Мифы об ископаемых костях

Все, что касается древнейших времен и о чем мы ровно ничего не знаем, называется периодом доисторическим.

Ученые хотя и ровно ничего об этом периоде не знают (потому что если бы знали, то его пришлось бы уже назвать историческим), тем не менее разделяют его на три века…

В те времена, о которых ровно ничего не известно, люди жили в шалашах и ели друг друга; затем, окрепнув и развив мозг, стали есть окружающую природу: зверей, птиц, рыб и растения.

Тэффи. Древняя история{2}

Так шутили 100 лет назад… И не слишком грешили против истины: то была пора яростных споров, зыбких гипотез и крайне редких, фантастически трудных находок. Разумеется, «борцам с обезьянами» ископаемые косточки уже тогда сильно портили жизнь. Но пока открытий такого рода было мало, от них можно было отмахнуться с помощью нехитрых риторических приемов. Время шло… Трудились не покладая рук экспедиции. Рос массив накопленных наукой фактов, и на них становилось все сложнее закрывать глаза. Что ж, мифотворцы не боятся трудностей.

Миф № 1 Антропологами найдено очень мало (крайне фрагментарных) ископаемых находок, на базе которых дарвинисты строят свои домыслы

В воображении возникает образ «мага»-антрополога, восседающего в позе лотоса; рядом с ним – отталкивающего вида кучка зубов, челюстей и костных обломков. Глаза мудреца закрыты. Не беспокойте ученого: он медитирует на кости! Внезапно непроницаемое лицо жреца науки преображается. Резким движением запустив руку в костяные недра, ученый извлекает наугад схваченный обломок, минуту, не мигая, глядит на него, и уверенно провозглашает: «Я нашел предка человека!»

Квинтэссенция мифа в виде одного предложения звучит так: «Все ископаемые свидетельства „эволюции человека“ можно уместить в ящике размером с небольшой гроб…» (Роуз С. «Православный взгляд на эволюцию».)

Это строка из письма иеромонаха Серафима Роуза (1974 г.){3}. Уже тогда, 40 лет назад, процитированное утверждение не соответствовало действительности. Что ж! Священнику простительно… Однако сравнение с «небольшим гробом» и сейчас регулярно используется как аргумент в споре с дарвинистами. В 2014 г. свои метафоры, но смысл идентичен – цитирую Александра Невзорова: «Есть ничтожно малое количество (непригодное для широких обобщений) сортового раскопочного материала. Все оно поместится в багажнике „Бентли“ (если без ящичков и коробочек)»{4}.

На самом деле уже к 1974 г. имелись многочисленные (в том числе хорошей сохранности) находки:

• неандертальцев (для захоронения только этих наших «двоюродных прадедушек» потребовалось бы отдельное кладбище);

• человека прямоходящего на Яве, в Европе, Китае, Восточной, Северной и Южной Африке;

• гейдельбергских людей в Европе, Африке, Азии;

• австралопитеков в Южной и Восточной Африке;

• человека умелого в Восточной и Южной Африке

и т. д.


А чтобы представить «ископаемые свидетельства», найденные с 1974 г. до наших дней, пришлось бы построить отдельный внушительных размеров музей. Сейчас счет находкам идет на тысячи, и список продолжает расти – ежегодно мы узнаем о новых открытиях, обнаруженных стоянках древнего человека и вновь описанных видах (см., например, некоторые показательные цифры в мифе № 3).



Приведу только один свежий пример.

20 июня 2014 г. журнал Science сообщил читателям о новых находках в знаменитой пещере Сима де лос Уэсос (Испания){5}. Там обнаружены останки уже 28 особей, в том числе 17 черепов. Боюсь, в багажнике «Бентли» им будет тесновато… Возраст древних гоминид – 430 000 лет.

Среди новых находок, что особенно ценно – практически полный детский череп. Все человеческие кости найдены в одном слое, близко друг к другу и, возможно, даже относились к одной древней популяции. Изучив строение черепа людей из Сима де лос Уэсос, исследователи в очередной раз убедились, что перед ними – прямые предки неандертальцев.

Миф о «горстке костей» крайне выгоден борцам с дарвинизмом. Стоит ли пояснять живучесть этого заблуждения в нашей стране? Ведь в течение последних лет у россиян, интересующихся происхождением человека, не было возможности взглянуть даже на ту самую горстку! Все, что у нас есть, – маленькие и давно не обновлявшиеся экспозиции нескольких столичных музеев, скучные и скверно иллюстрированные школьные учебники да несколько популярных книг 30-летней давности. Это звучит неправдоподобно, но даже в Санкт-Петербурге – культурной столице – нет палеонтологического музея. Единственный зал по антропогенезу в Кунсткамере многие годы закрыт на ремонт. Как с таким багажом конкурировать с западными мифотворцами, вооруженными столетним опытом информационной войны, лавиной прекрасно изданных книг и журналов, фильмами, телепередачами, веб-сайтами и эффектными публичными выступлениями? Сетуя на засилие лженауки в России, надо понимать, что мы сами в этом виноваты.

