– Так где, говоришь, твои единороги?
– Стиве-е-ен! Дай поспать…
– А ты ответь и спи.
– Во дворе моего дома.
– А дом где?
– В другом мире.
– А мир где?
Я битый час пыталась заснуть. Давным-давно стемнело, над лугом летали светляки, пели соловьи и стрекотали сверчки. В черной мягкой темноте мерцали крупные, как горошины, звезды. Света от них почти не было, и в другое время это помогло бы уснуть: приятный нестрашный мрак, звездное небо, соловьи, романтика… И кочки с примятой травой вместо постели, а в соседях у меня кот (на самом деле заколдованный человек), который вертится и все никак не может нормально устроиться, и наемник (собиравшийся меня убить), который вздыхает, что-то там высчитывает и пристает ко мне с вопросами.
– Не знаю, спроси у Вильгельма, он ведь маг.
– Но как-то же ты здесь оказалась? Значит, кто-то поставил портал.
Я зевнула и отмахнулась от любопытного светлячка. Голос Стивена жужжал в ушах настырней комара. Чтобы он отстал, я ответила:
– Он. Больше некому.
Стивен посмотрел на кота, снова вздохнул.
– А давай я попробую тебя убить, и он обратно портал поставит?
– Если ты сейчас не заткнешься, я тебя сама убью.
– Любопытно, и как же?
Я уже начала вставать, когда Вильгельм поднял голову и что-то угрожающе промяукал. Стивен снова скрылся в траве.
– Ладно, ладно, понял. Вик, спи.
– А не пойти ли тебе… лесом, а, наемник? Ты нас хоть за ночь не прикончишь?
Трава рядом колыхнулась, и оттуда прозвучал недовольный голос (ну просто оскорбленная невинность!):
– Мы договор заключили, Вика, я тебя теперь пальцем не трону. Я же шутил.
– Очень смешно.
Пауза, странный звук – наверное, Стивен зевал, – и, наконец:
– Я думал, ты поймешь.
– Мьяу! – недовольно гаркнул кот.
– Ты-то молчи, – шикнула я. – Стивен, а ты, кстати, понимаешь, что он… э-э-э… говорит?
Голос Стивена в темноте звучал на этот раз удивленно:
– А ты нет?
– Я слышу мяуканье, мурчание и фырканье. Ты тоже?
– Нет, мыслеречь. Странно… Ты же с ним связана, по идее, должна наоборот…
– Мяу!
– Слушаюсь, ваше высочество, – саркастично отозвался Стивен и замолчал. На этот раз надолго.
Я считала сначала овечек, после них – звезды, потом рыжих наглых котов, прокручивала в голове, что это ведь еще и человек (гнусный! принц! е-мое!). Витька, выходит, правда все знал… И звон мечей в телефоне – это не игра была? Черт побери!
Потом гнусный принц-кот пришел ко мне под бок. Точнее, по-пластунски прополз: раз – и он уже тыкается носом мне в грудь и мурлычет.
– Пошел вон! – прошипела я, поскорее отодвигаясь. – Извращенец!
Кот отвернулся и привалился ко мне спиной. А потом начал, выгибаясь ею, тереться о меня. О грудь, ага. И что я должна думать, зная, что это на самом деле человек?
– Уйди! Уйди я сказала!
– Вика, уймись, – раздалось сонное из травы. – Что там у тебя случилось?
– Этот извращенец лезет ко мне! Кыш! Кыш!!
Стивен приподнялся над травой – я видела его как тень, густую и чернильно-черную, – и усмехнулся:
– Погладь кота, Вик. Это же принц, все девчонки мечтают с ним… того.
– Того? И что, я проникнуться должна и дать ему… нюхать мою грудь?!
Стивен снова усмехнулся и посоветовал коту понюхать еще и мои ножки, дескать, ваше высочество, они тоже ничего, он лично проверял.
Убью обоих! Прямо сейчас!
Но я встать не успела, как кот, поставив передние лапы мне на грудь, принялся мурчать и вылизывать мне щеки. Выражать, так сказать, кошачью симпатию. Заколдованный, мать его, принц.
