Введение

«Старый порядок», установившийся в Европе после Венского конгресса и охраняемый «Священным союзом», легитимировал восстановление монархий и возвращение на троны представителей законных династий, консервировал феодальные отношения, лишал подавляющую часть населения политических прав, перекрывал самую возможность самоопределения народов. В то же время союзники по антинаполеоновским коалициям вынуждены были признать необратимость социально-экономических и политических перемен, которые принесли Французская революция конца XVIII в. и правление Наполеона Бонапарта. Следствием приспособления к сложившимся в послереволюционной Европе условиям стало сохранение во многих случаях за новыми собственниками (буржуазией, крестьянством) имущества и земли, полученных ими в результате конфискаций и секуляризации. В силу тех же причин были санкционированы компромисс между дворянством и верхами буржуазии, уравнение в правах старого и «нового» дворянства, созданного Наполеоном. Поэтому реставрация прежних династий, несмотря на желания и попытки многих вернувшихся к власти монархов, не сопровождалась восстановлением в полном объеме дореволюционных порядков, а напротив, не могла воспрепятствовать складыванию в странах Европы конституционных монархий и даже республик. Набиравший силу класс предпринимателей, обуржуазившееся дворянство, широкие слои населения осознают необходимость низвержения утвердившегося в Европе неоабсолютизма. Начиная от Венского конгресса простирается период, когда в посленаполеоновской Европе эволюция от неоабсолютистского к конституционному устройству инициировалась и мощно ускорялась демократическими движениями, революциями, национально-освободительной борьбой народов. Эти три потока развития неотвратимо разрушали остатки феодализма в Европе и модернизировали ее в русле укрепления капиталистической экономики и буржуазной государственности.

Со второй половины XIX столетия в странах Европы параллельно с укреплением институтов правового государства начинается поступательное развитие гражданского общества. В то время гражданское общество понимали как «социум минус государство», т. е. гражданское общество рассматривалось в качестве противовеса государству. С течением времени понятие «гражданское общество» трансформировалось, стало более объемным. По определению известного социального философа К. С. Гаджиева, «гражданское общество представляет собой форму самоорганизации людей, включающую разного рода добровольно сформировавшиеся негосударственные социальные, экономические, профессиональные, образовательные, религиозные, культурные и иные институты, организации, объединения, союзы» [170, с. 70]. Близко к этому и другое определение: «собственно гражданским обществом является сеть равноправных некоммерческих негосударственных организаций, отличающихся общественной активностью, связанной с социальным творчеством» [768, с. 29].

Такое понимание сущности гражданского общества позволяет определить круг негосударственных институтов, составляющих его сферу. Это – политические партии, профессиональные союзы, средства массовой информации и идеологические организации, добровольные ассоциации рабочих, фермеров, предпринимателей, общественные структуры и движения (церковные, женские, пацифистские, благотворительные и иные). Появление и широкое распространение многочисленных четко структурированных самоорганизующихся добровольных объединений граждан стало особенностью общественно-политической и хозяйственной жизни стран Европы. Объективными предпосылками и побудительными мотивами их возникновения стало расширение разветвленных экономических, социальных, культурных, духовных и других горизонтальных связей между индвидами, семьями, политическими и культурными ячейками общества, хозяйственными единицами, укрепившееся осознание классовых, этнонациональных, экономических, религиозных, гендерных интересов.

Эти интересы выражали профессиональные союзы работников, союзы предпринимателей, женские, пацифистские, христианские общественные организации, ассоциации по сферам деятельности. Негосударственные общественные организации формулировали требования соответствующих социальных слоев и добивались их реализации законными ненасильственными средствами. Они не создавались государством и не подчинялись ему, но получили признание с его стороны, были автономны в осуществлении своих целевых установок, и вместе с государством составляли неразрывную общественно-политическую систему. В ней складывавшееся правовое демократическое государство выступало в качестве регулятора социальных отношений, инструмента разрешения социальных конфликтов, обеспечения условий гражданского мира и реализации идей прогресса. В странах Европы возникли объективные предпосылки формирования государственной социальной политики, защиты граждан через механизмы охраны труда, социального страхования по болезни, инвалидности и старости. Объектом внимания государства стало развитие народного образования. Государство создавало правовое поле деятельности негосударственных организаций путем юридических регуляций. Законодательно-нормативная база дает возможность проследить изменения основных направлений государственных социально-политических стратегий.

Результатом взаимных усилий государства и общественных движений стало расширение участия граждан в общественной и политической деятельности и избирательном процессе, свобода объединений, собраний, слова, юридические гарантии разумных пределов и условий труда, право на образование. Возросшая общественно-политическая активность разных социальных классов и групп населения в политической, социальной, экономической сферах, в том числе в избирательном процессе, ускорила процесс утверждения демократических принципов и свобод, обеспечения социальных и экономических интересов соответствующих классов и групп. При этом содержание общественно-политической жизни все больше определялось социально-политическими идеологиями и программами политических партий. Их становление исторически связано с расширением возможностей политического участия граждан в жизни общества вследствие распада традиционной для феодальной системы политической власти, возникновения и укрепления буржуазной государственности. Возросшая сложность общественно-политических связей, усиление политической активности граждан создали предпосылки для их сплочения в партийные организации. Одно из современных определений партии, предложенное коллективом российских авторов, характеризует ее как объединение для отстаивания собственных представлений о развитии общества: «Политическая партия является добровольным самоуправляющимся объединением граждан, создаваемым по их собственной инициативе для совместной реализации целей и задач, отстаивания собственных представлений на развитие общества» [717, с. 12].

Политическим партиям присущи некоторые общие черты: стремление к завоеванию политической власти как главная цель участия в политическом процессе; объединение граждан на основе общности политических взглядов, находящих воплощение в партийной программе; наличие формализованной постоянно действующей партийной структуры. Вместе с тем партиям присуща собственная специфика, позволяющая отнести их к определенным типам. По признакам организации и членства различались партии кадровые и массовые. По решаемым задачам и методам деятельности партии разделялись на парламентские и авангардные.

