Житие

Рождение

Блаженная старица Матрона – уроженка Тульской земли – села Себина Епифанского уезда (ныне Кимовского района) Тульской губернии, как поется в тропаре, посвященном ей – «земли Тульския процветение». Полное имя блаженной – Матрона Дмитриевна Ни конова.

Она была четвертым ребенком в семье бедных крестьян Натальи и Дмитрия Никоновых. К тому времени они были уже не молоды, поэтому, узнав о своей беременности, Наталья Никонова пришла в отчаяние. У них с мужем уже было трое детей – два сына: Иван и Михаил, и дочь Мария. Еще один ребенок представлялся ей лишним ртом. Поэтому Наталья решила отдать новорожденного в приют князя Голицина в соседнее село Бучалки.

Но незадолго до родов Наталья увидела сон. Еще не родившаяся дочь явилась ей в виде белой птицы с человеческим лицом и закрытыми глазами. Эта птица села Наталье на правую руку. Изумившись увиденному, женщина подумала, что нет воли Божьей отдавать будущего ребенка в приют.

Вскоре сон увиденный Натальей Ни ко новой сбылся – новорожденная девочка оказалась слепой – у нее совсем не было глаз. Это окончательно убедило бедную женщину оставить ребенка у себя. И, несмотря на то, блаженная Матрона была нежеланным ребенком, впоследствии она стала любимицей матери, жалевшей свое «дитя несчастное».

Рожденная в 1881 г. девочка в крещении была названа Матроной в честь преподобной Матроны Константинопольской, греческой подвижницы V века, память которой празднуется 9 (22) ноября.

Во время крещения произошло событие, изумившее всех присутствующих. Одно сельчане-очевидцы впоследствии рассказывали о том, что когда священник опустил девочку в купель, поднялся столб легкого тумана, от которого исходило благоухание. Крестивший девочку священник отец Василий, известный в округе своей праведной жизнью, заметил тогда: «Я много крестил, но такое вижу в первый раз. Этот младенец будет свят». Еще отец Василий сказал Наталье: «Если девочка что-то попросит, вы обязательно обратитесь прямо ко мне, идите и говорите прямо, что нужно».

Детство

В дальнейшем странности вокруг слепой девочки, изумлявшие ее родителей и односельчан, продолжились. Ее мать неоднократно жаловалась подругам: «Что мне делать?

Девка грудь не берет в среду и пятницу, спит в эти дни сутками, разбудить ее невозможно». Тем не менее, родители старались регулярно носить девочку в храм к причастию.

Как только младенец Матрона немножко подросла, она стала спать вместе с родителями в печке. Никоновы, как и другие бедняки, не могли зимой достаточно протопить свое жилище. Поэтому вся семья держалась вокруг печки. Просыпаясь по ночам и не видя рядом с собой свою младшенькую, родители блаженной начинали звать ее. В ответ слышался голос маленькой Матроны из святого угла: «Я здесь». Оказывается, девочка снимала с полки иконы, клала их на стол и играла.

К сожалению, у Матроны совершенно не складывались отношения со сверстниками. Соседские дети дразнили ее и даже издевались над маленькой слепой, зная, что она не увидит, кто именно ее обижает. Иногда девочку сажали в яму и с любопытством наблюдали, как она на ощупь выбиралась оттуда и брела домой.

Не найдя друзей среди сверстников, маленькая Матрона старалась как можно больше времени проводить в церкви. Тем более что дом Никоновых находился рядом с храмом Успения Божией Матери. Поэтому не найдя дочь ни во дворе, ни дома, Наталья Никонова обычно шла в церковь. Там у девочки было свое привычное место – слева, за входной дверью, у западной стены, где она неподвижно стояла во время службы. Она хорошо знала церковные песнопения и часто подпевала певчим.

