Я был на работе, когда позвонил взволнованный Трой. Не сразу понял, что у них стряслось. Он рассказывал сбивчиво, перескакивал с одного на другое, путая хронологию событий. Потратил минут пятнадцать на его объяснения, и мне стало понятно, что некие аквалангисты из Франции и пара знакомых туристов, пристроившихся к ним переводчиками, приехали снимать документальный фильм про некое удивительное озеро и пропали.
– Как пропали? Никаких следов? – спросил я.
– Следы есть. А может, уже и нет, их, скорее всего, смыло в океан. У нас тут второй день бушует ураган.
– А что осталось?
– Палатка, личные вещи в ней, обувь, одежда. Понимаешь, Гордей, если бы их забрали с острова, они бы забрали вещи с собой. Я приехал за ними, а там уже никого не было. Я даже в озеро нырял, чтобы увидеть, не погибли ли они.
– И что?
– Там ни черта не видно. У озера нет дна. Они умелые дайверы и не могли просто так погибнуть.
– А куда делись переводчики? Они не могли сбежать, поняв, что аквалангисты погибли?
– В принципе, могли, но кто бы их подобрал? У нас не так много людей знает про этот остров. Найти его в океане ещё та проблема. Все подозрения падают на меня. У пограничников весь маршрут движения катера расписан. Я забрал французов из города, отвёз на остров, уехал домой, потом вернулся, снова отправился домой. Если туда и подходил кто-нибудь без системы определения, то это останется неизвестным. Я главный подозреваемый в этой ситуации. Когда их кинутся искать, все нити приведут ко мне.
– А что за чудесное озеро, в которое они ныряли?
– Пресное озеро на каменистом острове. Два раза в сутки, строго в одно и то же время, выплёскивается из берегов. Французские аквалангисты очень заинтересовались им, думаю, они немного понимают во всяких водных чудесах. Собирались снять документальный фильм для «Нэшнл джиографик».
– Давно ты знаешь их помощников?
– Я возил их в прошлом году по нашему маршруту. Немного неприятная пара. Выпендрёжники без всякой причины быть ими. Пустозвоны и любители денег. Ты подумал про ограбление?
– Да.
– Кишка тонка. Что угодно, но только не убийство своими руками. Когда они узнали, что я говорю по-французски, испугались, что перехвачу у них работу. Они могли трусливо сбежать только после того, как поняли, что дайверы не появились. Только куда и с кем? Гордей, нам с Кианой очень нужна ваша помощь. Понимаешь, у нас всё только начало складываться наилучшим образом, а тут этот случай. Мы не хотим снова бежать в космос, но и в тюрьму не хотим. Помогите нам разобраться в ситуации. У вас же есть следователь. Может быть, он поможет по старой памяти.
– Конечно, Трой, поможем. Уже еду домой, обговорю с Айрис, наберу Михаила, пусть посоветует. Как решим, перезвоню.
– Спасибо, Гордей, не сомневался, что поможете.
– Давай, привет супруге, до звонка.
– Пока.
Я отключился. Как не вовремя Трой позвонил со своими приключениями. У нас тут начался ремонт в квартире, надо было многое перепланировать и подмолодить в квартире в ожидании появления второго ребёнка. Пока Никас гостил у деда с бабкой, мы ударными темпами готовили жильё к рождению дочери. Я совмещал свою привычную курьерскую работу с походами по строительным магазинам, каждый вечер вываливая на порог мешки с затирками, шпаклевками и прочим. Работы оставалось на месяц ударными темпами. Любое отклонение от графика вызывало цепляющиеся друг за друга проблемы.
Айрис удивилась моему раннему появлению. Не ускользнул от неё и мой озабоченный вид.
– Что? – коротко спросила она, подразумевая развёрнутый ответ.
Я рассказал ей всё про ситуацию с Троем и Кианой и про то, что они ждут от нас помощи.
– Да чтоб у них… случилось чудо и нашлись эти чёртовы аквалангисты, – сквозь зубы процедила Айрис. – Отказывать в помощи нельзя. Придётся лететь.