Кадровые партии не имели массового состава, не регистрировали членов, не собирали членские взносы, их основу составлял четко отлаженный и структурированный профессиональный партийный аппарат, на местах определяющую роль играли нотабли[1]. Характеризуя формы и направления деятельности кадровых партий, один из крупнейших французских исследователей этого вопроса М. Дюверже обращал внимание на то, что они «базируются на небольших комитетах, довольно независимых друг от друга и обычно децентрализованных; они не стремятся ни к умножению своих членов, ни к вовлечению широких народных масс – скорее они стараются объединять личностей. Их деятельность целиком направлена на выборы и парламентские комбинации и в этом смысле сохраняет характер наполовину сезонный; их административная инфраструктура находится в зачаточном состоянии; руководство здесь как бы распылено среди депутатов и носит ярко выраженную личностную форму. Реальная власть принадлежит то одному, то другому клану, который складывается вокруг парламентского лидера; соперничество этих группировок и составляет жизнь партий. Партия занимается проблемами исключительно политическими, доктрина и идеологические вопросы играют весьма скромную роль; принадлежность к партии чаще всего основана на интересе или традиции» [265, с. 41–42, 118]. Такими были Аксьон франсэз и Партия радикалов и радикал-социалистов во Франции, Немецкая консервативная партия и Партия свободных консерваторов в Германии, Консервативная партия и Либеральная партия в Великобритании.

Массовые партии отличались официально оформленным персональным составом, наличием первичных организаций, регулярной уплатой взносов, жесткой партийной дисциплиной. Руководство осуществляли выборные центральные, областные (в административных границах территориальных единиц) и местные комитеты. К партиям этого типа относились Французская объединенная социалистическая партия, Социал-демократическая партия Германии. Дюверже писал, что массовые партии «основаны на вовлечении максимально возможного количества людей, народных масс. Здесь мы обнаруживаем четкую систему вступления, дополненную весьма строгим механизмом индивидуальных взносов, что в основном и обеспечивает финансирование партии <…> Комитеты уступают место “секциям” – рабочим единицам более широким и открытым, важнейшей функцией которых помимо чисто электоральной деятельности выступает политическое воспитание членов. Массовость членства и взимание взносов требуют создания значительного административного аппарата. В такой партии всегда есть большее или меньшее количество так называемых “постоянных” – то есть функционеров, которые естественно тяготеют к превращению в своего рода класс и закреплению определенной власти; так складываются зачатки бюрократии. Личностный характер руководства здесь смягчен целой системой коллективных институтов (съезды, национальные комитеты, советы, бюро, секретариаты) с настоящим разделением властей. В принципе на всех уровнях царит выборность, но на практике обнаруживаются мощные олигархические тенденции. Гораздо более важную роль внутри самой партии играет доктрина, так как личное соперничество принимает форму борьбы различных идеологических течений. Кроме того, партия выходит далеко за пределы собственно политики, захватывая экономическую, социальную, семейную и другие сферы» [265, с. 42].

Промежуточную нишу между кадровыми и массовыми партиями занимали Партия Центра в Германии и Лейбористская партия в Англии.

Парламентские партии борьбу за власть связывали с завоеванием депутатских мест в центральных и местных представительных учреждениях, в рамках которых и стремились реализовывать свои программные установки. Во Франции к ним относились Партия умеренных республиканцев, Партия радикалов и радикал-социалистов, Партия поссибилистов, Партия независимых социалистов. В Германии это были Немецкая консервативная партия и Партия свободных консерваторов, либеральные партии; в Англии – Консервативная и Либеральная партии.

Авангардные партии не ограничивали свою деятельность организацией выборов и руководством законотворческой деятельностью своих депутатов, но вели постоянную работу на местах, охватывая широкий круг идеологических, социально-экономических и культурно-просветительских проблем. Во Франции такой характер имела Французская объединенная социалистическая партия; в Германии – Социал-демократическая партия; в Англии – Лейбористская партия.

Многообразие организационных, идеологических, программных и иных элементов партий как социальных организмов позволяет классифицировать их и по другим параметрам. В контексте социально-политической ориентации партии подразделялись на консервативные (выступающие за сохранение существующего строя с допущением лишь очевидно необходимых изменений), реформистские (ориентированные на значительные преобразования существующего строя, но эволюционными методами и при сохранении основ базового устройства), революционные (не признававшие существовавшие порядки и ставившие целью их кардинальное и неотложное преобразование), реакционные (выступавшие за полный либо частичный возврат к прежним социальным порядкам).