Но, несмотря на сугубую церковность, в детстве, когда ей было около шести лет, Матрона вдруг стала снимать с себя нательный крестик. Это очень возмущало ее набожную мать. Родственники запомнили такой случай: мать как-то стала ругать ее: «Зачем ты крестик с себя снимаешь?» «Мамочка, у меня свой крестик на груди», – отвечала девочка. «Милая дочка, – опомнилась Наталья, – прости меня! А я-то все тебя ругаю». В других случаях мать обычно очень жалела свою младшенькую, называя ее «дитя несчастное» и беспокоясь о ее судьбе. В ответ Матрона говорила матери, что та напрасно жалеет ее – здоровые и крепкие братья Ваня и Миша гораздо несчастнее. Действительно, впоследствии братья Матроны отошли от веры и, вступив в партию, стали колхозными активистами.

В 7–8 летнем возрасте у блаженной открылся дар прозорливости и исцеления болящих. Однажды Матрона сказала матери: «Мама, готовься, у меня скоро будет свадьба». Наталья очень испугалась, недоумевая, что бы это значило. Она пошла в храм и попросила священника прийти причастить Матрону. Он пришел, причастил Матрону – в таких случаях он обычно причащал девочку на дому. И вдруг, через несколько дней, едут и едут повозки к дому Никоновых, идут люди со своими бедами и горестями, везут больных и почему-то все спрашивают Матрону. Она читала над ними молитвы и очень многих исцеляла. Мать спрашивает: «Матрюшенька, да что же это такое?» А она отвечает: «Я же тебе говорила, что будет свадьба».

С тех пор к ней стали ходить и ездить посетители. К избе Никоновых шли люди, тянулись подводы, телеги с больными из окрестных сел и деревень, со всего уезда, из других уездов и даже губерний. Привозили лежачих больных, и по ее молитве люди получали исцеление от болезней и утешение в скорбях. Также все окружающие стали замечать, что Матрона чувствовала приближение опасности, предвидела стихийные и общественные бедствия.

Ксения Ивановна Сифарова, родственница брата блаженной Матроны рассказывала, как однажды Матрона сказала матери: «Я сейчас уйду, а завтра будет пожар, но ты не сгоришь». И действительно, утром начался пожар, чуть ли не вся деревня сгорела, затем ветер перекинул огонь на другую сторону деревни, и дом матери остался цел.

Желая отблагодарить Матрону, посетители, приходившие к ней за советом и помощью, оставляли ее родителям продукты и подарки. Так девочка, вместо того чтобы стать обузой для семьи, стала ее главной кормилицей.

Молитвенный подвиг в Себине

Набожная девочка подросток, наделенная необычными дарами и оказывавшая молитвенную помощь ближним, сама испытывала определенные искушения. Впоследствии мать блаженной рассказывала односельчанам о таком случае. Как-то осенью, когда было уже довольно холодно, Матронушка сидела на завалинке. Мать ей говорит: «Что же ты сидишь, холодно, иди в избу». Матрона отвечает: «Мне дома сидеть нельзя, огонь мне подставляют, вилами колют». Мать недоумевает: «Там нет никого». А Матрона ей поясняет: «Ты же, мама, не понимаешь, сатана меня искушает!»

В этом возрасте у Матроны появилась возможность немножко попутешествовать. Дочка местного помещика Лидия Янькова брала Матрону с собой в паломничества по святым местам.

А в своем родном Себине блаженная также заботилась о святыне. Так для церкви Успения Божией Матери по настоянию Матроны, которая уже приобрела известность в округе, была написана икона Божией Матери «Взыскание погибших». Однажды Матрона попросила мать передать священнику, что у него в библиотеке, в таком-то ряду, лежит книга с изображением иконы «Взыскание погибших». Батюшка очень удивился. Книгу нашли, нашли и изображение в книге. Матрона сказала: «Мама, я выпишу такую икону». Ее мать очень опечалилась, говоря: «Чем беднякам платить за такую писанную икону?»

Но блаженная продолжала уговаривать мать: «Мама, мне все снится икона «Взыскание погибших». Божия Матерь к нам в церковь просится». В конце концов, Матрона уговорила мать и других женщин собирать пожертвования на создание иконы во всех окрестных деревнях. Постепенно была собрана нужная сумма. Среди прочих жертвователей один мужик дал рубль нехотя, а его брат – одну копейку на смех. Когда деньги принесли к Матроне, она перебрала их, нашла этот рубль и копейку, и сказала матери: «Мама, отдай им, они мне все деньги портят».

