Прилет

Во время полета компания пила виски, Игорь развлекал себя и салон пением, а также время от времени вызывал стюардессу, чтобы поинтересоваться, на какой высоте от поверхности земли находится самолет, какова его скорость и хорошее ли настроение у командира корабля. Причем высоту он требовал называть в километрах, футах и даже фунтах, от чего бедная стюардесса совсем уморилась. Но, что удивительно, даже в ответ на это форменное издевательство стюардесса ни разу не вспылила и не повысила голос. Казалось, ей даже доставляет удовольствие играть с Игорем в эти игры. Сергей, заметив это, даже немного позавидовал приятелю, потому что его самого никогда не любили стюардессы и продавщицы. А Игорь же ими повелевал как султан.

Наконец самолет приземлился в Турции. Тут все снова зааплодировали, уже даже без провокаций со стороны Игоря. Компания собрала свои вещи и отправилась в здание аэропорта. Войдя туда, Сергей аж присвистнул: аэропорт представлял собой огромное строение, весьма затейливо и по-восточному украшенное, а в центре зала, отделанного мрамором, красовался здоровенный фонтан.

– Во дела! – сказал Игорь, на которого аэропорт тоже произвел сильное впечатление. – Когда я здесь был несколько лет назад, на месте этого Дворца съездов находился плюгавенький аэропортишко, примерно такой же, как наше раменское убожище. А теперь – ты глянь, какая красотища!

– Да уж, – согласилась Ира. – Выглядит очень внушительно.

– Интересно, – задумчиво проговорил Сергей, – на какие шиши это все построено?

– Ну здрас-сте! – удивился Игорь. – Понятное дело на какие. Вот эта бандура, – он тронул рукой красивую мраморную колонну, – построена на деньги, которые здесь оставили Вася и Петя из Ростова, отдыхающие с любовницами. Шикарные унитазы в туалете построены на средства Василия Сергеевича – директора банка из Нижнего Тагила.

– А фонтан? – спросил Сергей.

– Ну, фонтан… – Игорь задумался. – Фонтан здесь появился после отдыха бригады солнцевских бойцов. Их начальство наградило поездкой в Турцию на полгода по случаю удачно переведенной – с помощью автоматов – стрелки.

– Все-то ты, Игоречек, знаешь, – сказала Ира.

– Я очень умный, – признался Игорь. – И талантливый.

– Ладно, талант, – сказал Сергей. – Пора и нам поучаствовать в создании местного аэропорта. На фонтан или унитаз мы, конечно, не потянем, но лично мне будет приятно, если на наши средства сюда приобретут лишний компьютер или хотя бы модем.

– Своими деньгами ты можешь распоряжаться так, как тебе будет угодно, – сказал Игорь, – но я требую, чтобы прибыль, полученная с нашего с Ирой отдыха, была истрачена на зеркала в сортире. Я люблю, когда зеркала.

– Тьфу ты, – сказала Ира. – Я против.

– А тебя никто не спрашивает, – ласково сказал ей Игорь. – И вообще, молчи, корова…

– Когда ковбои разговаривают, – докончила фразу Ира. – Я тебе не говорила, что считаю эту фразу очень глупой?

– Нет, не говорила, – все так же ласково ответил Игорь. – Видать, забыла.

– Ладно, – заторопился Сергей. – Мы из аэропорта собираемся выходить, или вы тут решили до вечера выяснять отношения?

Игорь немного помолчал, потом тихо сказал:

– Ну, хорошо. Я согласен простить Иру при условии, что она понесет все сумки. А то я развлекал вас весь полет и очень устал.

Ира сделала квадратные глаза, и они снова стали спорить. Сергею надоела эта канитель, поэтому он быстро сбегал за тележкой, погрузил весь багаж и поехал в сторону выхода. Влюбленная пара, переругиваясь, последовала за ним.

Выйдя из аэропорта, компания поразилась тому, насколько у турков все было грамотно организовано: прямо у выхода располагались небольшие открытые палатки, над которыми были вывешены плакаты и названия туристических фирм. В палатках работали представители этих фирм, которые регистрировали туристов и отправляли их в соответствующие автобусы, стоящие неподалеку. Поэтому не было никакой толчеи и неразберихи, а вся туристическая группа из самолета буквально в пять минут была рассортирована и посажена в автобусы.