Важнейшее место в социально-политической структуре европейских стран заняли профессиональные союзы. Они различались по целям и решаемым задачам. Во Франции различные ветви профсоюзного движения объединились во Всеобщую конфедерацию труда, воспринявшую идеологию анархо-синдикализма. В практической работе анархо-синдикалистам не удалось реализовать свои идеи преобразования общества путем «прямого действия» и «всеобщей стачки». В Германии социал-демократические профсоюзы учредили общегерманское объединение Свободных профсоюзов, охватывавшее преимущественно квалифицированных рабочих, ограничивавшее деятельность исключительно экономической сферой, склонное к достижению компромиссов в случае конфликтов с предпринимателями. Свободные профсоюзы не обладали монополией на единоличное представительство интересов рабочего класса. Возникли и действовали профобъединения с иной идеологией. Видное место занял Союз немецких профсоюзов, объединявший служащих и рабочую аристократию, исходивший из концепции единства интересов труда и капитала и стремившийся преодолевать производственные конфликты мирными средствами. Германия была первой страной, где рабочие союзы начала создавать церковь. Первоначально разрозненные, они соединились на платформе общности интересов рабочих и предпринимателей во Всеобщее объединение христианских профсоюзов Германии. Рабочих, которые, по терминологии промышленников, «проявляли добрую волю к труду», объединяли «желтые» профсоюзы. Большинство из них вошло в Объединение германских производственных союзов. В Великобритании легализация привела к формированию и быстрому развитию цеховых тред-юнионов, объединявших рабочих по профессиям, их членами могли быть только квалифицированные рабочие. Тредюнионы не ставили перед собой социалистические цели, исходили из общности интересов пролетариата и буржуазии, добивались от членов безоговорочного выполнения производственных обязательств перед хозяевами, своей задачей считали улучшение условий жизни и труда рабочих в рамках существующего строя, отрицательно относились к забастовкам, предпочитали урегулирование трудовых конфликтов. Социальная незащищенность и тяжелые условия труда неквалифицированных рабочих вызвали создание организаций так называемых новых юнионов. Их идеология исходила из противоположности интересов рабочих и буржуазии. Создание разветвленной профсоюзной сети и облегчение приема в тред-юнионы привлекло в их ряды новых рабочих. В целом в названных странах организованный пролетариат охватывал меньшинство промышленных рабочих, но составлял наиболее активную часть рабочего класса.

В рассматриваемое время широкими масштабами характеризовалось женское эмансипационное движение. Во Франции женские общественные организации в начале ХХ в. объединились в Национальный Совет французских женщин и Союз борьбы за женское избирательное право. Их участники добивались правового уравнения полов; включение женщин в общественную жизнь и допущения их на государственные должности; принятия обществом общих норм морали для обоих полов; создания единых программ обучения в школах; свободного доступа ко всем профессиям и введения равной оплаты за одинаковый труд. Но французское женское движение начала XX в. не стало влиятельным фактором французской политической жизни. В Германской империи, несмотря на негативное общественное мнение и прямое нежелание властей, женщины постепенно отвоевывали одну трудовую сферу за другой. Наибольшего продвижения они достигли в народном образовании. Женщин – допустили к службе на железной дороге, почте и телеграфе. Были достигнуты успехи в самоорганизации: удалось объединить все существовавшие в то время немецкие женские организации, кроме социалистических, в Союз Германских женских организаций. В Великобритании женщины получили доступ ко многим профессиям. Британское общество активно реагировало на проблему женского политического равноправия. Развернувшееся движение за предоставление женщинам права голоса организационно оформилось в различные суфражистские организации, объединившиеся затем в Национальный союз женских суфражистских обществ. Массовые кампании за предоставление женщинам политических и гражданских прав были результативны. Женщины получили право голоса на выборах в училищные советы, органы местного самоуправления разного уровня, возможность избрания в муниципальные советы и советы графств.

В связи со сказанным представляется актуальным обращение к анализу европейского общества с точки зрения развития в нем общественных институтов, роли последних в конструировании социальных отношений. Исследовательский интерес вызывают особенности создания правовых основ регулирования деятельности общественных институтов, процессы возникновения и деятельности социально-политических, хозяйственных, культурно-просветительских организаций, объединений и движений в Великобритании, Франции и Германии, в том числе политических партий, союзов предпринимателей, профессиональных союзов рабочих, женских организаций, а также эволюция основных направлений социально-политических стратегий правивших элит рассматриваемых государств в отношении общественно-политической активности разных социальных групп населения.

Хронологически работа охватывает 1815–1914 гг., что обусловлено характером и специфическими особенностями эпохи. В истории избранных для рассмотрения стран она характеризуется коренными переменами в государственном устройстве. Германский союз трансформировался в Северо-Германский союз, затем германские государства объединились в Германскую империю. Во Франции рухнул неоабсолютизм, возникла Вторая республика, сменившаяся режимом Второй империи, наконец, утвердилась Третья республика. Завершилось складывание парламентарной монархии в Великобритании. В границах этого времени изменился экономический строй вследствие завершения промышленной революции в ведущих странах Европы, создания на этой основе фабрично-заводской системы и индустриального общества. Установился экономический и политический контроль метрополий над колониями. Франция, Германия и Великобритания стали ведущими игроками сложившейся мировой системы хозяйства. Развитие монополистических объединений этих стран стало одним из факторов перерастания капитализма свободной конкуренции в монополистический капитализм, что определило начало империалистической стадии его развития. Внедрение в политическую практику идей буржуазного конституционализма привело к утверждению в этих странах принципов демократии, прежде всего к расширению избирательного права и повышению роли парламентов. Создаются политические партии в их современном понимании. Консолидируются профсоюзы, и набирает силу рабочее движение. Активизируются общественные, в том числе женские, организации. Широко распространяются различные модификации социалистической идеологии и иные политические концепции. Приобретает более прогрессивные черты политика государств в сфере народного образования и социального обеспечения. Есть все основания сказать, что в крушении установившегося в посленаполеоновской Европе неоабсолютизма, прогрессе гражданского равноправия, распространении политических свобод и народного представительства, росте гражданской активности, утверждении парламентской демократии как наиболее приемлемой формы государственного устройства, гарантирующей экономическую и политическую стабильность капиталистической системы, состоит один из важнейших итогов XIX века.

Документальная база исследования представлена нормативно-правовыми актами, документами политических партий и массовых общественных организаций, статистическими материалами, источниками личного происхождения, материалами периодической печати исследуемого периода.