Желание радикально изменить ситуацию двигало нами, когда в 2010 г. мы создали научно-просветительский портал АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ. В настоящее время в каталоге портала представлена информация о примерно 450 находках (притом что это только часть материалов – например, раздел «Неандертальцы» еще готовится к публикации).

Резюме

Миф № 2 Бóльшая часть ископаемых доказательств эволюции человека – подделки

Да, подделка «ископаемых доказательств эволюции человека» известна. Одна. Это знаменитый пилтдаунский череп. История пилтдаунской фальшивки многократно описана в литературе (в том числе советской). Находка была сделана в 1912 г., разоблачена в 1953-м. Фрагментарный череп и нижнюю челюсть «самого первого англичанина» обнаружили в Пилтдауне (Англия). Найденное существо описали как Eoanthropus dawsoni – «человек зари Доусона». Предполагалось, что этот древнейший предок человека жил на территории Англии миллион лет назад. Через 40 лет оказалось, что череп принадлежит современному человеку, а нижняя челюсть – орангутану с подпиленными зубами.

Так вот, есть сама эта история, и есть мощный пропагандистский миф, созданный вокруг нее борцами с наукой. Часть этого мифа звучит так: после 1912 г. в течение целых 40 лет «находка не подвергалась серьезной критике», и «все упорно считали окаменелость подлинной». «Начиная с 1912 г. и вплоть до 1953-го все монографии, учебники и энциклопедии объясняли читателю, какое важное место занимает Пилтдаунский человек в эволюционной истории современного человека», – пишет, например, Натан Авиезер, профессор физики Бар-Иланского университета и антиэволюционист, в книге «Вера в эпоху науки»{6}. Отсюда немедленно следует вывод: если всех специалистов мира так легко надули и водили за нос в течение десятилетий, ни о какой научности антропологии не может быть и речи!

Давайте проясним ситуацию:


1. С особым пиететом к пилтдаунскому черепу относились в Великобритании (а как же: ведь первый англичанин же!). За ее пределами многие специалисты были совсем не в восторге от «человека зари». Посмотрите например, что писали об эоантропе советские антропологи. Вот несколько показательных цитат – обратите внимание на годы:

Вокруг этого «человека зари» загорелись многочисленные споры. Одни ученые доказывали, что могло быть такое существо с обезьяньей нижней челюстью и человеческим черепом; другие им возражали и говорили, что здесь нашли остатки двух существ: во-первых, человека, который жил в послеледниковое время и ничем особенным от нынешних людей не отличался; и, во-вторых, обезьяны, очень похожей на шимпанзе, которая обитала в пределах Англии гораздо раньше – в конце третичного времени, значит, еще до наступления ледников.

Все эти споры еще не закончены и окончательного решения вопроса об этой интересной находке пока еще нет.

Гремяцкий М. Происхождение человека (1925){7}

* * *

Также особняком стоит череп так называемого пильдаунского человека, найденный недавно в Англии: при высоком развитии черепного свода он снабжен челюстью, очень близкой к челюсти шимпанзе; так как череп и челюсть были найдены отдельно, то явилось сомнение в их принадлежности одному организму.

Милькович Н. Жизнь и история Земли (1928){8}

* * *

Этот палеолитический человек представляет большую загадку, если приписать остатки черепа и нижнюю челюсть одному и тому же существу, что многими оспаривается.

Павлова М. Палеозоология (1929){9}

* * *

Вызвавшая в последние годы много споров нижняя челюсть, которая была найдена в наносных слоях гравия, вероятно, плейстоценового возраста близ Пильтдауна (Piltdown) в Англии, или так называемая «пильтдаунская нижняя челюсть» («Piltdown Unterkiefer»), по Геррит Миллеру (Gerrit S. Miller, 1915), принадлежит «древнему шимпанзе».

Вебер М. Приматы (1936){10}

В учебнике антропологии под редакцией В. В. Бунака (1941 г. издания) на 350 страницах эоантропу уделен один-единственный абзац в примечаниях к описанию гейдельбергской челюсти:

Большую древность приписывали эоантропу (Eoanthropus Dawsoni), от которого в Англии в 1911 и в 1915 гг. были найдены остатки двух черепов; найденная вместе с первым черепом нижняя челюсть, по мнению Г. Миллера, принадлежит «древнему шимпанзе» (Pan vetus).