Проблема возникла только с Игорем, который не мог удержаться от того, чтобы не пококетничать с работницей туристической фирмы, в результате чего получил от Иры локтем в бок и стал орать, что ему проткнули печень и что теперь он, дескать, умирает, как какой-то задрипанный Прометей. Сергей быстро дал Игорю глотнуть виски (в медицинских целях, чтобы продезинфицировать печень), затем тот потребовал дать ему время покурить, так что через каких-то десять-пятнадцать минут Игорь был запихнут в автобус, который сиротливо стоял посреди площади (все остальные автобусы уже уехали, а этот специально поджидал их веселую компанию).

В дороге симпатичная сотрудница встречающей их фирмы пыталась было рассказать много всего интересного о Турции и о том, как им предстоит отдыхать, но была сметена мощным напором Игоря, который сам объяснил всему автобусу, что такое Турция, как там следует отдыхать, какие очки надо надевать на пляж, на дискотеку, во время купания в море и в момент употребления пива, чтобы не повредить в глазу хрусталик, склеру и стекловидное тело. Кто-то из туристов сдуру задал Игорю вопрос, что такое склера, после чего Игорь надулся и прочитал коротенькую получасовую лекцию на офтальмологическую тему. Причем рассказывал он настолько образно и интересно, что половина туристов начали с помощью карманных зеркалец рассматривать у себя глаза, а одна туристка взяла косметичку, ручку-фонарь и с их помощью попыталась исследовать у себя глазное дно. За всеми этими развлечениями компания и не заметила, как автобус подъехал к пункту их назначения – пятизвездочному отелю «Кайя».

Отель представлял собой небольшое строение, стоящее на берегу Средиземного моря. Со стороны дороги он вообще выглядел довольно скромно – невысокое четырехэтажное белое здание без каких-либо изысков, при виде которого Игорь скривил физиономию и пообещал, что он сейчас устроит совершенно невероятный скандал, если отель внутри окажется таким же скромным, как и снаружи. Игорь заявил, что он привык к роскоши, что он оплатил роскошь и что, если отель не будет отвечать его эстетическим концепциям, за это поплатятся все вокруг, включая Иру. На вопрос Иры, за что ей-то достанется, Игорь ответил, что когда он в гневе, то достается всем вокруг, и он не видит причин, почему Ира должна стать исключением. Ира возвела глаза к небу, прочла краткую молитву, в которой просила Высшие Силы сделать так, чтобы отель Игорю понравился, после чего компания проследовала внутрь.

К счастью, отель вовсе не оправдал мрачные подозрения, которые было возникли у Игоря. Холл с регистрационной стойкой вполне походил на соответствующие пятизвездочные турецкие аналоги: мрамор, зеркала, полированное дерево, напыщенные работники баула и чемодана в ливреях, а также портье за стойкой в очках с золотой оправой. Игорь сначала критическим взглядом оглядел окрестности, затем потихоньку взгляд его стал все более смягчаться, наконец он воскликнул: «Mammy! I’m home!» – после чего плюхнулся в кресло, достал сигару и закурил, весьма довольный собой и окружающей обстановкой.

В холл понемногу подтянулись остальные туристы, и началось распределение по номерам. Наибольшей популярностью пользовались бунгало, под которыми подразумевались отдельно стоящие домики, а не номера в самом отеле. Впрочем, что собой представляют бунгало в этом отеле – никто не знал, но туристы столпились вокруг девушки, которая привезла их в гостиницу, непрерывно крича: «Бунгало! Бунгало!», требуя, чтобы их всех непременно заселили именно туда.

Сергей помнил, что они тоже должны поселиться в бунгало, поэтому спросил у Игоря, не нужно ли им тоже проконтролировать этот вопрос. Игорь лениво буркнул, что он не того полета птица, чтобы толпиться среди всяких там туристов, и что он все сейчас уладит нормальным цивилизованным образом. С этими словами он поднялся с кресла, подошел с сигарой в руке прямо к портье и затеял с ним разговор на английском, периодически вычерчивая сигарой огненные буквы прямо перед носом портье. Тот, как видно было со стороны, внимал Игорю весьма почтительно и подобострастно кивал головой в знак согласия. Через несколько минут Игорь вернулся, все так же лениво плюхнулся в кресло и сказал:

– Что бы вы без меня делали, мои дорогие, но совершенно наивные путешественники…

– А что? – поинтересовался Сергей.

– А то, – ответил Игорь, – что у них сейчас в бунгало свободно только пять мест…

Тут Игорь глубоко затянулся сигарой, выдохнул клуб дыма, вытащил сигару изо рта и стал ее рассматривать с таким интересом, как будто видел первый раз в жизни.

– Ну? – не выдержала Ира, поняв, что Игорь без понуканий дальше ничего говорить не намерен.