– Стивен, а может, он рехнулся?
– Слушайте, любовники, вы или того, начинайте, или спите, или я уйду.
Кот, на миг отвлекшись, фыркнул. И снова занялся моими щеками. Я лежала, и прогнать его у меня руки не поднимались. Он же кот и так ластится!
– Да не понимает она вас, ваше высочество, – вздохнул наконец Стивен.
– Чего я не понимаю?
– Он у тебя так прощения просит.
– Угу. Вильгельм. Слезь с меня немедленно.
– Мяу?
– Стивен?
– Он спрашивает, можно ли ему спать у тебя под, хм, боком?
– Мяу.
– Говорит, он привык. Вик, я тебе советую, поломайся еще, а потом проси деньги. Лучше всего алмазы, они всегда в цене. Могу подсказать адресок честного перекупщика.
– А не пошли бы вы оба!..
– Мяу.
– Что? Вик, у тебя правда есть сундук алмазов?
– Вилька! Трепло!
– Мяу.
– Ясно… Тогда все понятно… А, да, его высочество предлагает тебе книгу всемирных рецептов в подарочном издании. Говорит, штучный экземпляр.
– Мяу-мяу.
– У какой-то ведьмы выторговал. Вик, зачем тебе какие-то рецепты, бери деньгами! Алмазов много не бывает!
– А сколько там рецептов?
– Мяу.
– Ровно тысяча.
– Мяу-мяу-мяу.
– Он еще и ингредиенты тебе согласен сам принести. Хм… Вик, и это ты принца называешь извращенцем? Ты правда готова отдаться ему за рецепты?
Я подгребла к себе муркнувшего кота и устроилась поудобнее.
– Ладно, уговорил. Но если станешь возиться…
– Мяу…
– Дурдом, – подытожил Стивен и тоже улегся. – Бриллианты променяла на книгу рецептов… Кому скажу – обхохочутся.
– Мяу!
– Все-все, ваше высочество, умолкаю… – И тихо пробормотал: – У рыжих вечно не все дома.
Я хотела ответить, но кот так уютно мурчал, так мягко прижимался ко мне, так трогательно вздрагивал… Я потерлась о него щекой (вытерлась) и со вздохом закрыла глаза. Чего лукавить, и я так засыпать привыкла.
Утром Вильгельм настолько заспался, что его пришлось расталкивать. Только представьте: я, сонная, потому что поднялись мы ни свет ни заря; Стивен, тоже сонный, с покрасневшими веками и мешками под глазами («Все нормально, Вик, это вчера… После магических допросов всегда так»). И эта тварь пушистая дрыхнет без задних лап! И ни в какую на свое имя не реагирует.
– А давай его раскачаем?
– Вик, – поморщился Стивен. – Ну что за неоправданная жестокость. Сейчас завтрак разогреем, и вот увидишь – сам встанет.
Чертов кот спал лишние полчаса, пока я и Стивен, как какие-то слуги дворцовые, кашеварили. Кашка, кстати, хорошая получилась, молочная с рисовыми хлопьями (спасибо запасливому Стивену), финальный штрих внесла я, щедро сыпанув туда ягод.
Стивен попробовал, что получилось, и причмокнул от удовольствия.
– Ты точно не волшебница? У меня такая наваристая еще ни разу не выходила. И вечно пригорает.
Я хмыкнула. Уж рисовую кашу я как-нибудь могу сносно приготовить! Даже в походе, оказывается. Но я поблагодарила и спросила:
– Скажи честно, а там же нет никакого снотворного? Ну вдруг?
Стивен возвел очи горе.
– Вик… Неси лучше сюда принца.
Кот не заметил даже, как я его подняла (потому что аккуратно, а не за шкирку, как хотелось), и продрал глаза, только когда его носом ткнули в котелок.
– Надо ему кашу отложить, пусть остывает, – предложила я.
Стивен кивнул, а Вильгельм махнул хвостом, мол, ну пока остывает, я еще посплю. И снова замурчал.
– Это его тыр-тыр, ну, моторчик этот, что-то тоже значит? – уточнила я. Вдруг Вильгельм так мне что-то донести пытается? Помимо того, что ему очень у меня на руках нравится.