Бунак В., Нестурх М., Рогинский Я. Антропология (1941){11}

Итак, факт: никакого единодушного восторга ученых по поводу эоантропа не было. Многие специалисты с самого начала сомневались в подлинности «человека зари» – очень уж он выделялся на фоне остальных находок.


2. Прежде чем рассуждать о дураках-антропологах, которых обвели вокруг пальца, стоит учесть, что в начале XX в. палеоантропология еще только формировалась как наука. Материалов для сравнения было катастрофически мало; научные методы анализа находок еще предстояло разработать. Разумеется, к этому стоит прибавить большое желание английских ученых обеспечить человечеству «благородное происхождение» непременно в пределах Туманного Альбиона.

Именно разработка естественнонаучных методов и позволила в середине XX в. вывести мистификаторов на чистую воду. Ведь разоблачить подделку помог фторовый метод датирования, незадолго до этого предложенный антропологом Кеннетом Оклеем. Метод этот не очень надежный, однако позволяет приблизительно оценить древность костей. Тест на фтор показал, что пилтдаунскому черепу не может быть больше 50 000 лет. Дальнейший химический анализ помог установить, что челюсть, скорее всего, вообще современная.

Так, новые инструменты, призванные служить антропологам, помогли вскрыть обман. И именно широкое использование подобных (только гораздо более совершенных) методик сделало повторение пилтдаунской истории невозможным.

С тех пор вот уже больше 50 лет ни один антрополог не использует в своих построениях череп из Пилтдауна. Зачем? Других найденных материалов и так более чем достаточно. Историю про эоантропа продолжают мусолить в основном «борцы с дарвинизмом». Вероятно, больше мусолить нечего…

Интересно другое: почему подделки и мистификации все-таки временами обнаруживаются в самых разных областях науки? Ведь палеоантропология не является в этом плане каким-то особым случаем. Причина, по которой ученый может встать на скользкий путь обмана, – малоизученная тема. Видимо, должны сойтись вместе несколько факторов:

• молодое, недавно сформировавшееся научное направление;

• сам объект исследования трудноуловим – находится, что называется, на пределе измерений;

• возникает некая мода, запрос общества на открытие.


Раз есть запрос – находятся авантюристы от науки…

Давайте рассмотрим несколько любопытных примеров.

Пример № 1. Райские птицы

Восьмого сентября 1522 г. в Севилью прибыл считавшийся погибшим корабль «Виктория» – единственное уцелевшее судно из флотилии Магеллана. Матросы «Виктории» привезли с собой шкурки птиц необычайной красоты, подаренные капитану судна молуккским султаном. Диковинных пернатых прозвали «райскими птицами». Их происхождение долгое время оставалось неизвестным (это сейчас мы знаем, что они обитают в Новой Гвинее). Коллекционеры готовы были заплатить баснословные деньги за чучело удивительной птицы. Ну а дальше:

Торговцы и препараторы ловко использовали этот спрос. И сейчас еще в коллекциях встречаются старые шкурки, искусно составленные из перьев и кусочков кожи самых различных видов райских птиц. Так, «белокрылая райская птица», которую описал в 1787 г. английский зоолог Латам, раздобывший ее чучело для своей частной коллекции, оказалась составленной из шкурок совершенно разных видов райских птиц, с искусно прикрепленными белыми крыльями. Один особенно роскошный вид из коллекции француза Левайяна также впоследствии оказался составным. У этого экземпляра живот, хвост и клюв были от разных птиц. Искусственно прикрепленными оказались и великолепные маховые перья.

Гржимек Б. Австралийские этюды{12}

Интересно, что райских птиц, руководствуясь неверными описаниями, делали безногими. Когда же выяснилось, что лапки у них все-таки есть, умельцы стали приделывать к чучелам райских птиц ноги от галок или даже ястребов…

Пример № 2. Кардиффский великан

А теперь познакомьтесь с величайшей археологической мистификацией XIX в.

США, 1866 г. Джордж Халл, табачник и скептик, приезжает в городок Кардифф (штат Нью-Йорк) по личным делам. В церкви у него возникает спор с проповедником, рассуждавшим о допотопных великанах. Видя, что прихожане доверчиво смотрят проповеднику в рот, Халл задумывает разыграть своих соотечественников, да еще и подзаработать на этом.

И вот Халл покупает гипсовый блок длиной более трех метров, перевозит его в Чикаго, где нанятые им скульптор и каменотес изготовляют фигуру лежащего человека огромных размеров. Для того, чтобы искусственно состарить ее, скульптуру подтемняют кислотой.

Ночью «великана» доставляют в Кардифф и закапывают на ферме Ньювелла, двоюродного брата Халла.