Игорь с деланным удивлением приподнял брови на лице и заявил, подражая Атосу из «Трех мушкетеров»:

– Что такое, Гримо? Вы, кажется, позволили себе заговорить?

– Я тебе сейчас дам «Гримо»! – рассердилась Ира и швырнула в Игоря свою сумочку.

Сумка полетела Игорю прямо в живот, и он раскрыл было рот, чтобы высказать Ире все, что думает на тему кидания разных предметов в направлении его персоны, но забыл, что во рту у него находится зажженная сигара, поэтому она немедленно выпала изо рта и упала прямо ему на штаны.

Вот тут всем в холле стало весело. Игорь вскочил, оглашая пространство всевозможными экспрессивными выражениями, некоторые из которых были весьма цветистые, хотя и не очень приличные, и стал прыгать вокруг кресла, смахивая горящий табак со своих брюк. Ира с Сергеем немедленно стали ритмично хлопать в ладоши, периодически выкрикивая «Ас-с-с-са-а-а!», подбадривая таким образом приятеля, в ответ на что он разражался еще более энергичными выражениями.

Наконец пожар, охвативший штаны Игоря, был потушен, сигара найдена, протерта носовым платком, зажжена и снова засунута в рот Игорю. Ира попросила прощения, и все стали ждать, когда Игорь соизволит заговорить.

– Так вот, мои дорогие соотечественники, – снова начал Игорь. – Разумеется, из этих пяти свободных мест три достались нам!

– Умница, – сказала Ира и поцеловала Игоря в щеку.

– Супер, – согласился Сергей. – А можно я тебя не буду целовать, а то народ в холле нас не так поймет?

– Можно, милый, – великодушно сказал Игорь. – Ты меня поцелуешь потом. Но нежно.

– Фу, – сказала Ира. – Терпеть ненавижу эти ваши шуточки.

– Какие уж тут шуточки? – Игорь сделал вид, что удивился. – Мы с Сергеем с детства любим друг друга. Но увы – Сергей бесплоден, а я очень хочу ребенка. Поэтому я решил жениться на тебе. А он женился на Алле, чтобы скрасить горечь разлуки со мной.

– Слушай, ты уже совсем заболтался, – в свою очередь возмутился Сергей. – Что ты несешь? Хорошо еще, что Ирка тебя давно знает.

– Точно, – подтвердила Ира. – Он еще в самом начале нашего знакомства мне говорил, что у него с тобой была несчастная любовь.

Сергей сделал было квадратные глаза, но потом понял, что над ним форменным образом издеваются, и сказал, что им обоим еще отплатит.

Через некоторое время им выдали документы на проживание в отеле, к которым были приложены странные пластиковые браслеты. Оказалось, что этот браслет надо надеть на руку и не снимать до последнего дня проживания. Сергей было возмутился, но Игорь пояснил, что подобная система принята во всех отелях, работающих по принципу «все включено», чтобы обслуживающий персонал мог отличить проживающих в отеле от посторонних, поэтому Сергей не стал спорить и застегнул браслет на руке. Снять его обратно можно было, только сломав пластмассовую застежку.

Затем к ним подошел бой с тележкой, который должен был показать их номера и отнести туда вещи. Размещение вещей Игорь бою не доверил. Чемоданы и сумки с барахлом он аккуратно разложил на тележке, а сумки с выпивкой были вручены бою с условием, что он их будет нести двумя руками, для страховки придерживая ручки зубами. Поскольку Игорь мальчику очень подробно объяснил, что именно с ним сделают, если хоть одна бутылка разобьется, мальчик перепугался и всю свою энергию потратил на бережную доставку сумок, а тележку просто пинал ногами в нужном направлении, из-за чего чемоданы с нее несколько раз падали. Ира начинала было возмущаться, но Игорь объяснил, что в чемодане разбиться могут только презервативы, так что ничего страшного.

На территории отеля было очень здорово: огромный бассейн, вокруг которого были расставлены удобные шезлонги, неподалеку виднелась летняя сцена, открытая кафешка, пальмы, песочные дорожки и зеленые газоны, по которым шлялись павлины. Вдали плескалось море.

– Так-с, – сказал Игорь, увидев все это великолепие, – я чувствую, что мы удачно сюда заглянули.

Впрочем, столь желанное бунгало оказалось несколько не тем, чего они ожидали. В данном случае оно представляло собой не отдельные домики, а просто двухэтажное вытянутое здание (нечто вроде очень комфортабельного барака) с наружными лестницами и номерами секционного типа с балкончиками. Правда, выглядело это все довольно симпатично, так что компания, посовещавшись, решила, что они подобный вариант вполне переживут.

