Глава 1 СЦЕНА

На западе обширного Азиатского континента расположен большой полуостров, с трех сторон окруженный морями и имеющий сухопутную связь с Африкой. Этот полуостров называется Аравийским. Значительную его часть покрывает пустыня или полупустыня, на севере уступающая место горному хребту, обращенному к Восточному Средиземноморью – Палестине на юге и Сирии на севере. На северо-востоке естественная граница образуется высокими горами Армении и Ирана. Здесь между двумя великими реками Тигр и Евфрат между пустыней и горами раскинулись плодородные земли Месопотамии.

Эти три региона – Аравия, Сирия-Палестина и Месопотамия, взятые вместе, образуют географическую единицу, которая в свое время была сценой важнейшего акта драмы человеческой истории. Люди, ставшие актерами в драматических эпизодах, играли роли, данные им естественными условиями. С одной стороны, различия, обусловленные географическими факторами, вызвали появление народов, исторически и политически обособленных; с другой стороны, фундаментальное географическое единство обрекло их на взаимозависимость, благодаря которой импульсы, возникшие в одном секторе, имели влияние на все остальные.


Вдоль всего побережья Аравийского полуострова тянутся горы, которые поднимаются на небольшом расстоянии от моря, а с другой стороны образуют плато, плавно опускающееся к Месопотамии и Персидскому заливу. На окраинах этого плато растительность редкая и низкорослая, а его внутренняя часть занята обширной и бесплодной Аравийской пустыней.

Реки, стекающие с гор, невелики. Некоторые из них уходят под землю, чтобы вновь появиться на поверхности среди безводных песков. Вокруг таких оазисов сосредоточена кочевая жизнь племен внутренней пустыни, для которых вода является самым ценным и желанным элементом. Оазисы – спасительный дар природы среди испепеленных солнцем бескрайних пустынь, где волею судьбы жили народы Аравии. Однако население оазисов быстро становилось слишком многочисленным для ограниченных возможностей этих небольших островков, и племенам приходилось отправляться дальше на поиски новых земель.

Ближе к побережью возможно ведение более оседлой жизни. Хиджаз, что на побережье Красного моря, располагает рядом мелких гаваней, а его плодородные оазисы с древнейших времен были населены оседлыми группами людей, живших главным образом торговлей. Крупный торговый путь проходил через них на север через Мекку и Медину в Палестину и Сирию.



Семитский регион


Южнее расположен Йемен, одна часть которого выходит на Эфиопское побережье Африки, другая обращена к Индийскому океану. Это самый плодородный регион Аравийского полуострова. Богатство и разнообразие выращиваемых там продуктов питания и мягкий климат, являя разительный контраст с палящим зноем удаленных от побережья территорий, завоевали этим местам в древности прозвище Аравия Феликс, то есть Счастливая Аравия. Такие условия неизбежно привели к установлению в этом районе начиная с 1-го тысячелетия до н. э. стабильных политических организаций. Их влияние в виде обширной торговой системы и развития колонизации распространялось до находящегося напротив эфиопского побережья.

В целом, однако, Аравия является наименее богатым из рассматриваемых нами регионов. Ее обширные каменистые и песчаные пустыни лишь в отдельных местах прерываются участками хилой растительности, а отсутствие на всем протяжении длинной береговой линии естественных гаваней стало причиной изоляции региона. Благодаря этой изоляции положение полуострова между Африкой и Азией не позволило сделать из него оживленный торговый путь или маршрут для миграции населения. Приход и уход торговцев, как и армий, ограничивался Средиземноморским регионом, расположенным к северу от Аравии, а пустыня оставалась в стороне, практически не затронутая бурными историческими процессами, сохранив почти без изменений характерные черты своих обитателей и их образ жизни. Могущественные государства, правившие на севере (Вавилония и Ассирия, Византия и Персия), постоянно отделяли кочевников пустыни от плодородных земель, на которые они рвались. Только упадок Византийской империи и крах Персии в VII веке христианской эры позволили арабам, объединенным исламом, устремиться из пустыни вперед полноводным потоком, которому предстояло стремительно докатиться до Центральной Азии и Франции.


Отличным по своим географическим особенностям и, следовательно, по исторической судьбе оказался длинный узкий гористый участок на краю пустыни, протянувшийся вдоль средиземноморского побережья. В то время как в Аравии было очень мало дорог и гаваней, через Сирию и Палестину, волею природы ставшие важными зонами взаимодействия, проходили многие люди и формы культуры. В глубокой древности этот регион, расположенный между могущественными с точки зрения политики и экономики государствами Месопотамии и Египта, был рынком сбыта и испытательным полигоном для их торговли и военной мощи. В Средние века он был наводнен мусульманскими армиями, выступившими против Византии. В наши дни он остался целью попыток великих держав обеспечить контроль над путями сообщения между Европой и Африкой на западе и Средним и Дальним Востоком.