1. Конституции, нормативно-правовые документы и парламентские акты широко представлены в опубликованных на русском языке переводах. В России интерес к западноевропейскому опыту социально-политического развития и утверждения конституционализма стимулировала Первая российская революция. Разными издательствами и в разных переводах с языков оригиналов под научной редакцией известных российских юристов-государственников были опубликованы сборники конституций европейских стран. Сборник «Тексты важнейших основных законов иностранных государств» был выпущен книгоиздателями М. и С. Сабашниковыми под редакцией известного юриста Ф. Ф. Кокошкина [934]. В него вошли некоторые конституционные законы Англии, а также конституции Франции 1791, 1814 и 1830 гг. В двух томах сборника действующих конституционных актов, изданных под редакцией В. М. Гессена и Б. Э. Нольде, приведены тексты конституций почти всех современных (на то время) государств [892; 893]. Каждую из них сопровождает небольшой исторический очерк. В 5 выпусках вышло в свет «Собрание конституционных актов» в издательстве В. М. Саблина [887]. В его первом выпуске помещены конституции Франции [888, с. 9–26], Германии [888, с. 27–46] и Пруссии [888, с. 47–58], во втором – Англии [889, с. 48–62].

Как известно, Великобритания не имеет конституции как единого официально принятого документа, но это не означает, что ее вообще нет. То, что считается британской конституцией, представляет собой свод конституционных обычаев и разновременно принимавшихся законов. За многие века их накопилось огромное количество, составители различных сборников приводят наиболее важные. Например, в «Собрание конституционных актов» и в труд американского профессора, будущего президента США В. Вильсона «Государство: Прошлое и настоящее конституционных учреждений» (в виде приложения) включены «Великая хартия вольностей, 15 июня 1215 г.», «Великая хартия Генриха III, 11 февраля 1225 г.», «Билль о правах, 13 февраля 1689 г.», «Закон о престолонаследии, 12 июня 1701 г.» [889, с. 48–62; 144, прилож.: с. 12–134]. Акты «О лучшем обеспечении свободы подданного и о предупреждении заточений за морями (26 мая 1679)», «О более действительном обеспечении свободы подданного (1 июля 1816)», «О народном представительстве (6 февраля 1918 г.)» помещены в качестве приложений в книге В. Н. Дурденевского «Иностранное конституционное право в избранных образцах» [262, с. 137–163].

Что касается Франции, полезен сборник конституционных законов, подготовленный юристом И. Д. Новиком, который изложение текста Конституции 1875 г. предварил историческим очерком о всех 9 французских конституциях, принятых в 1791–1875 годах [688]. Развитие конституционного процесса во Франции также отражает изданный в С.-Петербурге в 1905 г. сборник «Законодательные акты Франции». Он полностью приводит текст конституции страны 1848 г., а также текст трех конституционных (об организации Сената; об организации государственных властей; об отношениях государственных властей) и двух органических (об избрании сенаторов и об избрании депутатов) законов, составивших Конституцию 1875 г., а также более поздние дополнения и изменения Конституции, в частности, «Закон о частичном пересмотре конституционных законов от 14 августа 1884 г.» [342, с. 86–128]. «Собрание конституционных актов», вышедшее в московском издательстве В. М. Саблина, и «Сборник действующих конституционных актов», опубликованный под редакцией В. М. Гессена и Б. Э. Нольде, дополнительно содержат ряд других документов по развитию конституционализма во Франции: «Закон о местопребывании исполнительной власти в Париже» от 22 июля 1879 г., «Закон о выборах по списку» от 16 июня 1885 г., «Закон о восстановлении одноименного вотума для выборов депутатов» от 13 февраля 1889 г., «Закон о множественных кандидатурах» от 17 июня 1889 года [888; 893]. Тексты конституционных законов Франции 1875 г. c более поздними изменениями, а также конституцию Германской империи содержит в качестве приложений, причем, как на языке оригинала, так и в переводе на русский язык, труд А. Л. Лоуэлла «Правительства и политические партии в государствах Западной Европы» [548, с. 463–478, 495–532]. В. Вильсон, в свою очередь, к упомянутому выше исследованию приложил конституционные законы Франции, конституцию Германской империи и конституционную хартию Пруссии 1850 года [144, прилож.: с. 1–20].

Конституции Пруссии и Германской империи представлены во всех названных сборниках. На фоне других сборник «Современные конституции», вышедший под редакцией В. М. Гессена и Б. Э. Нольде, является наиболее информативным. Помимо собственно Конституции Германской империи, в нем опубликованы «Конституционный акт Прусского государства, 31 января 1850 г.», дополняющие его «Указ о производстве выборов во вторую палату, 30 мая 1849 г.» и «Указ об образовании первой палаты, 12 октября 1854 г.». Здесь же помещены «Конституционный акт Баварского королевства, 26 мая 1818 г.» и дополнившие его «Закон об инициативе сословных чинов, 21 июня 1848 г.», «Закон об ответственности министров, 4 июня 1848 г», «Закон о выборах депутатов ландтага, 4 июня 1848 г.» в редакции 22 марта 1881 г. Приводятся также «Конституционный акт Баварского королевства, 26 мая 1818 года», «Конституционный акт Великого герцогства Баденского, 22 августа 1818 года», саксонская «Конституция 4 марта 1831 года» [892]. Что касается текста Франкфуртской конституции 1849 г., впервые она была опубликована на русском языке приложением к книге немецкого историка В. Блоса, посвященной революции 1848 г. в Германии, в переводе Г. Радомысльского [83, с. 458–481], ее второе издание в переводе В. Базарова и И. Степанова вышло в 1922 году [84].

Опубликование конституционных законов продолжилось в советское время. В. Н. Дурденевский к уже упоминавшейся монографии о конституционном праве, вышедшей в 1925 г., приложил и тексты самих конституций [262]. В разделе «Великобритания» фигурируют «Великая хартия вольностей 1215 г.», «Акт о лучшем обеспечении свободы подданного и о предупреждении заточения за морями» (Хабеус корпус акт), «Билль о правах 1689 г.», «Акт о соединении с Шотландией 1706 г.», «Акт о парламенте 1911 г.». Данные конституционные акты Великобритании, продолжающие действовать и сегодня, традиционно включаются во все сборники современных конституций независимо от времени их издания. Фундаментальный труд – четырехтомник, охватывающий конституционное законодательство стран мира, был опубликован в 1936 г. [452]. Для данного исследования значение имеют содержащиеся в обоих изданиях конституционные акты Великобритании и продолжавшая действовать на тот момент конституция Третьей республики во Франции.

