмотрела на него насмешливо и свою руку подала неохотно.
– Неля.
– Какое красивое имя! – галантно произнес Сашка. – Давай куртку.
– Я сама.
Валентина с улыбкой наблюдала за дочерью. Девочка вела себя прилично, а ведь могла сказать что-нибудь резкое или ехидное – за словом она в карман не лезла. Может, она и правда хотела, чтобы мама свою личную жизнь устроила? И Гаврюшина расслабилась.
Женщина прошла в свою комнату, чтобы переодеться. Солохин последовал за ней. Как только дверь спальной закрылась, он прильнул губами к губам Валентины.
– Потом, – еле слышно сказала она и слегка оттолкнула Сашку от себя.
– Как пахнут твои волосы, – прошептал он, а громко произнес: – Давайте обедать, девочки! У нас столько еды вчера осталось! – и пошел на кухню.
– Спасибо, мамочка. Дочку вчерашней едой встречаешь! – иронично крикнула Неля в ответ.
За столом Неля по привычке привередничала, капризничала, но с радостью набросилась на домашнюю еду и уминала за троих.
– С таким аппетитом тебе надо танцевать по восемь часов в день, чтобы калории сжигать и держать фигуру, – пошутил Солоухин.
– Пусть моя фигура тебя не волнует, – ответила Неля довольно резко, потому что вес был ее больным местом, она была склонна к полноте. – Мама, твой гость скоро домой пойдет?
Сашка взял Валину руку и нежно ее погладил. Валя промолчала и просто улыбнулась, ей не хотелось с ним расставаться, не хотелось, чтобы он уходил.
– Я останусь здесь, – решительно произнес Александр. – Да, дорогая?
Он посмотрел на Валентину чуть насмешливо.
Валя, не успев обдумать эту идею, почему-то сразу согласилась:
– Да, мой милый!
– Валечка, красавица, если ты не очень устала, давай съездим за моими вещами! Мне срочно нужно побриться.
Вечером они приехали в его съемную квартиру, и Валентина впервые в жизни отдалась мужчине на чужой кровати. Было в этом что-то очень беспечное, ни к чему не обязывающее, легкомысленное. Оказалось, что такой секс – другой, совсем не такой, какой был с мужем. И ей было весело, хорошо с этим молодым человеком, и она была готова ради него на все.
На обратном пути Александр завел такой разговор:
– Ты сегодня как личный шофер: возишь то одного, то другого.
– Ничего, мне не трудно, – откликнулась Валентина. – Я уже семнадцать лет за рулем.
– Я могу предложить тебе свою помощь. Машины у меня пока нет, но права есть.
– Мое ж ты золото!
– Завтра с утра можно написать на меня доверенность, буду вас катать.
– Если это не помешает твоей учебе…
– Не помешает. Я очень хочу быть тебе полезным.
– Спасибо, мой дорогой. Завтра все сделаем.
Откуда взялась у нее такая беспечность? Как могла взрослая, деловая женщина совсем потерять голову? Что такого этот молодой человек мог ей предложить? Ведь не только секс, хотя секс, конечно, в первую очередь. На эти вопросы, наверное, есть ответы, но Валентина задаст их себе еще не скоро.