Стивен ухмыльнулся.
– Считай, в любви признается.
– Серьезно?
Стивен пожал плечами и принялся уплетать кашу по-походному, то есть прямо из котла. Я еле успела схватить ложку и тоже присоседиться.
Позже, когда каша кончилась (очень скоро), Стивен спросил:
– Вик… Твое имя так и звучит, или ты и его сократила?
Я доела последнюю ложку, поймала смородинку, крупную, черную, и подняла голову.
– Сократила, конечно. Мое полное имя – Виктория. А что?
– Виктория… – повторил Стивен задумчиво. – Мой тебе совет: если кому представляться будешь, называй полное имя. Вика, Вилька – это коротко, это почти кличка. Это для черни.
Я задумалась.
– Да? А Стивен?
– Подходит для деревенского выскочки, который пытается выбиться в люди, – улыбнулся Стивен. Как можно быть убийцей с такой открытой, добродушной улыбкой?
– И это не твое настоящее имя.
Стивен снова улыбнулся.
– Что ж… Виктория. В своем мире ты кто?
– Э… В смысле?
Краем глаза я видела, как Вилька уснул мордой в остывшей каше. А еще принц называется!
– Ты наверняка богата, если так легко отдаешь мне единорогов. И не воспользовалась бриллиантами.
Я пожала плечами.
– Бриллианты я просто не взяла, а единороги… Что у нас им делать?
Стивен изумленно поднял брови.
– То есть? Да даже для рога единорога есть тысяча и один способ применения в магической промышленности…
– У нас нет магии.
Это парня добило.
– Как… нет? – побледнев, тихо спросил он.
– Да вот так.
– Как же вы вообще живете?!
Я пожала плечами.
– Нормально.
– Но… Без телепортов, без иллюзий, без… Как звери, что ли? Виктория, ты не похожа на зверя.
– Ну слава богу! – вздохнула я, вставая. – Может, пойдем? По дороге договорим. Я этот луг уже видеть не могу.
А как меня местные жуки достали!..
– Кому слава? – нахмурился Стивен.
– Пойдем, а? Ты про город какой-то говорил…
Стивен помотал головой, словно ненужные мысли выкидывал, и снова улыбнулся.
– Что ж, идем.
Вещи мы собрали быстро, коту отмыли морду, а вот брать его на руки я наотрез отказалась.
– Ты заколдованный человек! Вот и иди ногами.
Стивен тоже не захотел его нести. Возмутился:
– Что, бесплатно?!
Тогда кот включил свой фирменный надменный взгляд и улегся на землю, примяв маленькие ромашки. Еще и лапы раскинул, дескать, а вот не пойду – что сделаете?
Мы со Стивеном переглянулись.
– За ноги?
– Не советую, – отозвался Стивен. – Припадок будет.
Я удивилась:
– Но он же не станет колдовать: мне ведь ничего не угрожает…
– Это ты так думаешь.
В итоге мы играли в камень-ножницы-бумага. Волшебным образом в этом мире оказался его аналог, и мы только правила чуть изменили.
Я проиграла. И немного расстроилась.
– Виктория, – покровительственно улыбнулся мне Стивен. – Я наемник, а ты всего лишь… девушка. Ты правда надеялась выиграть?
Я подхватила кота под пузо (он тут же блаженно замурлыкал).
– Ладно, ты наемник, но что я девушка-то тут при чем?
Стивен ухмыльнулся и пустился в объяснения. Дальнейшую дорогу по лугу я даже не заметила: оказалось, к женщинам в этом мире… плохо относятся. У каждой должен быть покровитель – отец, брат, муж или сын. И шагу без них ступить нельзя, если ты, конечно, не ведьма. Ведьме можно… Но большинство из них по сравнению с мужчинами-магами тоже пребывают в положении ниже плинтуса, так что это не считается.
– Куда я попала! – вздохнула я. – Домой хочу, у нас такого уже нет.
Стивен вежливо улыбнулся – не поверил. Потом поинтересовался:
– Итак, наша цель – отправить тебя домой и не потерять по дороге кота, так?