Написание образа Божией Матери «Взыскание погибших» было заказано художнику из Епифани. Матрона спросила у него, сможет ли он написать такую икону. Он ответил, что для него это дело привычное. Матрона велела ему покаяться в грехах, исповедаться и причаститься Святых Христовых Таин. Потом она спросила: «Ты точно знаешь, что напишешь эту икону?» Художник ответил утвердительно и начал писать. Но прошло некоторое время, и он понял, что не может написать эту икону. Наконец, он пришел к Матроне и сказал, что у него ничего не получается. В ответ она снова сказала ему: «Иди, раскайся в своих грехах, ты убил человека!» Он изумился – откуда слепая девушка может знать его тайны. Однако, послушавшись блаженную, он вновь пошел на исповедь и в результате образ Божьей Матери «Взыскание погибших» для Успенской церкви села Себино был написан.

Когда икона была готова, ее понесли крестным ходом с хоругвями от Богородицка до самой церкви в Себине. Святая Матрона ходила встречать икону за четыре километра, ее вели под руки. Вдруг она сказала: «Не ходите дальше, теперь уже скоро, они уже идут, они близко. Через полчаса придут, принесут икону». Действительно, через полчаса показался крестный ход. Отслужили молебен, и крестный ход направился в Себино. Матрона шла то держалась за икону, то ее вели под руки рядом с образом. Этот образ Божией Матери «Взыскание погибших» стал главной местной святыней и прославился многими чудотворениями. Когда бывала засуха, его выносили на луг посреди села и служили молебен. После него люди не успевали дойти до своих домов, как начинался дождь.

А вскоре блаженная Матрона лишилась возможности ходить – у нее внезапно отнялись ноги, ей было тогда около семнадцати лет. Неизвестно, пытались ли родные как-либо лечить ее. Но сама она всегда воспринимала свой недуг, как крест, данный ей от Господа. Несмотря на свои недуги, она по-прежнему оказывала молитвенную помощь окружающим. Известен ряд случаев, когда блаженная помогала практически безнадежным больным.

В четырех километрах от Себина жил мужчина, у которого не ходили ноги. Святая Мaтрона сказала: «Пусть с утра идет ко мне, ползет. Часам к трем доползет, доползет». Он полз эти четыре километра, а от нее пошел на своих ногах, исцеленный.

А. Ф. Выборнова, отца которой крестили вместе с Матроной, рассказывает подробности еще одного исцеления. «Мать моя родом из села Устье, и там у нее был брат. Однажды встает он – ни руки, ни ноги не двигаются, сделались как плети. А он в молитвенную помощь Матроны не верил. За мамой в село Себино поехала дочь брата: «Крестная, поедем скорее, с отцом плохо, сделался как глупый: руки опустил, глаза не смотрят, язык еле шевелится». Тогда моя мать запрягла лошадь и они с отцом поехали в Устье. Приехали к брату, а он на маму посмотрел и еле выговорил «сестра». Собрала она брата и привезла к нам в деревню. Оставила его дома, а сама пошла к Матрюше спросить, можно ли его привезти. Приходит, а Матрюша ей говорит: «Ну что, говорил твой брат, что я ничего не могу, а сам сделался, как плетень». А она его еще не видела! Потом сказала: «Веди его ко мне, помогу». Почитала над ним, дала ему воды, и на него напал сон. Он уснул, как убитый и утром встал совсем здоровым. «Благодари сестру, ее вера тебя исцелила», – только и сказала ему Матрона».

Но блаженная не только исцеляла болящих и страждущих, при случае она могла и обличить. Впоследствии односельчане из уст в уста передавали такой случай. Однажды к святой Матроне на Пасхальной седмице пришли женщины из деревни Орловки. Матрона принимала, сидя у окна. Одной она дала просфору, другой – воду, третьей – красное яйцо и сказала, чтобы она это яйцо съела, когда выйдет за огороды, на гумно. Женщина эта положила яйцо за пазуху, и они пошли. Когда вышли за гумно, женщина, как велела ей Матрона, разбила яйцо, а там – мышь. Они испугались и решили вернуться обратно. Подошли к окну, а Матрона говорит: «Что, гадко мыша-то есть?» «Матронушка, ну как же есть-то его?» «А как же ты людям продавала молоко, тем паче сиротам, вдовам, бедным, у которых нет коровы? Мышь была в молоке, ты ее вытаскивала, а молоко давала людям». Женщина говорит: «Матронушка, да ведь они не видели мышь-то и не знали, я ж ее выбрасывала оттуда». «А Бог-то знает, что ты молоко от мыша продавала!»