Общий вид этого региона – горные хребты, поднимающиеся ярусами параллельно морю. Вдоль всей длины горного массива тянется глубокая и ясно очерченная впадина, примерно повторяя направление рек Оронт на севере и Иордан на юге. Оронт, берущий начало в Верхней Сирии, течет между двумя горными хребтами, поднимающимися на высоту до 10 тысяч футов (около 3 тысяч метров). Хребет, который ближе к морю, называется Ливан, а тот, что ближе к пустыне, – Антиливан.

Ливан – богатейшая кладовая леса. Здесь растут сосны, кипарисы и кедры. Этот факт имеет огромное значение для торговли, поскольку и Месопотамия, и Египет почти полностью лишены строительной древесины. На побережье имеются удобные естественные гавани, где возникли и быстро развились богатые порты. Этот регион стал домом финикийцев – торговцев и мореплавателей древних времен, чье мастерство, дерзость и жажда открытий привели их на все побережья Средиземного моря и далее в Атлантику до самой Великобритании.

Восточнее Оронта Антиливан спускается к району, усеянному оазисами, вокруг которых выросли важные города. Самым прославленным из них стала Пальмира, центр небольшого независимого государства и промежуточная точка важного торгового пути, соединяющего Сирию и Месопотамию. Южнее находится оазис Дамаск с цветущими садами, орошаемыми стекающими с гор реками. Эти города, как правило, не приобретали существенного политического влияния, потому что были расположены между значительно более могущественными государствами. Они оставались маленькими независимыми городами-государствами, имевшими скорее торговое, чем политическое значение. То же самое относится к городам финикийского побережья, чье более или менее завуалированное подчинение власти великих государств нисколько не мешало им возвеличиваться благодаря морской торговле.

Финикия тянется на юг за Ливанский хребет до границ Палестины. Здесь гора расщепляется рекой Иордан, которая приобрела известность, как и весь район, благодаря своему месту в священной истории. Река впадает в Тивериадское на севере и Мертвое море на юге. Между Тивериадским озером и Средиземноморьем расположена Галилея, к югу от нее – Самария, и еще южнее – Иудея с трижды святым городом Иерусалимом.

Иерусалим стоит на высоте примерно 2600 футов (800 метров). Местность вокруг него расположена на более низком уровне и плавно понижается к морю, где находятся прекрасные песчаные пляжи и удобные гавани. Песка становится больше, если двигаться на юг к Синайскому полуострову, который является границей Палестины и Азии. Синай образует мост в Африку, в богатую долину Египта, но такое путешествие было очень трудным, и путники часто предпочитали подвергнуться опасностям моря и отправлялись в Египет на судах из финикийских портов.

Земли Палестины и Сирии могут считаться плодородными и возделывались с древнейших времен, по мере того как племена пастухов приходили из пустыни, постепенно оседали и начинали заниматься земледелием. Процесс далеко не всегда шел мирно. С набегами из пустыни и вторжением воинственных соседей связано немало удивительных эпизодов из истории этого района, судьба которого унаследована от самого известного из его народов – древнееврейского.


Геродот назвал Египет даром Нила. Аналогичное выражение можно применить к Месопотамии, жизнь которой дали ее реки.

Тигр и Евфрат в наши дни имеют общее устье. В древности все было иначе. Они текли параллельно друг другу и впадали каждый сам по себе в море, которое тогда тянулось на север намного дальше, чем сейчас. Ил, постоянно откладывавшийся, когда несшее его течение замедлялось в устье, с течением времени вызвал отступание моря и образование дельты, в которой две реки объединяют свои воды. Поскольку древние города, появлявшиеся на побережье, со временем оказывались все дальше от моря, которому были обязаны своим процветанием, их развалины мало-помалу засыпали пески пустыни.

Эти великие реки берут свое начало среди вечных снегов гор Армении, которые местами имеют высоту до 13 тысяч футов (около 4 тысяч метров). Отсюда они устремляются вниз к долине, и, лишь когда камни сменяет песок, их стремительный бег замедляется, а неиспользованная сила находит выход в неожиданных изменениях течения и наводнениях, кульминация которых приходится на весну и лето. Это вредило обрабатываемым землям. Человек поставил перед собой задачу укротить стихию и превратить ее из разрушающей силы в созидательную. Еще в далекой древности была создана сеть каналов, предназначенных для отвода воды и упорядоченного ее распределения. В древней литературе Месопотамии немало упоминаний об этой грандиозной работе, и во все времена правители Месопотамии считали поддержание системы каналов в идеальном состоянии своей главной и почетной задачей.