– Айрис, я подумал, что тебе не надо лететь. Я прозвоню отцу, чтобы он помог по ремонту. Неизвестно, сколько продлится эта история. Мы будем связаны твоей беременностью и затянувшимся ремонтом. Я позвоню Михаилу Аркадьевичу, он не откажет нам.
– Я тебя не отпущу.
– Послушай, Айрис, это не космос, это Земля. Я тут как рыба в воде. Поиграем в детективов, уверен, Трой с Кианой немного преувеличивают опасность. Люди узнали про ураган и приняли меры. Он сказал, что с ними были типа переводчики, которые сильно испугались хорошего французского произношения Троя и решили, будто он может отобрать у них работу. Думаю, они намеренно не стали ставить его в известность, чтобы не подвергать себя опасности.
– А как же палатка? – Айрис сразу нашла разрушающую мои выводы деталь.
– Собирались впопыхах. Может, транспорт был невелик, уже не вмещал вещи. Когда речь идёт о жизни и смерти, и не таким пожертвуешь. Хотя кому я рассказываю.
Айрис задумалась. Посмотрела на полы в белых разводах, на стены, наполовину заштукатуренные, потом на свой выпуклый животик.
– Да, Гордей, ты прав, мне не стоит ехать. Звони Михаилу Аркадьевичу, а я посмотрю билеты до Владивостока.
– Молодец, я так и думал, что ты примешь правильное решение. – Я поискал в контактах номер следователя, нашёл и набрал. – Алло, Михаил Аркадьевич?
– Привет, Гордей, да, я. Как дела?
– Замечательно. Мы с Айрис дочку ждём. В заботах сейчас.
– Отлично. А мы с Мари на воздухе, в горах, карабкаемся куда-то.
– Здорово. В горах хорошо.
– Не то слово. Ну ладно, официальную часть провели, теперь говори, зачем звонил? – Михаил проявил следовательскую смекалку.
Я снова рассказал всю историю про аквалангистов, которыми занимался Трой.
– Так, Мари, сядь на камушек, отдохни, бежишь, как горный козёл, – попросил Михаил супругу. – Энергия из неё так и прёт. Значит, так, Гордей, по моему профессиональному нюху первые подозреваемые – это те самые переводчики. На второе место поставлю самого Троя…
– Отметайте. Это точно не он. Нам бы он рассказал правду. Простите, но я в нём уверен, как в самом себе.
– Молодец, верю. Тогда на втором месте погранцы, поймавшие их как нарушителей. Признайся, эти туристы похожи на шпионов. По-русски не разговаривают, при себе имеют специальное оборудование для подводного шпионажа. Если подтвердится вторая гипотеза, то Троя известят об этом и вызовут в качестве свидетеля. Ну а если их грохнула парочка переводчиков, то погружение в глубину озера откроет нам этот факт.
– Трой говорит, что оно бездонное.
– У всего есть дно. Успокой своего друга и попроси выждать несколько дней. Тем более что там бушует ураган, и аэропорт наверняка не принимает.
– Спасибо, Михаил, помогли. Если что, могу я на вас рассчитывать в дальнейшем?
– Конечно. Скажи другу, чтобы не пытался что-то предпринимать. Если он начнёт суетиться, это будет выглядеть, будто он знает больше, чем говорит или пытается скрыть следы. Если он непричастен, с большой долей вероятности ему будет нечего предъявить. Но если следствие решит, что он виноват, то я подключусь к этому делу.
– Мы не упустим время? Вдруг смоет все следы?
– Ты тоже не суетись, Гордей. Насколько я понял, все разговаривали по телефонам, значит, можно достать распечатки разговоров с точным временем. Эти следы не смоешь. Они и станут алиби для вашего друга.
– Спасибо ещё раз, Михаил. Супруге привет.
– Благодарю. Она тоже передаёт вам привет и приглашает в гости.
– Как родим и чуть-чуть подрастём, так приедем всей своей большой семьёй, – пообещал я.
– Значит, не скоро. Давай, звони, если что.