Когда они уже подошли к своей части здания, бой отправился сначала селить тех двух счастливчиков, которым тоже достались номера в этой части отеля, поэтому ребята остановились покурить. Мимо них проходила русская семейная пара, живущая в этом бунгало, и мужчина предупредил, чтобы они ни в коем случае не селились на внешней стороне этого барака. Мол, в деревне, которая находится неподалеку, всю ночь работает дискотека, так что совершенно невозможно спать. А в номерах, которые выходят во внутренний двор отеля, ничего не слышно.

Ребята поблагодарили его за информацию, а через некоторое время явился бой, который проводил их в номера. Ире с Игорем достался двухкомнатный номер на первом этаже, а Сергею – однокомнатный номер на втором. Разумеется, оба номера выходили на внешнюю сторону, но в номерах были кондиционеры, так что они понадеялись, что если плотно закрыть окна и двери, то ничего не будет слышно.

Все выпивку свалили в номере Игоря, потому что Сергею было лень тащить к себе здоровенные бутылки. Где-то через час, распаковав и разложив свои вещи, компания собралась на ужин. Сергей зашел за Игорем с Ирой и застал в самом разгаре семейную сцену: Игорь оделся на ужин в шорты и майку, а Ира нарядилась в красивое платье и требовала от Игоря – как она выразилась – партикулярного костюма, чтобы Игорь не вносил диссонанс в их компанию.

– Какой, на фиг, партикуляр? – орал Игорь так, что его было слышно аж в аэропорту Анталии. – На улице тридцать градусов жары! Тропики! Африка! За ужином мы будем выпивать! Можно даже сказать – пить! А ты хочешь, чтобы я натянул костюм? Не будет этого никогда!

Ира в ответ на эти крики-вопли меланхолично повторяла, что Игорь, как ей раньше казалось, приличный человек, а приличный человек к ужину должен прилично одеться. Но Игоря эти доводы не прошибали, поэтому он продолжал орать:

– И ты снимай свое черное платье с жемчугами и декольте. Ты что, с ума сошла? Разве можно в Турции ходить на ужин в таком виде? Да тебя немедленно похитят сексуально настроенные местные кадры! Ты только посмотри на себя! Это же неприличное платье! Через это декольте виден даже цвет твоих носков!

– Серег, – обратился Игорь к приятелю. – Скажи ей, что в таком платье на ужин ходить неприлично. Ты видишь цвет ее носков?

– Вижу, – признался Сергей. – Но это вовсе не из-за декольте.

– Все равно! – не унимался Игорь. – Декольте – ужасно неприличное! В нем все видно. Вот ты скажи – что ты видишь в этом декольте?

Сергей покраснел.

– Да скажи ему, не стесняйся, – посоветовала Ира. – Я-то переживу, а вот ему – деспоту, мещанину и собственнику – будет стыдно.

– В этом декольте, – осторожно сказал Сергей, – я вижу краешек восхитительной девичьей груди.

– Видала? – торжествующе сказал Игорь Ире. – Он всю твою грудь видит.

– Не всю, – заспорила Ира, – а только краешек. Он сказал – краешек.

– Это он из любезности, – пояснил Игорь. – Равно как и фраза «восхитительная девичья».

– Але? – оскорбилась Ира. – Что ты имеешь против моей груди?

– Я против твоей груди ничего не имею, – сказал Игорь. – Но я имею против турок, которые тоже ее будут разглядывать.

– Короче, – сказала выведенная из себя Ира, – ты в этом декольте видишь соски?

– Нет, – признался Игорь. – Чего не вижу – того не вижу.

– Ну и все, – торжествующе сказала Ира. – Раз соски не видны, значит, все в порядке.

Игорь вопросительно посмотрел на Сергея. Тот пожал плечами – мол, святая правда. Раз соски не видны, значит, все приличия соблюдены. А девичья эта грудь или не девичья – уже не суть важно.

– Хм-м… – задумался Игорь. – Ну, предположим. Но, с другой стороны, я иду в шортах и майке, а ты рядом со мной – в вечернем платье. Это вносит диссонанс в нашу компанию. Я себя буду чувствовать неудобно.

– Ну и оденься прилично, – парировала Ира, – раз тебе неудобно.

Игорь сделал вид оскорбленной невинности.

– Ну ничего себе! – сказал он. – Это ты давай стягивай свою сексуально-эротическую пижаму для ужина. Народ ждет.

– Какой народ? – не поняла Ира.

– Народ в моем лице ждет, – объяснил Игорь.