Зная о молитвенном подвиге блаженной, к Матроне обращались за советом, как поступить в той или иной житейской ситуации. Иногда ее ответы изумляли своей несуразностью, но впоследствии оказывалось, что это не несуразность, а прозорливость. Так было с одной ее родственницей, которая просила совета: как жить с кучей детей и что делать, когда кормильца семьи по несправедливому оговору отдали под суд. В ответ блаженная сказала, что напрасно она переживает – скоро ее супруг Илья вернется. Отчаявшаяся женщина только рукой махнула – не может такого быть. Но в то же день муж той родственницы вернулся домой – в суде была доказана его невиновность.

А незадолго до революции одна богатая женщина, купившая дом в Себине, решилась строить там колокольню. За советом она обратилась к блаженной Матроне: «Я хочу строить колокольню». «Что ты задумала делать, то не сбудется», – отвечает Матрона. Та женщина удивилась: «Как же не сбудется, когда все у меня есть – и деньги, и материалы?» Но, как и предсказывала блаженная, с постройкой ничего не вышло, – началась революция и всем стало не до этого.

И безо всякого спроса примерно в это же время блаженная сделала еще одно предсказание, изумившее и напугавшее ее родных. Мать блаженной впоследствии рассказывала односельчанкам, как ее слепая дочка попросила куриное перышко. Наталья принесла дочери много перьев, и она на ощупь выбрала самое большое и красивое. Это перо она тут же до основы и ободрала. Затем вновь позвала мать, и спросила: «Мама, видишь это перышко?» – «Да что же его смотреть, ты ведь его ободрала». В ответ Матрона сказала: «Вот также обдерут и нашего царя-батюшку». Мать испугалась: «Молчи, молчи, что ты, нельзя так говорить!» Но Матрона продолжала: «Не бойся, мама, его уже ободрали». Действительно некоторое время спустя до Себина дошла весть о перевороте.

К сожалению, не все понимали молитвенный подвиг блаженной Матроны. Многие видели в ней лишь добрую ведунью, способную своей силой противостоять силе злых колдунов. К ней, по мысли многих односельчан, можно пойти погадать на женихов и на покражу, и на удачу. Советы и обличения блаженной, призывавшей окружающих к молитве и покаянию, также воспринимались многими как всего лишь некие средства для достижения нужного результата. Например, известен ряд случаев, когда у блаженной Матроны просили воду для колдовских целей, несмотря на то, что она такому безобразию всячески противилась.

Множество недобрых и недостоверных слухов и сплетен ходило о блаженной Матроне по всей округе. Кто-то распускал эти слухи по наивности и невежеству, другие – напротив – по зависти и злому умыслу. Сама блаженная Матрона никак не способствовала подобным пересудам, но ничего не могла поделать ни с почитателями, ни с недоброжелателями. Она лишь молилась и за тех и за других.

Впоследствии, ложные мнения, слухи и пересуды, зародившиеся еще в Себине, сопровождали блаженную Матрону на протяжении всей жизни. Со временем деревенские байки, передаваясь из уст в уста, обрастали все новыми необычайными подробностями. Все это стало еще одним пожизненным крестом подвижницы.

Переезд в Москву

Между тем резкие перемены, обрушившиеся на всю Россию после Октябрьского переворота 1917 года, не обошли стороной и село Себино. Постепенно в селе установилась новая власть, прибравшая к рукам все и вся. Покровитель блаженной Матроны – помещик Яньков – лишился всего состояния, и, не выдержав разграбления имения, скоропостижно скончался, а его дочь Лидия навсегда покинула родные места.