– Непременно.
Я сразу же набрал Троя, чтобы утешить его теми же словами, которыми меня успокоил Михаил. Он вроде бы согласился и отметил, что вероятность того, что Евгений с подругой всё-таки кинули его, велика. Напоследок я поинтересовался тем, как у них идут дела и не желают ли они по окончании туристического сезона наведаться к нам в гости. Трой, как будто из вежливости, пообещал, но я почувствовал, что он думает сейчас о другом. Мы попрощались, и я успокоился. Ровно на два дня.
Трой позвонил поздно вечером. Из-за разницы во времени у них это было раннее утро.
– Гордей, на странице нашего сайта появился комментарий. Родственники той самой Алины пишут, что она четыре дня не выходит на связь, и они знают, что девушка собиралась воспользоваться нашими услугами. Просят их успокоить и пояснить. Если они уехали на материк, то почему не сообщают об этом родным? Даже если их задержали пограничники, они бы всё равно могли известить о себе. Ты знаешь, меня не покидает тревожное чувство, что с ними произошло что-то нехорошее. Киана начала собирать вещи, хочет бежать куда угодно, хоть на Луну.
– На Луне вы надолго не спрячетесь. Через вас и нас попытаются достать. Сидите ровно.
– А что ответить родственникам?
– Как есть. Что вы их встретили и отвезли, куда им было нужно. Перед ураганом отправились забрать, но их там уже не было. Твои перемещения и разговоры по телефону можно проверить. Чтобы не путаться, надо говорить, как было на самом деле.
– Понятно. Ураган стих, я сейчас снова сгоняю к острову. Возьму акваланг, поныряю.
– Один?
– Да. Я не буду рисковать. Возьму мощный прожектор, посвечу. Если на дне есть трупы, сообщу в полицию.
– Ладно, Трой, только не рискуй. Будет обидно, если ты пострадаешь, в то время как они будут сидеть в тёплом отеле, пить виски и считать заработанные деньги. – Я живо представил себе эту картину.
– Вряд ли. Они собирались снимать не один день.
– Значит, когда ты приплывёшь к этому острову, они снова будут там.
– Я бы им сам заплатил, чтобы это так и было. – Трой посопел в трубку. – Ладно, давай, привет жене и сыну.
– Давай, привет Киане.
Я отключился с тяжёлым чувством. Нехорошее предчувствие ледяными лапками обхватило моё тёплое сердце.
– Трой? – спросила Айрис, когда я вошёл в спальню.
– Да. Родственники беспокоятся, что девушка-переводчик не выходит на связь. Ураган закончился, Трой собирается снова сгонять к острову, проверить, не вернулись ли на него аквалангисты, и понырять самому, если их нет, – вкратце пояснил я ей суть нашего разговора.
– Жаль. Я надеялась, всё разрешится.
– Я тоже. Уже и думать забыл. Подождём результатов.
Забрался под уютное одеяло к Айрис, обхватил её одной рукой под живот и перекрестился с ней ногами. В такой позе для сна не хотелось думать ни о каких проблемах. Было так уютно и спокойно, что никакая сила не могла заставить меня выбраться из-под одеяла.
Утром, как обычно, нас разбудил неугомонный сын, решивший пощекотать родителям ноги. Я сразу полез к телефону, чтобы посмотреть, есть ли сообщения от Троя. Их не было. Это меня успокоило. Я отправился на кухню готовить завтрак себе, сыну и своей ненаглядной «животику на ножках». Айрис с вечера сделала тесто для оладий и убрала его в холодильник. Мы готовили завтраки через день. Чтобы я не ленился, Айрис помогала мне, делая полуфабрикаты, зная, что у меня терпения не хватит что-то замешивать. Обычно я, зная, что моя очередь, готовил яичницу или нарезал колбасу. Мог разнообразить бутерброд веточкой петрушки, зафиксированной кетчупом или майонезом.