Собранием конституций ушедшей эпохи стал изданный под редакцией профессора П. Н. Галанзы сборник «Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII–XIX веков» [454]. В нем представлена коллекция английских документов, в числе которых «Великая хартия вольностей 1215 г.», «Петиция о правах 1628 г.», «Закон против рабочих коалиций 1799 г.», «Закон о рабочих коалициях 1825 г.», Акт о народном представительстве 1832 г.», «Акт о народном представительстве 1867 г.». Из разнообразия французских конституций сборник публикует «Конституционную хартию 1814 г.» и «Конституцию Французской республики 1848 г.». Конституционный процесс в государствах Германии показан через «Конституционный акт Великого герцогства Баденского 22 августа 1818 г.», «Конституцию Саксонии 4 марта 1831 г.», «Конституцию Германской империи 28 марта 1849 г.», «Конституционную хартию Пруссии 31 января 1850 г.», «Конституцию Германии 16 апреля 1871 г.». Линейку публикаций конституций – завершает сборник «Конституционные акты Германии нового времени (конец XVIII – начало XX в.)», подготовленный учеными Уральского университета [458]. В нем помимо других представлен текст конституции Северо-германского союза 1867 г. Наиболее авторитетное и фундированное издание документов конституционной истории Германии Нового и Новейшего времени подготовлено под руководством видного специалиста по государственному праву профессора Фрайбургского университета Эрнста-Рудольфа Хубера, электронная версия которого размещена в немецком домене интернета на портале «Конституции мира» [1106].

Изменения основных направлений государственной политики позволяют проследить парламентские документы. Например, в Великобритании подписанные монархом законы с 1882 г. систематически публикуются «Постоянной канцелярией его (ее) величества» отдельными сборниками [1104]. Более ранние законы являются также доступными для исследователя благодаря их оцифрованию и размещению на специальном интернет-портале, поддерживаемом национальными архивами от имени правительства Великобритании [1074]. Важнейшее значение имеют парламентские документы, характеризующие законотворческую деятельность. На постоянной основе издаются официальные отчеты и дебаты Палаты общин и Палаты лордов, сборники утвержденных ими биллей. Начиная с 1812 г. публикуются полные отчеты о прениях в обеих палатах, так называемые «Парламентские дебаты Хэнсарда» (сокращенно именуемые «Хэнсард» – по имени официального парламентского издателя К. Хэнсарда) [1091]. Материалы парламента издавались в виде отчетов за каждый день работы палат, в крупных еженедельных выпусках, которые в конце года сводились в большие тома, снабженные справочным аппаратом. К настоящему моменту материалы парламентских дебатов XIX в. полностью оцифрованы и размещены на официальном сайте парламента [1078]. Обширную информацию содержат материалы правительственных комиссий, с 30–40-х годов XIX в. периодически назначавшихся для обследования ситуации в различных сферах общественно-политической и экономической жизни. Важным источником являются так называемые «Отчеты и документы» – материалы, предоставляемые палатам министерствами и ведомствами и публикуемые в виде отдельных томов. В связи с обсуждением в парламенте важных законопроектов, в том числе по вопросам реформирования избирательного права, системы управления и тому подобным вопросам, правительство обнародовало соответствующие подборки документов. Из неофициальных публикаций следует отметить многотомное издание источников, выходящее с 1953 г. под названием «Английские исторические документы» [1081]. Документы XIX века содержат XII и XIII тома.

Аналогичны документальные фонды, образованные в связи с деятельностью Национального собрания Франции и Рейхстага Германии [1111] (последние публикуемые параллельно на английском языке [1089]). Таким образом, имеется достаточная документальная основа для изучения британского, французского и германского конституционализма и парламентаризма, преобразования политических систем в буржуазно-демократическом направлении.

Изучение социальных процессов в европейских странах XIX – начала XX в. облегчено наличием на русском языке полных текстов Гражданского кодекса Франции [982] и Гражданского уложения Германской империи [207], а также трудового и социального законодательства. Начиная с последней трети XIX в., новые программные принципы политических партий и государств в целом в отношении признания повседневных интересов широких масс населения нашли воплощение в ряде законодательных актов, заложивших основы государственной социальной политики европейских стран, опыт которых в этом направлении внимательно изучали в России, где опубликовали несколько сборников законов европейских стран по рабочему вопросу. Первые из них появились в связи с работой «Комиссии, учрежденной генерал-губернатором Москвы князем В. А. Долгоруковым», которая изучала иностранный опыт фабричного законодательства. В результате был издан двухтомник фабричных законов европейских стран. Один из томов охватывал фабричное законодательство Германии, Франции, Австро-Венгрии, Швейцарии, Дании, Швеции, Норвегии, Голландии и США [386]. Он включил тексты важнейших фабричных законов интересующих нас государств: Германии («Постановления Промышленного устава», 1869 г.), включая Эльзас-Лотарингию, находившуюся с 1871 г. в ее составе («Закон, относящийся к детям, работающим на фабриках, заводах и мастерских») и Франции (Закон о работах на фабриках детей и несовершеннолетних девушек, 1874 г., Декреты от 27 марта, 12, 13, 14 и 22 мая 1875 г., от 1 и 3 марта 1877 г.). Отдельный том документов, вышедший под редакцией члена комиссии И. И. Янжула, был посвящен фабричному законодательству Великобритании [39]. Самостоятельные выпуски сборников трудов Комиссии были посвящены английскому и швейцарскому законодательству об ответственности хозяев за несчастные случаи на производстве и фабричным инспекциям в Швейцарии и Англии [38]. Таким образом, благодаря этим публикациям сегодня доступны для исследователя важнейшие законы периода промышленной революции.