В 1869 г. великана «случайно» нашли при рытье колодца.

Уже на следующий день весь штат Нью-Йорк узнал о найденном гиганте. Тысячи людей поспешили на ферму, чтобы посмотреть на него собственными глазами. Мнения относительно его происхождения разделились. Одни считали, что в таком облике только какой-то бог мог в древности явиться на землю. Другие объявляли его забытым памятником президенту Джорджу Вашингтону. Но все больше раздавалось голосов, утверждавших, что речь идет о первобытном человеке, окаменевшем несколько тысячелетий назад».

Матвеева Г. Американский голиаф{13}


Эта версия и одержала верх. Тысячи зевак стекались в Кардифф, чтобы увидеть «американского Голиафа», и с каждого хозяин находки брал по 50 центов! Великан из Кардиффа наделал много шуму, побывал в нескольких музеях, и, прежде чем обман удалось разоблачить, мистификаторы заработали на «допотопном гиганте» 100 000 долларов.

Кардиффский великан и сейчас находится в Музее фермеров города Куперстаун (штат Нью-Йорк).

Пример № 3. Несвободна от мистификаций и физика

В начале XX в., после открытия рентгеновских лучей, появилась мода на всевозможные излучения. И вот в 1903 г. известный французский физик Рене Проспер Блондло заявил, что обнаружил новые лучи, которые он назвал N-лучами. Эти лучи якобы испускались некоторыми металлами, при попадании в глаза могли усиливать способность человека видеть в полутьме и обладали другими чудесными свойствами. Хотя ряду ученых не удалось воспроизвести опыты по наблюдению N-лучей, Французская академия наук удостоила открытие Блондло золотой медалью и премией в 20 000 франков.

Для прояснения ситуации в лабораторию Блондло приехал выдающийся американский физик Роберт Вуд. После нескольких нехитрых тестов Вуд убедился, что N-лучи – фикция. Вот как сам Вуд описывает один из экспериментов:

«Затем он показал мне слабо освещенные часы на стене и пытался убедить меня, что он может различить их стрелки, если держит над глазами большой плоский напильник. Я спросил его, можно ли мне подержать напильник у него над глазами, так как я заметил на его столе плоскую деревянную линейку и вспомнил, что дерево было как раз одним из немногих веществ, которые никогда не излучали N-лучи. Он согласился. Я нащупал в темноте линейку и держал ее перед его лицом. О, да – он прекрасно видел стрелки. Это тоже кое-что мне доказало»{14}.

Этот пример показывает, что авторы лжеоткрытий могут и сами искренне заблуждаться. Судя по всему, Блондло был уверен в существовании N-лучей, причем, по некоторым данным, продолжал верить в них и через 20 лет после разоблачения, сделанного Вудом.

Резюме

Быть может, каждая крупная новая область науки, вырастая из пеленок, должна пройти «крещение большой мистификацией» – и очиститься. Одна такая крупная мистификация была и в истории палеоантропологии. К счастью, она давно разоблачена – и что характерно, не маргиналами и сектантами, а усилиями самого научного сообщества.


Миф № 3 Тот или иной ископаемый предок человека описан по одной-единственной сомнительной находке

Как часто бывает, распространению этого мифа способствовали вполне добросовестные писатели и журналисты. Кому интересна десятая или сотая находка неандертальца, австралопитека или питекантропа? Другое дело – самые первые, окруженные романтическим ореолом, прошедшие трудный путь к признанию и т. д. и т. п.

Любая популярная (в том числе советская) книжка о предках человека содержала рассказ про поездку Эжена Дюбуа на Яву или про находку Фульрота в долине Неандер. И это правильно! Надо будоражить молодые умы романтикой открытий – иначе откуда возьмутся новые ученые, готовые мириться с тяготами долгих экспедиций, способные месяцами сидеть в раскопе под дождем или палящим солнцем ради очередного «недостающего звена»?.. Но в качестве побочного эффекта трудов популяризаторов возникли своеобразные «палеоантропологические бренды». Их цветасто расписывали в телепередачах. О них же сухо сообщали учебники.

Действует классический маркетинговый механизм: все помнят первого космонавта. А кто был в космосе третьим? Десятым?.. Сто десятым? Количество ячеек человеческой памяти ограничено, поэтому «эффект первого космонавта» работает и в быту (одна-две любимые марки кетчупа, а уже затем – все остальные), и тем более в такой далекой от обывателя области, как антропология.

В итоге весь массив знаний об австралопитеках сводится к образу маленькой обезьянки Люси, о которой человек «когда-то где-то что-то читал или слышал».