Кухня наполнилась дымом даже с работающей вытяжкой. Бедные соседи, наверное, подавились слюной, вдыхая ароматы моего кулинарного творчества. В спальне зазвонил мой телефон. Судя по тому, что звонок быстро прервался, трубку взяла Айрис. Я разрешал ей брать мой телефон, когда звонили наши общие знакомые. Через минуту взволнованная супруга вошла на кухню.
– Трой пропал. Не берёт трубку. Киана плачет.
– Вот зараза. – Я в сердцах бросил лопатку на столешницу. – Придётся ехать. Что ты ей сказала?
– Что мы приедем. А ей надо обратиться в полицию, найти Троя по горячим следам.
– Не мы, а я. Ты остаёшься с сыном и потому, что у тебя сейчас другие заботы. Я позвоню Апансию и Михаилу, надо узнать, не хотят ли они скататься на край света. Но вначале завтрак.
– Пап, у тебя голит, – указал позади меня Никас.
– О чёрт. – Последняя партия оладий подгорела. Я снял их и бросил в раковину. – Ладно, этими Апанасия угощу.
Я наскоро позавтракал, занятый мыслями о предстоящем деле. Как-то тревожно было, из-за того, что такой подготовленный к любым неприятностям человек, как Трой, попал впросак. Убить его простыми средствами нереально. Это надо попасть под артиллерийский снаряд, поезд или каток асфальтоукладчика.
Я позвонил Апанасию. Он уже всё знал, Киана связалась с ними.
– Поедешь со мной? – спросил я его прямо.
– Да. Рейс смотрел уже?
– Ещё нет.
– И не смотри, Камила заказала два билета на ближайший. На тебя и меня.
– Здорово. Когда вылет?
– Через пять часов. Через два уже регистрация на рейс.
– Понял. До встречи в аэропорту.
– Давай.
– Камила взяла нам два билета до Владивостока. Регистрация через два часа. У меня есть чистая одежда? – задал я постоянно мучивший вопрос.
– Есть. Она в шкафу, уложена стопочкой.
Я стал собираться. Взял только то, что можно использовать в дороге. На месте собирался купить всё, что потребуется. Собрался гораздо быстрее, чем было нужно. Оставшееся время решил потратить на изучение французского языка в капсуле. Хотел, если мы найдём аквалангистов, поговорить с ними на родном для них языке. У меня это заняло семь минут. Проснулся с ощущением, что давно не ел лягушачьих ножек, жареных во фритюре. Сложил и убрал капсулу в рюкзак. Удивительно, но на рентгене в аэропорте она была не видна, поэтому перевозка чудесного устройства не вызывала никаких проблем.
По дороге в аэропорт, пока ехал в такси, набрал Михаила и рассказал о ситуации.
– Я же рекомендовал ему не суетиться, – напомнил следователь.
– Он неугомонный и чувствует свою вину за то, что люди пропали. Хотел убедиться, что с ними всё в порядке.
– Возьмёте меня в свою команду? – неожиданно попросился Михаил. – Захряс я без работы, теряю сноровку и просто скучаю.
– Конечно, Михаил. Я как раз думал предложить вам поехать с нами.
– Замечательно. Вы корытце с собой берёте? – поинтересовался он.
– Вы про капсулу?
– Ну да, про неё.
– Да, она спокойно проходит все проверки.
– Тогда до встречи во Владивостоке. Без меня, пожалуйста, ничего не начинайте.
– Обещаю. Мы и так уже наворотили дел.
Втроём, как три мушкетёра, пускаться во все тяжкие было намного веселее и смелее. Апанасий прекрасно подходил на роль крупного Портоса, Михаил – на мудрого Атоса, а я на красавца Арамиса. Один, как говорится, за всех, и все за одного.
Водитель такси увидел моё расплывшееся в улыбке лицо.
– В отель «Вдали от жён» собрались? – спросил он.
– Не совсем. Жёны ни при чём. Товарищ куда-то сгинул, едем искать. Собрались компанией, только повод не совсем радостный. Хотя, может быть, и радостный.
– Да забухал, наверное, – предположил водитель. – Семейные проблемы или на работе неприятности.
– Он не пьёт. Жена у него нормальная, а работает сам на себя.