Я посмотрела на спящую рыжую морду. Дрых этот котяра у меня на руках с невинностью младенца.
– Почему не потерять? Я согласна отдать его в хорошие руки. Например, Витьке…
– Его имя ты тоже сократила?
– А, да, Виктор.
– Не знаю такого. А семье его ты вернуть не хочешь?
– Витьку?
– Принца.
– Ну…
Стивен принялся покровительственно объяснять:
– В Валенсии ты будешь и под защитой, и под покровительством самого короля. Уверен, там можно найти мага, который отправит тебя домой. А если нет, то у нашего принца там лаборатория, где он сильнее всего, если что – от преследователей отобьется. Может, узнаем и как его расколдовать. Что скажешь?
Звучало логично. Я посмотрела на Вильгельма, но тот только зевнул, не прекращая мурчать.
– Ладно, идем в Валенсию.
Стивен кивнул.
– Тогда нам в Вайнцеме будут нужны порталы. Тоже проще простого, но, Виктория, давай договоримся: в городе ты не снимаешь капюшон и ни на шаг от меня не отходишь. Вся гильдия уже наверняка знает, где ты, и нас точно будут ждать.
– Ладно…
– Да ты не бойся – отобьемся! – и улыбнулся так довольно, словно уже уложил целые полчища разбойников. Одной левой!
Мне бы его оптимизм… С утра пораньше.
– И да, Виктория, сейчас луг кончится, ты не пугайся…
Поздно: он уже кончился, и я еле удержалась от вскрика. Вокруг белели кости… Не всегда белели, но неважно – под ногами среди красного вереска были кости, они хрустели под ногами, крошились и ломались.
– Мать твою! – вырвалось у меня.
Стивен изогнул бровь:
– Ты так ругаешься или хочешь меня обидеть?
– Что это за место?!
Стивен пожал плечами.
– Луг самоубийц.
– Что?
– Сюда люди приходят умирать. Дескать, здесь просто лег, заснул – и все, жди перерождения. Почему ты думаешь, там, – он кивнул мне за спину, – трава такая зеленая? Сюда порталом обычно никто не приходит, все… где-то здесь, на границе луга засыпают. А потом вокруг начинает расти вереск, пока их кости под землей не скроются. Ну а после, конечно, трава – и луг расширяется.
Я прижала свободную руку ко рту, закрыла глаза и повторила тактику кота: отступила в зеленую траву и уселась на землю.
– Виктория?
– Я – по ним – дальше не пойду.
Стивен пожал плечами.
– Без проблем. Ты умеешь летать?
– Нет.
– Тогда что тебе остается?
Я выразительно посмотрела на него. Стивен сначала изогнул брови, потом застонал.
– Да ладно! Виктория! Но ты же не принц.
– Все равно не пойду.
– Ты издеваешься?
– Ты меня сюда отправил.
– Я тебя убить хотел! И прямо сейчас меня только единороги останавливают.
Конечно, некоторое время спустя, поняв, что я с места не сдвинусь и даже в камень-ножницы-бумагу играть не собираюсь, Стивен поднял меня на руки и потащил. Вместе с котом, разумеется. При этом молчал, но очень красноречиво и явно напоказ пыхтел.
Стыдно мне не было.
Кот сидел у меня на руках и нагло ухмылялся, мол, моя школа! А я думала: «Уронит – надо как-нибудь так свалиться, чтобы ничего не сломать». От близости костей и… некоторых других частей мертвых людей меня до сих пор подташнивало.
Стивен уронил меня ровно на кромке верескового поля и сосновой рощи. Пахло смолой, звонко пели птицы, и солнце пыталось пробиться сквозь ветви. Ноги утонули в коричневой хвое, когда я ухитрилась не упасть, а схватиться за ближайший ствол. Мимо с диким визгом пролетел Вильгельм, встал на задние лапы и принялся громко жаловаться. Стивен на это только хмыкнул.
– Спасибо, – перебив кота, сказала я.
– Пожалуйста, – отозвался парень. Потом серьезно добавил: – Не говори. Никому.
Да что такого? Побыл разок галантным джентльменом и уже раскаивается?