За пределами региона, обслуживаемого каналами, располагается вечное болото, коварная заболоченная низина, заросшая камышами, с маленькими островками из более твердого грунта. Ассирийские художники неоднократно изображали беженцев, спасающихся от вторгшихся захватчиков на маленьких плотах или прячущихся в зарослях камыша.

На пути к морю месопотамские реки пересекают самую разнообразную местность – от вечных снегов до выжженных песков. Так же неоднороден и климат Месопотамии. В отдельных частях расположенной на севере Ассирии бывает очень холодно, а жители Вавилонии на юге с мая по ноябрь изнывают от удушающего зноя, который делает еще более мучительным высокая влажность. Здесь солнце обычно считается причиной смерти и разрушения, палачом человека и зверя.

Горы на севере богаты полезными ископаемыми: золотом, серебром, свинцом, железом и медью. Сохранились контракты на приобретение металлов, доставленных караванами с севера. Подпочва Месопотамии богата сырой нефтью и битумом, причем последний в древности широко использовался ассирийскими строителями лодок. И наконец, почва этого региона очень хороша для выращивания зерновых культур.

С гор в Месопотамию также спускались торговые пути с севера и с востока. Поэтому история региона – это в значительной части история борьбы за контроль над этими путями, а значит, и над долиной, к которой они обеспечивали доступ. Именно горы царям Месопотамии приходилось постоянно держать в центре внимания, организовывать туда экспедиции, но оттуда спустились те, кто уничтожил месопотамские государства.


Природа сделала Сирию и Палестину постоянным местом столкновений и конфликтов всех процессов – торговых, военных и миграционных – на Ближнем Востоке. На этой узкой полоске земли сошлись три континента: из-за пустыни наземный маршрут между Азией и Африкой шел по большой дуге, огибающей северную оконечность аравийских песков, а путь в Восточную Европу отходит от нее в Верхней Сирии, чтобы пересечь Тавр в Малую Азию и далее двинуться в Константинополь. Что касается морских путей, то важность финикийских портов представляется очевидной. Следует только добавить, что она увеличивалась из-за трудностей, которые вызывали горы и пустыня для путников, двигавшихся наземным путем вокруг Средиземного моря.

С древнейших времен самым удобным и часто используемым путем из Сирии в Египет был морской. Преимущества финикийских портов были слишком велики, чтобы путешественники и торговцы выбирали опасности Синайской пустыни, которая лежит на пути в Африку по суше, хотя существовал еще маршрут вокруг этой пустыни, ведущий с юга Палестины в дельту Нила. В Палестине портов почти не было, и потому основной объем морской торговли проходил через финикийские порты.

Путь из Сирии в Месопотамию недолог. После Алеппо путнику остается пересечь лишь небольшой участок пустыни, чтобы добраться до Евфрата. Далее он может двигаться вдоль реки или переправиться через нее и направиться вдоль ее северных притоков к Тигру. Южнее этой торговой артерии располагался более скромный караванный путь – от Дамаска к среднему течению Евфрата через пустыню и плодородный оазис Пальмира.

Добраться до Аравии было труднее. В целом самым удобным методом было морское путешествие по Красному морю до побережья, а оттуда проникновение внутрь территории. Но торговые общины Хиджаза и обитатели расположенных южнее процветающих государств Счастливой Аравии с древнейших времен знали другой торговый путь, идущий примерно параллельно береговой линии через Медину и Мекку, потом вдоль линии оазисов в Южную Палестину, а оттуда – в Сирию. Некоторые караванные пути, имевшие лишь местное значение, пересекали весь полуостров в ширину, спускаясь по плато к Персидскому заливу и в Месопотамию.

Верхняя Сирия практически отрезана от Малой Азии и, следовательно, от Европы горами, но есть один путь, который их пересекает и соединяется с дорогой, ведущей на север. Это путь, по которому арабы в Средние века постоянно старались проникнуть в сердце Византийской империи.

И история, и цивилизация народов, которые жили в трех рассматриваемых регионах, сформировалась под влиянием естественных условий окружающей среды. На миграции и завоевания территорий оказывали влияние экономические и климатические факторы, которые управляют жизнью людей. На них воздействовали естественные пути сообщения, обладание которыми, а вместе с ними и властью над жизнью всего региона формировало ход истории. Государства рождались и развивались на географическом фоне, который повлиял на то, что для одного региона было характерно прочное единство, а для другого – постоянное разделение. Формы, принимаемые цивилизацией, отражали окружающую среду и черпали из нее силу и слабость.

В то же время баланс народов, государств и культурных форм, существовавших в тот или иной момент на рассматриваемой территории, всегда подвергался влиянию извне. Живя в точке встречи трех гигантских регионов Древнего мира – Азии, Африки и Европы, обитатели этих земель не могли не ассимилироваться, смешаться и впитать элементы культуры каждого из континентов.

Загрузка...