В публикации документов, отражающих европейский опыт развития социального страхования и защиты (законов о нормах рабочего времени, порядке назначения пособий по безработице, социальных выплат в связи с травматизмом, болезнью и инвалидностью, пенсий по возрасту), чрезвычайную активность проявляло Министерство финансов России. В 1899 г. по его поручению был издан сборник «Иностранное законодательство об ответственности предпринимателей за несчастные случаи с рабочими». В нем приводятся действовавшие в то время законы Англии, Франции, Германии, Дании, Швейцарии и Италии, в том числе: «Акт об ответственности хозяев» 1880 г. и «Акт о вознаграждении рабочих» 1897 г. (Великобритания); «Закон об ответственности за несчастные случаи» 1898 г. (Франция); «Промышленный устав для Германской империи» [382]. В 1905 г. Министерство финансов издало еще один сборник документов – «Иностранное законодательство по рабочему вопросу», в котором каждой стране посвящен раздел с отдельной нумерацией страниц. По Великобритании в него вошли – «Акт о рабочих союзах» 1871 г., «Акт в изменение акта о рабочих союзах 1871 г.» 1876 г., «Акт о страховых капиталах рабочих союзов» 1893 г., «Правила по актам о рабочих союзах 1871 и 1876 гг.», «Акт о заговорах и о защите собственности» 1875 г., «Акт о примирении» 1896 г. [383], по Франции – «Закон об учреждении профессиональных синдикатов» 1884 г. [335], по Германии – «Промышленный устав», «Закон о промышленных судах от 29 июля 1890 года (30 июня 1901 года)», «Постановления, касающиеся цеховых третейских судов», «Устав Сообщества немецких фабричных и ремесленных рабочих» [384]. В 1912 г. Министерство финансов опубликовало в полном объеме кодифицированные в единый свод германские законы о страховании рабочих под названием «Свод германских законов о страховании рабочих в издании 19 июля 1911 года». Юридические нормы свода в 1805 параграфах детально прописывают условия, порядок назначения и количественные размеры материального и денежного обеспечения в случае болезни, несчастного случая, инвалидности и по возрасту [8 63].

В целом указанный корпус официальных документов создает достаточно целостное представление о направлениях социальной политики и развития социального законодательства Франции, Германии, Великобритании.

2. Программные документы политических партий и общественных организаций. Материалы и документы по истории партий социалистической ориентации, рабочих, профсоюзных и женских суфражистских организаций концентрировано собраны в архиве Международного института социальной истории в Амстердаме. В частности, исключительной по богатству материалов является германская коллекция [1090]. В составе огромной коллекции, посвященной Великобритании, имеются на микроформах архивы Социалистической лиги, Социал-демократической Федерации, Британской социалистической партии, Лейбористской партии, Фабианского общества, Конгресса тред-юнионов, личные архивы деятельниц суфражистского движения Эстель Панкхерст и Доры Рассел [1110]. Во французской коллекции интерес представляют многочисленные документы, посвященные революциям 1830 и 1848 гг., а также документы, относящиеся к деятельности французских социалистов Б. Малона и Жюля Геда, письма Ф. Лассаля, Ж. Жореса, Л. Мишель [1086].

Доступны на русском языке документы ряда политических партий и массовых общественных организа ций. Тексты программ социалистических партий и организаций (Французской социалистической партии; Германской социал-демократической партии 1891 г.; программные документы английских социалистов, в том числе, Социал-демократической федерации, Независимой рабочей партии, Комитета рабочего представительства) концентрировано собраны в качестве приложений к книге Р. Ч. Энзора «Современный социализм» [1058, с. 429–434]. Готская программа социалистической рабочей партии Германии опубликована на русском языке в качестве приложения к изданию 1923 г. работы К. Маркса «Критика Готской программы» [205, с. 78–81]. Отдельными изданиями неоднократно выходила Эрфуртская программа СДПГ, подготовленная К. Каутским [1065–1067], переведена Программа французской рабочей партии, составленная Ж. Гедом и П. Лафаргом [797; 798]. В советское время опубликованы документы об основании Первого Интернационала [716], протоколы его Генерального Совета и конференций [185–188]. Имеются в изданном виде материалы и документы по истории Второго Интернационала [601].

Программы политических партий консервативного и либерального направления рассредоточены по разным изданиям. В отношении изучения политических партий Германии особую ценность представляет отдельный том документов, являющийся частью трехтомного издания «История Германии», подготовленного Западносибирским центром германских исследований под общей редакцией Б. Бонвеча и Ю. В. Галактионова [396]. В нем помещены ряд программ и предвыборных заявлений германских консервативных и либеральных партий. Что касается французских либеральных партий, то их организационное оформление и структурирование в современном виде началось позже, в связи с принятием в 1901 г. закона о союзах. Партия радикалов и радикал-социалистов стала первой подобной партией. Она не принимала специальной программы на своем организационном съезде, но руководствовалась так называемой Бельвильской программой, с которой республиканец Л. Гамбетта в 1869 г. баллотировался в Законодательный корпус. Ее текст на русском языке никогда не публиковался, но перечень требований регулярно излагался в специальных работах по истории Франции.

Что касается Великобритании, то в 1905 г. издатели сделали полезный шаг, опубликовав в России с предисловием Г. Асквита книгу, ставшую своеобразным манифестом Либеральной партии начала ХХ столетия, «Либерализм: Опыт изложения принципов и программы современного либерализма в Англии» молодого, но уже видного британского государственного деятеля Г. Самуэля [857; 858]. Она содержала изложение основных принципов обновленного английского либерализма, в том числе программу английской либеральной партии. В ней постулаты либерализма рассматриваются в применении как к задачам британской внешней политики, так и к проблемам внутренней политики, в том числе к вопросам борьбы с бедностью, доступности образования, степени вмешательства государства, избирательного права, местного самоуправления и др. Ряд важных источников по истории политических партий Великобритании содержит «Сборник документов по истории нового времени. Экономическое развитие и внутренняя политика стран Европы и Америки. 1870–1914» [862].