– Тогда от счастья. Запой на радостях самый коварный. Вроде как нет повода остановиться, – поделился таксист своим жизненным опытом.
Апанасий ждал меня на входе в аэропорт. Мы вместе прошли внутрь, немного подождали регистрацию, любуясь изделиями народного творчества и магнитиками, выставленными в стеклянном ларёчке напротив нас. Объявили регистрацию. Прошли её и заняли места в другом зале, откуда уже начиналась посадка.
– Странная ситуация, – начал свои размышления Апанасий. – Трой сообразительный мужик, чтобы попасть в сложную ситуацию. Я не думал, что на Земле кто-то может представлять для нас опасность.
– Мы с Айрис тоже так думаем. Если только аквалангисты оказались не теми, за кого себя выдают, – поделился я ещё одной гипотезой.
– Ты о чём?
– Ну, ты же знаешь, у нас тут напряжённые отношения между государствами, все за всеми следят, пытаются узнать секреты. Я подумал, а вдруг эти водолазы на самом деле хотели установить какое-нибудь оборудование для слежения за военными кораблями. Никакой фильм они снимать не собирались. Грохнули переводчиков, а сами вернулись на материк и уже давным-давно улетели домой.
– Они ждали Троя? Он пропал спустя четыре дня после того, как исчезли дайверы и их переводчики.
– М-да, тут нестыковочка. Просто эта идея пришла мне на ум только что, и я не успел как следует её обдумать. Они могли ждать какую-нибудь миниатюрную электрическую бесшумную подводную лодку, чтобы она увезла их в Японию, но из-за урагана задержалась. А они были вынуждены сидеть в озере, когда приплывал Трой. В последний раз он застал их врасплох, и водолазы-диверсанты решили избавиться от него. Отравили, например. Меня уже столько раз травили, никакие модификации не помогли. Надо было внешний разъём для сосудов делать, чтобы подключать к нему очиститель крови.
– Мне непонятно это ваше деление на страны. Странные страны, я бы сказал. Чего вам не живётся? Напридумывали себе ограничений. Ещё и воюете между собой, чтобы доказать, что одни ограничения круче других.
– Тебе надо родиться здесь, чтобы понять образ мышления землян. Никто же не хочет жить просто так. Чуть силёнки у какой-нибудь страны появятся, сразу начинают другим указывать, как надо жить. Причём надо жить так, чтобы у того, кто указывает, не возникло подозрений, что кто-то живёт лучше него. Сечёшь?
– Секу. Зависть к чужому счастью.
– Нет, не к счастью, а к богатству. Если на весы положить килограмм счастья и килограмм денег в купюрах большого достоинства, то рядовой землянин без размышления выберет деньги, посчитав, что он выбрал и счастье, и богатство. Или вот такой пример. Бог сказал человеку: я дам тебе всего, сколько хочешь, но у твоего соседа будет в два раза больше. Человек подумал и согласился. Выбрал много денег, красивую жену, большой дом и, видя, что у соседа всего больше и лучше, сказал богу, чтобы он лишил его глаза. – Я замолчал, ожидая реакции Апанасия.
Тот застопорился, не поняв вывода из рассказанной притчи.
– Эх ты, тугодум. Бог был вынужден лишить соседа обоих глаз. Представляешь злорадное ликование человека? Вот, у нас со странами всё примерно так и обстоит. То, что люди в космосе разговаривают на одном языке и не имеют национальностей – большое дело. Не хватало ещё и там строить границы.
Апанасий вдруг загоготал на весь зал. Люди стали оборачиваться на него.
– Ты чего? – не понял я.
– До меня только что дошло, что хитрый мужик переиграл и бога, и соседа, – произнёс он, вытирая слёзы.
– Вот, а говоришь, землян не понимаешь. Ты тоже решил, что бога можно переиграть?
– А что не так?
– А то, что можно было бы загадать всем счастья, жить и радоваться. Бог склонял его к такому решению. Выбери счастье, его не бывает много или мало, не бывает в два раза больше, чем у другого. Вот деньги можно посчитать, а счастье нет.