На самом деле, как вы, конечно, знаете, «Люси» – одна из первых и потому наиболее известная находка афарского австралопитека. Однако помимо Люси общее число таких находок исчисляется сотнями. Похожая ситуация сложилась и со многими другими ископаемыми гоминидами.

В приведенной ниже таблице перечислены некоторые наиболее известные палеоантропологические находки. Для сравнения приводится реальное число найденных особей каждой группы гоминид (по данным каталога АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ).



Разумеется, существуют и виды, известные пока что по единичным окаменелостям. Таков, например, сахелантроп, описанный в 2002 г. по одному черепу, двум фрагментам нижних челюстей и нескольким зубам. Чтобы появилось больше находок этого вида, должно пройти время…

Резюме

На самом деле существование «палеоантропологических брендов» можно только приветствовать. То, что они вообще возникли, говорит о некотором уровне «народного признания». При этом неизбежно запускаются механизмы мифологизации, включения в массовую культуру: скромный череп или фрагментарный скелет очеловечивается, наделяется именем и трогательной историей – с подачи самих первооткрывателей или расторопных журналистов. Следующей стадией может быть «роль» в фильме или в детском мультике. Кстати, в 2014 г. в мировой прокат вышел фильм Люка Бессона «Люси», в начале которого на экране возникает знакомая нам «женщина-австралопитек»…

Однако не будем забывать: яркие бренды – это для научной пропаганды, а для исследователей – кропотливый, порой рутинный труд, тщательные измерения, графики, проведенные через сотни точек, анализ и обобщение. Теории строятся не на единичных находках – пусть красивых, – а на всем массиве накопленных за десятилетия знаний.


Миф № 4 Найденные ископаемые, выдаваемые за предков человека, – это «просто древние обезьяны» либо «просто древние люди»

Есть множество окаменелостей настоящих обезьян и настоящих людей, но нет ничего промежуточного. Человекообезьяны или обезьяночеловека не существовало никогда. Люди всегда были людьми, а обезьяны – обезьянами согласно подлинным ископаемым свидетельствам, и о том же говорит Библия.

Моррис Г. Библейские основания современной науки{15}

Формально все верно. Действительно, когда-то наши предки были еще не людьми, а древними обезьянами. До поры до времени отличия между первыми и вторыми были, вроде бы, очевидны любому ученому. Однако по мере того, как антропологи извлекали из-под земли новые находки, грань «люди – обезьяны» становилась все тоньше и незаметней…

Поэтому автора мифа, вынесенного в заголовок, стоило бы спросить: по каким критериям он собирается отделять «просто первых» от «просто вторых»?

Забавно, что адепты мифа о «настоящих людях и обезьянах» не только расходятся друг с другом во мнениях, когда пытаются определить ту или иную ископаемую находку, но и противоречат сами себе.

Так, тот же Моррис в цитированной выше книге пишет, что найденный на Яве питекантроп – «композиция из двух различных особей – человека и гиббона», но уже на следующей странице заявляет, что окаменелости, относимые к Homo erectus, «принадлежали, по всей видимости, настоящим людям». А ведь яванский питекантроп – это и есть первая находка Homo erectus

Ничего удивительного в такой путанице нет! По поводу статуса некоторых знаменитых находок – Homo или не Homo? – расходятся во мнении и ведущие специалисты мира. Такова уж участь любой переходной формы, друзья, – зависать посерединке между родами, семействами, отрядами.

Посудите сами: если мы возьмем далеко отстоящие друг от друга виды – разница между ними очевидна. Неандерталец – по всему человек, хотя и не похож на нас. Древний проконсул, прыгавший по деревьям 20 млн лет назад, – бесспорно обезьяна. А как быть, например, с описанным в 2010 г. австралопитеком седиба? Маленький мозг, относительно длинные руки и короткие ноги, грудная клетка расширяется книзу, лопатка, как у орангутана – просто обезьяна? Однако таз, бедренные кости, голеностопный сустав, позвоночник, некоторые особенности лица – как у людей. Просто человек? Дальше – хуже: в строении кисти обезьяньи и человеческие признаки перемешаны так, что уже и не сказать, обезьянья или человечья рука хваталась за ветки 2 млн лет назад. Вот и получилось, что авторы открытия отнесли находку к австралопитекам, тогда как некоторые другие антропологи, такие как первооткрыватель Люси Дональд Джохансон, «проголосовали» за Homo.



Разумеется, и те и другие, в отличие от мифотворцев, прекрасно понимают, что грань «Homo / не Homo» – по большому счету условность.

Проблема грани была обозначена еще Чарльзом Дарвином, писавшим в «Происхождении человека» больше 100 лет назад: «В серии форм, постепенно переходящих от некого обезьяноподобного создания к человеку, каким он сейчас является, было бы невозможно отметить определенную точку, где до́лжно употребить слово „человек“»{16}. (Пер. авт.)