Были изданы выступления, программные брошюры и другие материалы, отражающие взгляды по тем или иным вопросам пар тийных и общественных деятелей. Примером могут служить сборники «Возникновение партийной организации германской социал-демократии: Речи Бебеля, Либкнехта, Зингера и других на партийном съезде в Галле в 1890 г.» [158], подготовленный Р. Энзором сборник «Современный социализм» со статьями А. Бебеля, В. Либкнехта, Ф. Лассаля, А. Мильерана, Ж. Жореса и других видных деятелей социалистического движения [1058]. Многочисленны издания выступлений и трудов немецких социалистов К. Маркса и Ф. Энгельса, Ф. Лассаля, К. Каутского, Э. Бернштейна, В. Либкнехта, К. Либкнехта, А. Бебеля, К. Цеткин, Р. Люксембург[2], выступлений и брошюр французских социалистов П. Лафарга [530–533] и Ж. Геда [179; 180], основателя поссибилизма Б. Малона [578], лидеров независимых социалистов А. Мильерана [625], Ж. Жореса [284].

Опубликованы Программа Всеобщего немецкого женского союза [787, с. 143–144], а также программные работы по женскому вопросу видных общественных деятелей рассматриваемой эпохи Англии (Дж. Ст. Милля [620–622], Г. Спенсера [902], Т. Хиггинсона [996]), Франции (Л. Рише [831], П. Лафарга [530]), Германии (А. Бебеля [58–63], К. Каутского [422], К. Цеткин [1012–1015], Е. Ланге [526], Л. Браун [98–104]). Вызывает интерес опубликованная полемика между сторонницей женских прав писательницей-феминисткой Фанни Левальд и ее оппонентом в этом вопросе Матильдой Рейхгарт-Штромберг [1047]. Содержит многочисленные выдержки из документов работа М. де Вилье «Женские клубы и легионы амазонок», посвященная политическому движению женщин во Франции в эпоху революций конца XVIII в., 1848 г. и в дни Парижской коммуны [143]. Изданы документы, касающиеся деятельности английской «Лиги против хлебных законов» и парламентские выступления ее основателя Р. Кобдена [56; 541].

Необходимый документальный материал по политической и социальной истории рассматривамых стран можно извлечь из разнообразных сборников документов, появившихся в советское время. В. М. Лавровский в сборнике «Английский капитализм во второй половине XIX века» [521] привел отобранные по принципу наибольшей репрезентативности отдельные стенограммы парламентских прений, отчеты департамента труда, главного фабричного инспектора, материалы о состоянии сельского хозяйства, статистические данные за 1850–1900 гг. Насыщены документальными данными сборник материалов по социально-экономической истории Европы в Новое и Новейшее время, вышедший в 1929 г. под редакцией В. П. Волгина [1008], а также хрестоматия по истории революционного движения Западной Европы Ц. Фридлянда и А. Слуцкого, к 1928 г. выдержавшая 5 изданий [987]. В сборниках «Эпоха промышленного капитализма в документах и материалах» [1061] и «Новая история в документах и материалах», изданных под редакцией Н. М. Лукина и В. М. Далина [669; 670], содержатся документы по важнейшим проблемам общественно-политической жизни Франции, Великобритании, Германии XIX в. Подбор документов этих изданий акцентировал внимание на революционных событиях, проблемах рабочего движения. В 1923 г. в серии «Материалы по истории революционного движения на Западе» были изданы небольшие по объему сборники документов «Чартизм» [596] и «1848-ой год» [597]. Тематически к последнему примыкает книга Я. М. Захера «Революция 1848 г. в Германии», вторую часть которой составляет коллекция документов [346]. Отдельный сборник документов посвящен «Союзу коммунистов» [900; 901]. В 1941 г. вышла хрестоматия по Новой истории под редакцией А. В. Ефимова и В. А. Орлова [1004], ее продолжила опубликованная в 1953 г. хрестоматия под редакцией А. И. Молока и В. А. Орлова, содержащиеся в ней документы хронологически отражают 1870–1918 годы [1005]. В 1958–1959 гг. эти книги вышли вторым изданием [1006]. В 1963–1965 гг. опубликованы два тома документов по новой истории под редакцией А. А. Губера и А. В. Ефимова [1007]. Сборники документов, составленные Е. Е. Юровской, охватывают период 1640–1870 гг. [860] и 1870–1917 гг. [1071]. Комплексно отражает вопросы внутренней и внешней политики, рабочего и социалистического движения одно из наиболее авторитетных изданий – сборники документов, составленные и прокомментированные П. И. Остриковым и П. П. Ванделем [861; 862]. Периоду 1870–1918 гг. в истории Германии посвящен первый том сборника документов, подготовленного П. П. Ванделем и О. Г. Левенштейн [671]. Релевантные теме документы также содержатся в хрестоматии по истории государства и права зарубежных стран, составленной В. Н. Садиковым в 1973 г., затем неоднократно переиздававшейся [1000; 1001; 1003]. В советском франковедении одной из ключевых тем считалась история Парижской Коммуны 1871 г. В разные годы публиковались как подборки документов и материалов о различных сторонах ее деятельности [736–738], так и полный текст протоколов ее заседаний [807]. В 1976 г. переиздали составленную А. И. Молоком хрестоматию по истории Коммуны [647]. В связи с 70-летием, а в последующем и ее 100-летием издали документальные сборники, отражающие деятельность Первого Интернационала в связи с Парижской Коммуной [749; 750]. Ключевые аспекты политической эволюции стран Европы раскрывают материалы и документы хрестоматии И. Р. Чикаловой и Р. А. Чикалова «Страны Западной цивилизации. XIX – начало XX в.» [1029].