– Неужели ни одну девчонку еще на руках не носил?
Стивен удивленно посмотрел на меня, потом улыбнулся.
– А, ты же не знаешь. На руки, Виктория, мужчина берет только ту девицу, которой собирается предложить руку, сердце, кошелек, а также лучшие годы своей жизни.
У меня вырвалось, прежде чем я успела прикусить язык:
– Что, я недостойна?
Стивен хохотнул.
– Честно… Вика. Я бы с удовольствием приятно провел с тобой время. Ножки у тебя вполне ничего, опять же ты рыжая, а это, знаешь ли, добавляет изюминки…
Вильгельм не дал ему договорить и разразился таким яростным мяуканьем, что я чуть не оглохла.
– Не трону я ее, ваше высочество, не волнуйтесь, – рассмеялся Стивен, выставляя перед собой открытые ладони. – Виктория? О, ты покраснела.
– Да пошел ты, – вздохнула я. – К твоему сведению, ты на большее тоже не сгодишься.
Стивен прыснул.
– Так, может, того… приятно проведем время? – выдавил он сквозь смех.
– Мечтай.
Стивен хмыкнул, обошел меня и кивнул, мол, идем. Гад он все-таки! Везет мне на таких – Витька, теперь этот вот… Даже кот, и тот гад! Наверное, это не лечится…
Шагов через десять Стивен спохватился:
– Виктория, надень.
Я с сомнением посмотрела на плащ в его руках:
– Жарко… И мы до города еще не добрались… Может, не надо?
– Надевай, – отрывисто приказал Стивен.
А в следующее мгновение упал на меня.
Мимо просвистели две… ого, три… нет, уже четыре стрелы! Одна чуть не угодила в Вильгельма, кот вздыбил шерсть, зашипел… А из-за деревьев раздалось ленивое:
– Девка, продай кота!
Стивен, лежа на мне, поморщился. К этому времени мы уже откатились в кусты, а кот шипел и надувался.
Красиво выводили трели птицы…
– А сколько дашь? – отозвалась я, пытаясь спихнуть Стивена.
За деревьями хохотнули.
– Твою жизнь дам! Мало?
– Скажи принцу успокоиться, я сам разберусь, – прошептал Стивен. – Ждите здесь.
И, соскользнув с меня, метнулся в сторону.
– Эй! Жизнь бесценна, но мне тут три сундука бриллиантов недавно предлагали! – крикнула я, решив отвлекать врага, пока могу. – Может, раскошелитесь?
– Смелая, – одобрительно сказали за деревьями. – Люблю сме… Ик!
И звук падающего тела.
Потом еще одного. И еще.
Вильгельм сдулся.
Вернулся Стивен – он даже не запыхался!
– Все, идем.
На этот раз плащ я надела безропотно. А по дороге забросала парня вопросами:
– Кто это был?
– Идиоты, – спокойно отозвался Стивен, отряхивая ладони.
– Ты не ранен?
Парень поморщился.
– Виктория, не делай больно моей репутации.
– А эти… ну, которые идиоты, они за нами не пойдут?
– Виктория, – улыбнулся Стивен. – Не пойдут. Я их убил. И не могла бы ты понизить голос, ты здорово мне мешаешь?
– Мешаю что?
– Прислушиваться.
Я замолчала. Вильгельм ехал у меня на руках как ни в чем не бывало, словно рядом не шел настоящий убийца и он же не собирался (правда!) убить меня и… А-а-а-а!
– Виктория, твой эмоциональный фон изменился, – неожиданно сказал Стивен, не оборачиваясь. – В чем дело?
– Ты убийца!
– А… ну ничего, привыкнешь.
О как.
Вильгельм гладил меня лапой, будто пытался успокоить, и даже завелся мурчать, но Стивен бросил: «Утихни», – и кот замолчал. Лес уже не казался приятным и интересным местом. Из-за каждого дерева, в каждой тени мне чудились враги и очень хотелось все бросить, сказать «ой все!» и потребовать шоколадку.
Но я знала, что шоколадку мне никто не даст, убить и правда могут в любую минуту и нужно что-то делать. Поэтому шла и пыталась с собой справиться молча.