В течение последних 100 лет границу между человеком и животным пытались проводить многократно. Вот одна из таких попыток. Бесспорно, у современного человека очень крупный мозг – в три раза больше, чем у самой мозговитой обезьяны! (У гориллы объем мозга в среднем 500 см³, у шимпанзе – 390 см³, у человека – 1350 см³.)

Исходя из этих цифр, Артур Кизс ввел в 1948 г. понятие мозгового рубикона между обезьяной и человеком. Он резонно считал, что самое важное различие между человеком и обезьяной не в строении зубов и даже не в положении тела, а в мозге. Кизс взял самый большой мозг гориллы (650 см³), самый маленький мозг современного человека (по его данным, 855 см³) и решил, что граница должна быть между этими значениями. Он писал: «Я сказал бы, что любая группа высших приматов, у которых мозг достиг 750 см³, должна уже относиться не к антропоидам, а к людям»{17}.

Кизс проверил свой критерий на яванских питекантропах и африканских австралопитеках – находках, известных на тот момент. У питекантропов средний объем мозга 850 см³, при том что в их строении преобладают человеческие черты. У австралопитеков – с их явно обезьяньим черепом – объем мозга менее 650 см³. Вроде сходится?

Но прошло не так много лет, на свет божий стали появляться ископаемые человечки со все меньшим и меньшим объемом мозга, и стройная картина рассыпалась. «Рубикон» постепенно шел на понижение, покуда не утратил всякий смысл.

Человек умелый, средний объем мозга 600 см³… Homo из Дманиси (Грузия) – 650, 625, 600… и наконец, 546 см³! Это уже ни в какие ворота! «Хоббит» с острова Флорес – 426 см³! Похоже, хоббиты знать не знали ни о каком мозговом рубиконе – изготовляли себе орудия при мозге размером с шимпанзиный.

Все попытки использовать конкретный анатомический признак для проверки – человек или нет? – столкнулись с подобными трудностями. Это только у мифотворцев все просто и прозрачно… Кратко проблему сформулировал в 2010 г. известный антрополог В. М. Харитонов:

«К сожалению, мы сейчас не располагаем фактическими данными о „последней“ обезьяне и „первом“ человеке, а если правильны приведенные выше соображения, то и не будем их иметь, так как исследователи столкнутся с фактом полной морфологической идентичности этих форм…

Многочисленные попытки найти морфологический критерий разграничения между этими формами оказались напрасными, и к настоящему времени подобного критерия не существует»{18}.

Виталий Михайлович высказал замечательную мысль:

• человек отличается от австралопитека тем, что научился изготавливать орудия;

• но для анатомии этот переход прошел незаметно, не отра; зившись на скелете! Последнее радикальное изменение анатомии наших предков – переход к прямохождению – произошло за миллионы лет до появления человека…



По мнению многих исследователей, анатомический критерий здесь в принципе невозможен. Человек – это примат, изготовляющий орудия, поэтому грань проходит не по анатомии, а по культуре, и судить о «человечности» гоминида проще всего по наличию рядом с его останками орудий. Но это, конечно, не гарантирует того, что скелет обязательно принадлежит создателю орудий. И кроме того, часты находки костных останков безо всяких орудий – как быть с ними?

Дарвин был прав: четкую грань провести не получается. Однако, если взять весь массив накопленных данных и расположить его в хронологическом порядке, мы увидим, как у древних приматов появляются, одна за другой, человеческие черты, как их число со временем растет, а обезьяньи признаки тускнеют и уступают им место, пока, наконец, не наступает момент, когда можно с уверенностью сказать: вот и он – Настоящий человек, «чудо и слава Вселенной».

Для наглядности ниже приведена таблица, где можно сравнить нескольких древних гоминид по признакам, отличающим современного человека от шимпанзе. Хочу подчеркнуть, что список неполный и упрощенный: в нем для удобства смешаны анатомические, поведенческие и культурные особенности.



Резюме

Если некто заговорит о «просто древних людях и обезьянах», предложите ему рассмотреть ряд черепов от ардипитека до Homo sapiens, представленных на рисунке 4. Затем задайте вопрос: на каком именно черепе заканчиваются обезьяны и начинаются люди? Ответ попросите обосновать. Вероятнее всего, в этот момент ваш оппонент перестанет самоуверенно рассуждать и начнет думать.


Миф № 5 Найденные ископаемые, выдаваемые за предков человека, – на самом деле деградировавшие люди, «деграданты»

Поверить в это легко! Ведь как обезьяна превращается в человека, мы не видим, а чтобы увидеть, как человек превращается в обезьяну, достаточно выйти вечером на улицу в спальном районе любого российского города.