3. Статистические материалы, в первую очередь данные переписей населения, официальные обследования условий труда и жизни, уровня образованности населения и другие документы дают информацию об уровне промышленного и аграрного производства, изменениях в социодемографическом составе населения города и деревни, позволяют проследить трансформации в структуре занятости, образовании, уровне жизни населения. Большой статистический материал по ремесленному, промышленному и сельскохозяйственному пролетариату, работникам обслуживающих отраслей содержится в трудах Ф. Энгельса [1057], А. Бебеля [59], Г. Ностица [692], Ю. Пирсторфа [764], Л. Браун [99], Л. Рязановой [855]. Большую ценность для понимания причин и определения масштабов массовых протестных движений имеют данные о забастовочных выступлениях пролетариата, сконцентрированные в исчерпывающем с точки зрения полноты данных сборнике «Забастовочная борьба трудящихся» [286]. Итоги выборов в законодательный корпус Великобритании и Германии представлены в уже упоминавшихся «Сборнике документов по истории нового времени. Экономическое развитие и внутренняя политика стран Европы и Америки. 1870–1914» [862] и в 3-м томе (документы) «Истории Германии», изданной под редакцией Б. Бонвеча, Ю. В. Галактионова [396].

4. Источники личного происхождения. Изданы воспоминания германских канцлеров Бюлова [120] и Бисмарка [81; 82], адмирала Тирпица [937], мемуары Вильгельма II [141; 142]. Опубликованы свидетельства участников революции 1848–1849 годов [818; 938]. Вышли воспоминания А. Бебеля, позволяющие составить представление об его интерпретации идейных воззрений и политики германской социал-демократии [64]. Опубликованы воспоминания одной из руководительниц суфражистского движения в Англии Э. Панкхерст [734], социал-демократического женского движения в Германии Л. Браун [105]. Изданы письма Ф. Лассаля к К. Марксу [527]. Личная переписка воспроизводится и в монографической литературе. Е. М. Макаренкова в исследовании «Поль Лафарг и французское рабочее движение во второй половине XIX века» в виде приложения опубликовала впервые на русском языке девять писем (три – Поля Лафарга, пять – Ж. Геда и одно – П. Брусса) [574].

5. Периодическая печать. Российская периодическая печать содержит богатый материал по политическому развитию европейских государств рассматривамого времени. Среди ведомственных изданий особое место занимает «Журнал Министерства юстиции», выходивший в 1859–1868 и в 1894–1917 гг. В нем на протяжении 20 лет, с 1897 по 1917 г., практически из номера в номер печатались «Письма из Англии» адвоката Сесиля Мида Аллена, представлявшие собой подробные отчеты о текущей законодательной деятельности британского парламента [872].

Журналы «Вестник Европы», «Русское богатство», «Русская мысль», «Исторический вестник», «Образование», «Мир Божий» («Современный мир») «Северный вестник» и др. имели общественно-политические и «иностранные» отделы. «Русское обозрение» весь 1890 г. и по июль 1891 г. публиковало «Письма из Лондона» известного британского журналиста Уильяма Томаса Стэда [927]. «Русское богатство» на протяжении 1895 г. помещало «Письма из Англии» за подписью «Av.»; принадлежали они дочери К. Маркса Элеоноре Эвелинг [1055]. В журнальном и газетном пространстве сложилась практика, когда российские публицисты обосновывались в одной из зарубежных стран (П. Л. Лавров, И. В. Шкловский, С. И. Рапопорт в Лондоне, Г. Б. Иоллос и Г. А. Гроссман в Берлине, А. С. Белевский и Н. С. Русанов в Париже) и регулярно поставляли материалы в отечественные периодические издания. Многолетнее погружение в разнообразные проявления жизни общества страны пребывания делало из них подлинных страноведов.

Выходившие в России специальные женские издания – ежегодный «Первый женский календарь» (1899–1915) [748] и ежемесячный, с 1906 г. печатный орган «Женской Прогрессивной партии», «Женский вестник» (1904–1917) [280] в специализированных рубриках «За границей», «Хроника женских избирательных прав», «Из иностранных журналов», «Феминизм в различных странах» публиковали сведения о женских организациях и движениях за рубежом, например, «Женское дело во Франции» [281], «Женское образование во Франции [748: 1901, с. 267–271], «Женские общества во Франции» [748: 1903, с. 454–458], «Феминизм во Франции» [972], «Движение женского дела за границей» [748: 1903, с. 418–419], «Хроника женских избирательных прав» [1009].

При внешней тематической хаотичности дореволюционные журнальные публикации содержат огромный массив материала, касающийся событий политической, экономической, социальной, культурной жизни европейских стран. Этот круг источников сегодня приобрел особое значение в связи с тем, что оставался долгие годы вне зоны иссследовательского интереса.

Материалы, опубликованные на страницах периодических изданий, дополняют фактические и документальные данные, содержащиеся в исследованиях дореволюционных российских англоведов, франковедов и германистов, а также в переведенных на русский язык практически всех наиболее значительных монографических трудов европейских ученых рассматриваемого времени. В них нашли отражение многие стороны жизни Франции, Германии, Великобритании – конституционный процесс и эволюция демократических начал, экономическое и социальное развитие, положение рабочего класса, рабочее движение, возникновение и деятельность политических союзов предпринимателей и профессиональных союзов рабочих, положение женщин и женское движение, обучение и воспитание молодого поколения.

Таким образом, к сегодняшнему дню сформирована уникальная источниковая база на русском языке, во многих своих сегментах не включенная в научный оборот, позволяющая создать панорамное исследование организационного оформления и функционирования партий, профессиональных союзов и женских объединений в социально-политических системах Франции, Германии, Великобритании в хронологических границах 1815–1914 гг.

Загрузка...