Благо очень скоро роща кончилась и перед нами появились стены. Городские, сказал Стивен. «Иди за мной, – добавил он, – я тебя выведу». Потом взял за руку и потащил к толпе у широкой дороги, вымощенной желтым кирпичом. Словно специально, стены у города были изумрудными.
– Ну да, изумруды, – отмахнулся Стивен, пока вел меня к толпе. – Это родовой цвет местного герцога. Этот ублю… лорд, точнее, его светлые предки, чтоб им вечно перерождаться в тараканов, придумали всю свою казну напоказ выставить. И раскошелились на какого-то чокнутого колдуна. Он намагичил им защиту и скопытился. С тех пор все деньги герцога и его города тут, напоказ, но никто, кроме этого светлого мерз… лорда, снять их не может. – И Стивен тоскливо посмотрел на ближайшую колонну, щедро украшенную этими самыми изумрудами. На солнце она просто ослепляла.
– А это все воры, что ли? – Я посмотрела на осаждающую ворота толпу в разноцветных одеждах. – Сейчас они все на нас с Вильгельмом кинутся?
Кот предусмотрительно спрятался под моим плащом, а Стивен еще крепче схватил меня за руку.
– Нет, они здесь ради другого. Не отставай!
И мы нырнули в возбужденную, галдящую толпу.
Отстать я при всем желании не могла: Стивен тащил меня, как прицеп, и руку сжимал буквально тисками. Вильгельм под плащом испуганно замер, а я пыталась осмотреться и понять, что происходит.
Господа штурмующие возмущались:
– Цены задрали! Если так в этом году, то что в следующем будет? У меня сестра – магичка, пусть скидку сделают! Да вы нелюди, что ли?!
Неужели цена за вход в город такая огромная, что все эти небедные (судя по одежде) люди не могут за стены попасть? А раз так, то зачем им так нужно в Вайнцем?
Мы со Стивеном протолкались к изумрудной стене и встали прямо перед ярким, намагиченным, наверное, до предела, свитком. Он сиял, переливался, показывал танцующих… В общем, вел себя почти как реклама в Интернете. И требовал пятьдесят таланнов с человека за вход. Для меня это ничего не значило, а вот Стивен, прочитав, выпалил:
– Да они охренели!
– Пойдем отсюда? – тут же с надеждой предложила я. Меня со всех сторон толкали разукрашенные, как на карнавале, люди, и в их обществе было, признаться, неуютно.
Стивен бросил на меня задумчивый взгляд, особое внимание уделив вспучившемуся на груди (где засел кот) плащу.
– Ну вот еще. – И тихо добавил: – Никогда не думал, что стану так стремиться в этот проклятый город…
– Что?
В ответ Стивен так меня дернул за руку, что я вскрикнула, и потащил сквозь толпу, лавируя между людьми. Всюду мелькали разноцветные одежды, украшения, кулаки, локти, чьи-то лапы (химер?), волосы, когти…
Потом мы неожиданно выбрались к столу на возвышении, тоже украшенному изумрудами.
– Нет, я не снижу цену. Нет, скидок не делаем. Все хотят! Билетов – ограниченное количество, – рычал старичок в морковной мантии.
На нас он буквально вызверился:
– А нищим тут вообще не место!
Это он про мой плащ? Или про встрепанный вид Стивена? Хм, а я сама-то, наверное, хороша… Но по одежде людей не судят!
Глухо завыл в ответ Вильгельм, а Стивен подтвердил мои мысли:
– Мы заплатим.
– Откуда у вас деньги? – фыркнул старичок, а стражники рядом со столиком (неприметные в своих серых плащах) угрожающе уставились на нас.
Действительно, откуда у нас деньги? Меня снова заставят гладить хрустальный шарик?
Но Стивен сказал:
– Виктория, доставай кота.
Вильгельм примолк, а я прижала его к груди.
– Не продам!
Стивен, прищурившись, смерил меня внимательным взглядом и повторил:
– Доставай.
В сомнениях я вытащила из-под плаща кота. Вид встрепанного и просто вопиюще-рыжего (это после черной краски мне так казалось) Вильгельма не удивил ровным счетом никого.