О «деградантах» можно было бы говорить всерьез, если бы палеоантропология не сочеталась с хронологией. Нанесем известные находки на ось времени. Мы увидим, что деградации никак не получается! Совсем наоборот. Особенно хорошо это прослеживается на примере тех мест, где найдено множество гоминид и где эти находки охватывают большие временные интервалы.

Вот, например, хронология знаменитых памятников – Кооби-Фора (Кения), Омо (Эфиопия), Олдувай (Танзания) – от древних слоев к молодым.


Кооби-Фора


Омо


Олдувай


Как видим, во всех случаях на смену австралопитекам приходят ранние Homo, затем – Homo ergaster и Homo erectus, а эректусов сменяют «архаичные сапиенсы». Последовательность нигде не нарушена! Точно так же и с археологией: в слоях с австралопитеками орудий нет; рядом с ранними Homo найдены примитивные галечные орудия; выше идут более прогрессивные симметричные рубила и т. д. Налицо прогресс, а отнюдь не деградация.

Если же кто-то считает, что все наоборот и, допустим, Homo erectus – это деградировавший сапиенс, то пусть назовет хоть одно надежно датированное место на нашей планете, где сапиенсы лежат под слоями с эректусами. Мой электронный адрес вам известен.

Это не значит, что эволюция человека – простой и линейный процесс. Мы знаем, что у эволюционной тропы были причудливые изгибы, ответвления и тупики. Какие-то из рассеянных по планете человеческих популяций застревали в развитии, а кто-то, может быть, и деградировал (вспомним обмельчавших человечков – хоббитов с Флореса).

Однако для нас важны не отклонения, а магистральный путь, который легко увидеть воочию. Посмотрите на диаграмме (рис. 5), как менялся объем мозга древних гоминид с течением времени. На графике около 300 точек. Странная деградация, сопровождающаяся быстрым ростом мозга, не правда ли?



Бесспорно, объем мозга – только один из параметров, характеризующих человека. Однако уже этого графика достаточно, чтобы увидеть: у идеи деградации очень шаткое основание…

Резюме

Миф № 6 Недостающее звено между обезьяной и человеком не найдено

Крайне популярный миф, который полностью звучит так: «Уже 100 лет ученые ищут, а пресловутое „недостающее звено“ так и не нашли…»

Термин «недостающее звено» стали использовать еще в XIX в. В частности, Эрнст Геккель предположил, что между человеком и его предком – древней обезьяной – должно было существовать некое промежуточное существо – питекантроп, останки которого в ту пору еще только предстояло обнаружить.

В этом смысле термин используется и сейчас, в основном журналистами и в популярной литературе. Специалистам давно понятно, что поскольку становление человека – длительный процесс, а эволюция непрерывна, то между человекообразным приматом, жившим 10 млн лет назад, и современным человеком было МНОГО ЗВЕНЬЕВ. Эти звенья постепенно, одно за другим, палео; антропологи открывали в течение последних 100 лет… В итоге получилось не звено, а ЦЕПОЧКА.

Поэтому специалист обязательно уточнит: недостающее звено между кем и кем?

Между обезьяной и человеком? Слишком расплывчато, на эту роль годится любой из австралопитеков…

Между человеком разумным и питекантропом (Homo erectus)? Тогда это Homo heidelbergensis, живший 500 000 лет назад.

Между Homo erectus и австралопитеком? Homo habilis, человек умелый, 2 млн лет назад.

Между четвероногим и двуногим? Ардипитек, 4,5 млн лет назад.

Общий предок человека, шимпанзе и гориллы? Накалипитек, 10 млн лет назад.

Общий предок крупных человекообразных обезьян? Проконсул, более 15 млн лет назад.

Общий предок всех приматов? Пургаториус, это вообще конец мелового периода.

И т. д.

Комментирует С. В. Дробышевский:

Утверждение, что «недостающее звено не найдено», превратилось в заблуждение примерно в 1970-е гг., когда накопились материалы по всем основным стадиям человеческой эволюции. В конце XX и начале XXI в., с описанием группы «ранних австралопитеков», проблема недостающих звеньев окончательно потеряла актуальность. В настоящее время находят уже не «недостающие звенья», а «промежутки между промежуточными звеньями». Находок так много, что именно их многочисленность становится проблемой для антропологов, поскольку оперировать столь большим материалом уже трудно.

А между тем новые виды ископаемых гоминид продолжают открывать с завидной регулярностью.

Например, только в 2010 г. было описано три вида:

Australopithecus sediba (типичное «звено между звеньями», еще не совсем человек, но уже и не совсем австралопитек);

Homo gautengensis (древнейший человек из Южной Африки);

• загадочный «денисовский человек» (для которого пока что нет формального латинского названия).