Сельской же бедноте, к которой принадлежала и семья блаженной Матроны, новая власть посулила надежду на лучшую – более достаточную и достойную жизнь. Сама блаженная Матрона относилась к таким посулам скептически, предсказывая, что сначала будут с жадностью делить землю, которая потом будет никому не нужна. Не одобряла блаженная и притеснения Церкви, начавшегося с первых лет советской власти, и вскоре перешедшего в жестокое гонение, равного которому не было в истории.

Братья же блаженной Матроны – Михаил и Иван – не выдержали искушения. Они всей душой сочувствовали тем переменам, которые несла новая власть. Оба они, вступив в партию, стали сельскими активистами, агитировавшими за коллективизацию. Не брезговали братья блаженной Матроны и раскулачиванием, причем под каток коллективизации попадали не только сельские богатеи, но и крепкие середняки.

Естественно, молитва и проповедь слепой сестры, не одобрявшей коллективизации, не способствовали успешной деятельности ее братьев. Тем более, что у нее искали совета и утешения раскулаченные и обиженные советской властью.

Со временем деятельность блаженной Матроны – исцеления болящих, утешение скорбящих и призывы хранить веру и традиции – все, что в то время расценивалось как «злостная религиозная пропаганда», стали просто невыносимы для братьев блаженной Михаила и Ивана. Они в открытую заявляли, что сестра-подвижница мешает им жить – из-за нее они могли не только лишиться карьеры, но и попасть под репрессии. Сестра блаженной, Мария, обремененная большой семьей, также ничем не могла помочь блаженной Матроне.

Так блаженная оказалась перед нелегким выбором – с одной стороны она не могла отвергнуть дары данные ей Богом и отказаться от молитвы за болящих и страждущих. А с другой, – ей совсем не хотелось огорчать своих престарелых родителей ссорами и распрями с братьями-активистами. Они, особенно мать – Наталья Никонова, очень переживали из-за сложных и враждебных отношений между детьми. В конце концов, блаженная Матрона, поняв, что ей не дано сподвигнуть братьев к покаянию, принимает решение покинуть родное село и перебраться в столицу. Ее выбор способствовал примирению с братьями, и впоследствии они не возражали, когда сестра изредка приезжала в Себино повидаться с родителями.

В 1925 г. блаженная Матрона перебирается в Москву, в которой проживет до конца своих дней – около тридцати лет. Когда блаженная переехала в столицу, у нее не было здесь, как говорится, ни кола, ни двора, и никто не ждал ее – все ее упование было лишь на Господа.

Но, несмотря на собственную бесприютность и неустроенность, – ей пришлось скитаться по родным и знакомым, – блаженная Матрона сразу полюбила Москву, про которую говорила, что «это святой город – сердце России».

Подвижничество в столице

Будучи слепой и не имея возможности ходить, блаженная Матрона, естественно, не могла сама себя обслуживать. И если в Себине о ней заботились родители, то в столице она была на руках у хожалок – так в народе называли благочестивых девушек, бравших на себя Христа ради уход за убогими. Первой из таких хожалок была Пелагея – они вместе с блаженной скитались по разным квартирам. Почти везде Матрона жила без прописки – часто даже родственники боялись как-то регистрировать пребывание у них блаженной. Это было непростое время – несколько раз получив очередное заявление о «религиозной пропаганде» блаженную пыталась забрать милиция. Обычно предузнав о визите стражей порядка, блаженная Матрона успевала перебраться на другое место. Так однажды она вызвала к себе племянника Ивана, жившего в Загорске (Сергиевом Посаде). Он приехал, не зная, в чем дело. А блаженная Матрона ему говорит: «Давай, давай, перевези меня скорей в Загорск, к теще своей». Только они уехали, как пришла милиция.

А затем хожалка блаженной Пелагея вышла замуж за благочестивого юношу Василия, впоследствии принявшего священный сан. Так на некоторое время блаженная обрела покой в их доме на Ульяновской улице. Однако этот покой был недолгим – через несколько лет о. Василия Жаворонкова арестовали, и блаженной пришлось покинуть их дом, дабы не подвергать дополнительной опасности Пелагею.

Загрузка...