– Вы кто, кришнаиты? – спросил дедок, сидящий к нам спиной на соседнем ряду.
– С чего вы взяли? – поинтересовался я у него.
– А что вы всё про счастье, да про бога? Слушал я одних таких, а они у меня тапки утащили с бубенчиками. Жена подарила на двадцать третье, – признался дедок. – Я теперь, когда слышу, что люди про счастье разговаривают, сразу начинаю подозревать, что свистнуть чего-нибудь хотят.
– Нет, мы не кришнаиты, и вообще нехорошо подслушивать.
– Да вы горланите, как Ленин на площади перед пролетариатом.
– Ладно, извините, будем разговаривать тише.
Я закатил глаза под лоб, показывая своё отношение к землякам по планете.
– Типичный случай, – произнёс шёпотом.
– Забыл сказать, Камила мониторит полицейскую и военную сеть на предмет упоминания аквалангистов или Троя. Если появятся сведения, она немедленно сообщит нам об этом. – Апанасий наклонился ко мне, чтобы его никто не слышал.
– Раз не звонит, значит, они до сих пор не в курсе, – предположил я.
– Да, наверное. Если только по старинке не делают все отчёты на бумаге.
– Эти могут.
Объявили посадку. В нашем небольшом аэропорту не было никаких телетрапов, максимум автобусы, чтобы перевезти пассажиров на пятьдесят метров от выхода из аэропорта до самолёта. На этот раз не было и автобуса. Мы подошли к служащему, проверяющему билеты, поднялись в самолёт и заняли места. Могучий Апанасий с трудом втиснулся в узкое кресло. Пассажирке справа от него, сидящей у иллюминатора, пришлось отклониться и сделать вид, что она очень заинтересована тем, что происходит снаружи самолёта.
– Надеюсь, масса пассажиров распределена равномерно и самолёт не накренится при взлёте, – чувствуя неловкость, пошутил Апанасий.
Девушка бросила на него короткий взгляд. В нём не было недовольства. Она мило улыбнулась и снова отвернулась к иллюминатору. Успокоившийся Апанасий расслабленно откинулся на спинку кресла и произнёс:
– Ну что, скоро тут обеды носить будут?
Девушка, не оборачиваясь, усмехнулась. Апанасий покосился на неё.
– Если вам неудобно из-за моих размеров, я могу поменяться с другом. Он не такой очаровательный, как я, но достаточно субтильный, чтобы не стеснять вас. – С точки зрения Апанасия это был флирт.
Девушка обернулась и улыбнулась ему.
– Спасибо, но мне удобно. Если я усну, ваше плечо идеально подойдёт мне вместо подушки, – без тени смущения произнесла она.
– Вы всегда можете рассчитывать на моё могучее плечо, – просиял Апанасий и напряг мышцы бицепса.
– Ого! – восхитилась девушка. – Вы бодибилдер?
– Я инструктор по фитнесу в нашем городе. Вот моя визитка, приходите.
Мне показалось, что Апанасий пытался закадрить девушку, но при их отношениях с Камилой любой флирт продлился бы максимум до первого разговора. Скорее всего, мой товарищ умело использовал своё обаяние для привлечения новых клиентов.
Девушка взяла визитку и убрала в сумочку.
– Когда вы вернётесь в город? – спросила она.
– Да бог его знает, – пожал могучими плечами Апанасий. – Надеюсь, что скоро. Если меня не застанете, там будет Камила, моя супруга.
– Супруга? – немного смутилась девушка.
– Она замечательный инструктор.
– И отличная жена, – добавил я через плечо Апанасия.
Девушка вздохнула, словно только что распрощалась с неожиданно возникшей мечтой, и снова отвернулась к иллюминатору.
– Вы всё равно можете использовать моё плечо в качестве подушки. – Апанасий понял, что нечаянно создал и разрушил её мечту.
– Пусть оно останется подушкой для вашей жены, – не оборачиваясь, произнесла девушка.
Самолёт начал разбег и оторвался от земли.