Понятно, что с каждой находкой, с каждым новым описанным видом, картина становится более подробной… и более сложной. Что ж, таковы законы познания!

Представьте, что у нас есть формы А и С, а между ними – «недостающее звено»:

А →? → С

Допустим теперь, что мы нашли это самое «недостающее звено» B:

А → B → C

Все хорошо? Не тут-то было! Если мы имеем дело с непрерывным рядом – теперь у нас ДВА недостающих звена:

А →? → B →? → C

Но человека, далекого от науки, такое положение дел не устраивает. Люди любят решать простые задачи (например, угадывать буквы в игре «Поле чудес»), но плохо мирятся с существованием задач сложных, не решаемых за минуту, час, день, а тем более за годы. Массовое сознание требует примитивных моделей. Бренд «Недостающее звено» прекрасно подходит на эту роль.

Поэтому, как только палеоантропологи сообщают о новом виде предка человека, журналисты начинают вопить: «Недостающее звено наконец-то найдено!»

А далекие от антропологии обыватели удивляются: что, опять?

И еще. Лет 70 назад, когда подобных находок было не так много, ситуация казалась относительно простой. Жил-был австралопитек, потом от него произошел питекантроп, потом неандерталец и т. д. Когда находки стали накапливаться, выяснилось, что прямоходящих человекообразных существ на нашей планете когда-то жило множество. Например, 2–4 млн лет назад по Африке разгуливало сразу несколько видов австралопитеков. И можно быть уверенным, что в ближайшее время будут описаны новые виды, сейчас неизвестные! Очевидно, что кто-то из австралопитеков дал начало человеческому роду. Но также бесспорно, что все они одновременно быть нашими предками не могли… Кто же конкретно из австралопитеков – наш пращур? А может, предков было несколько? Ведь многие виды приматов могут скрещиваться, образуя гибриды.

Представьте, что на чердаке старого дома (давайте допустим, что у вас есть старый дом), в пыльном углу нашлась коробка с пожелтевшими семейными фотографиями. Какие-то господа в старомодных костюмах, дамы в красивых платьях… Все – черты лиц на фото, антураж, само место, где найдены фотографии, – говорит о том, что на снимках ваша родня. Здесь точно есть ваши прадедушка и прабабушка, но кроме того их родные, двоюродные, троюродные братья и сестры… Если бы на фотографиях фигурировали один-два человека – все было бы просто. Но поскольку лиц много – вероятно, и кандидатов в ваши прямые предки будет несколько.

Далекому от науки читателю может показаться: ученые мудрят… Но только ли в антропологии простые модели уступают место более сложным? Ведь сейчас мы знаем, что и наша планета Земля на самом деле не идеально круглая. И первая модель атома Томпсона, так называемый «кекс с изюмом», была далеко не такой, какой мы привыкли ее видеть.


Резюме

Модели усложняются, но базовые принципы никуда не делись, а споры ведутся о «деталях деталей». Земля не идеальный, но все-таки шар. Путь от древней обезьянки к современному человеку был длительным и извилистым, но этапы этого пути нам известны, а последовательность человеческих предков изучена лучше, чем для любого другого вида живых организмов. Конечно, хочется найти всех предков поштучно, но такой полной последовательности нет даже в Библии{19}


Миф № 7 Если эволюция – реальность, должны быть миллионы скелетов предков человека

Мистер скептик презрительно хмыкает: подумаешь, несколько сотен находок! Все вокруг должно быть завалено скелетами недостающих звеньев. Мы должны ходить по ним! «Про это и сам Дарвин писал»… А вы на основании считаных фрагментов, разделенных тысячами лет, строите ваши гипотезы!

Давайте считать. И возьмем для счета прозаический объект – домовую мышь. Вы ведь постоянно находите на своем огороде скелеты домовых мышей. Нет? Странно… Смотрите: самка домовой мыши приносит в год 5–10 пометов, по 3–12 детенышей в каждом. Каждый детеныш через шесть недель уже достигает половой зрелости и может плодиться дальше. В результате через 12 месяцев их уже десятки тысяч – маленьких серых бестий, способных размножаться и размножаться!

Нехитрые расчеты приводят нас к вопросу: где миллионы мышиных скелетов на территории любого русского села? Кто-то возразит: кости-то маленькие, хрупкие… Хорошо, а куда делись миллионы скелетов антилоп гну, которыми должна быть усеяна африканская саванна в Серенгети? Даже сейчас, несмотря на активную хозяйственную деятельность человека, там живет больше миллиона этих крупных копытных.

Загрузка...