– Это вам в магистрат, – буркнул старик. – У них награду заберите, потом возвращайтесь. Если успеете, конечно: мы сегодня закрываемся.
А?
Стивен поморщился и подтолкнул меня вместе с Вильгельмом к столу. Шепнул:
– Возьми кота за задние лапы и потряси.
– Что? Зачем?
– Делай.
– Мяу! – заранее возмутился Вильгельм.
– Делай, – повторил Стивен. – А вы, ваше высочество, молчали бы.
Вильгельм и правда заткнулся, но на Стивена смотрел ненавидяще, когда я, как могла аккуратно, перевернула его вниз головой и потрясла.
За нами наблюдала вся толпа. И у них на глазах… ничего не случилось.
– Сильнее, – подсказал Стивен.
Сильнее я кота бы трясла после того, как он меня обидел. А сейчас Вильгельм себя прилично вел. Неправильно это…
– Виктория… – предупреждающе добавил Стивен.
Я испугалась, что если не сделаю, как он велит, за ноги схватят и потрясут уже меня.
И тогда из кота посыпались бриллианты.
А?!
Откуда?
А бриллианты все падали… И очень они были похожи на те, что я видела дома в сундуке… Может, в этом мире они все одинаковые, но… очень похожи!
Вильгельм страдальчески жмурился, толпа завороженно молчала, стражники сдерживали первые ряды, которые пытались дотянуться до упавших камешков, а Стивен не делал и попытки всю эту бриллиантовую кучу собрать и привести в божий вид. Только шепнул мне пару минут спустя:
– Достаточно.
Старичок в мантии деловито оглядел каждый бриллиант, на свет посмотрел, в хрустальный стакан с водой пару штук окунул – на том и успокоился.
– Проходите.
И ворота, натужно скрипя, приоткрылись.
Толпа замерла от вожделения, глядя, как я подхватываю кота, Стивен подхватывает меня (за локоть) и вместе мы пытаемся в эту щелку между створками просочиться.
Потом ворота захлопнулись, и наставшая было тишина загремела криком:
– Да сколько можно! Тарифы регулировать надо! Градоначальник – вор, оттуда и цены! Пустите, я танцевать хочу!
Я отвернулась и прошла следом за Стивеном по широкой, естественно, тоже украшенной изумрудами лестнице. Ничего необычного пока не было, даже иллюзий. Стены со штандартами (какой-то змей на синем фоне и вязь странных знаков). Решетки со всех сторон, вроде бы серебряные. Тут оборотней боятся?
И чем этот город так хорош, что сюда все так рвутся?
– Стивен? А откуда у нас бриллианты?
Парень повернулся ко мне и ухмыльнулся:
– А это ты у кота спроси. А, ваше высочество? Откуда у вас бриллианты?
Я непонимающе покосилась на Вильгельма:
– А при чем тут он?
– Это же твои бриллианты, – рассмеялся Стивен. – Помнишь, ты говорила, что попросила их за кота. А принц тогда их и… забрал. Да, ваше высочество? Правду говорят, что все королевские особы – прирожденные воры, а?
Вильгельм мяукнул – заткнись, мол.
– Ты забрал мои бриллианты? – повторила я, глядя на кота. Так вот куда они исчезли!
Тот отвернулся.
– Ну ты и прохиндей… А, бог с тобой, я все равно не знала, что с ними делать.
Стивен удивленно посмотрел на меня:
– Наивная ты, Виктория. У меня бы кто сундук с бриллиантами захапал, я б его…
– Да они и не мои были, – отмахнулась я. – Значит, когда в следующий раз деньги понадобятся, надо взять кота и потрясти?
Вильгельм напрягся, а Стивен усмехнулся:
– Ну да. Только учти, для принца это унижение.
Ничего, для благого дела и я здесь прозябаю. Потерпит.
– А как ты-то узнал, что бриллианты у Вильки? А, Стивен?
– Ну уж карман-артефакт, пусть даже волшебный, я как-нибудь узнаю, – обиделся Стивен.
– Угу. А почему я у ворот просто не погладила снова хрустальный шар?