– Теперь поняла, – сказал Ира и пошла в другую комнату переодеваться.

– Видал? – подмигнул Игорь Сергею. – Слушается, как миленькая. Учись, студент, как надо с женщинами разбираться. Они у меня и пикнуть не смеют.

– Да уж, – вздохнул Сергей. – Ты крут – однозначно!

– Вот ты, – сказал Игорь, – со своей Алкой все «ля-ля-сю-сю». Аллочка то, Аллочка сё… Вот она и сбляднула. А если бы порол ее каждую субботу, она и пикнуть бы не смела. Женщина, брат, должна чувствовать твердую руку…

– Игорь, гад! – раздался из другой комнаты дикий крик Ирины. – Если ты еще раз свои чертовы носки кинешь мне на кровать, а тебе оторву все на свете!

– Ой, – сказал Игорь. – Ирусик, прости меня! Я больше никогда так не буду! Только не бей, умоляю…

Но из комнаты уже вылетела разгневанная Ира, одним мощным движением швырнула Игоря на диван и стала его мутузить кулаками. Игорь орал и просил о пощаде.

– Але, молодожены, – сказал Сергей, – вы семейные сцены оставили бы на после ужина. Я жрать хочу, как медведь бороться. Если вы настроены больше чем на один раунд, я пойду без вас.

Ира неохотно встала с Игоря и сказала, что уже готова. Игорь тоже поднялся с дивана и начал было ныть, что вот здесь ему ушибли косточку, вон там потянули мышцу, а вот тут чуть было не сломали важный для мужчины орган… Но Сергей сказал, что еще две секунды и он уходит, поэтому Игорь быстро перестал ныть, после чего компания отправилась на ужин.

– Але! – внезапно сказал Игорь, когда они шли по улице. – А бухло-то мы забыли! Это все ты виновата, – набросился он на Иру. – Вот сейчас и побежишь за бутылками в наказание.

– Еще чего, – фыркнула Ира. – Тебе жаркий климат уже все мозги размягчил. Чтобы я двум мужикам бегала за выпивкой – не бывать такому!

– Ну пусик, – заныл Игорь, – ну сходи за бутыльком.

– И не проси, – отрезала Ира. – Я гордая девушка.

– Ну, раз гордая, – разозлился Игорь, – значит, обойдешься на ужине без своего «Мартеля».

– Ну и пожалуйста, – ответила Ира.

– Ну и все, – сказал Игорь.

– Ну и подавитесь своим «Мартелем», – сказала Ира.

– А вот грубить – необязательно, – заметил Игорь.

Ира разозлилась окончательно, хотела было что-то сказать, но потом передумала и отвесила Игорю пинка. Игорь – то ли от неожиданности, то ли ради хохмы – упал на пол, где стал валяться и завывать, как подстреленный шакал. Проходящий мимо народ смотрел на эту картину с недоумением.

– Слышь, чучело, хватит придуриваться, – решительно сказала Ира. – Народ же смотрит.

– Народ смотрит? – орал Игорь, продолжая валяться. – Пускай смотрит, как ты мне копчик сломала! Вот теперь неси меня на руках на ужин. Я сам дойти не в состоянии.

– Куда я попал? – с ужасом сказал Сергей. – Это вы мне каждый день будете такие концерты откалывать? Ничего себе отдых получится…

– Не реви, подруга, – сказал Игорь, бодро вскакивая, – у самой муж пьяница.

– Вот и ожил раненный в задницу боец, – прокомментировала Ира.

– Видал? – сказал Игорь Сергею. – Снова хамит. Зря мы ее на ужин взяли. Весь ужин нам испортила.

– Шуруй за бутылкой, быстро! – внезапно заорал он на Иру так, что проходящий мимо народ испуганно шарахнулся в кусты.

– Я с алкоголистами не разговариваю, – презрительно сказала Ира, продолжая идти.

– Ирусик, ну мы же по чуть-чуть, – снова заныл Игорь.

– А я тебе что – запрещаю? – удивилась Ира.

– Ирусик, ну мне же лениво за бутылочкой идти, – затопал ножкой Игорь. – Ну сходи, пусик. А я тебя поцелую в ляжку.

– Какой же ты противный! – с притворным гневом сказала Ира, развернулась и пошла по направлению к их номеру.

– Вот так вот, – подмигнул Игорь Сергею. – Политика кнута и пряника дает великолепные результаты.

– Слышь, Макаренко, – сказал Сергей. – Если мы через минуту не окажемся за столом, я беру машину и уезжаю в Москву.

– Друга я никогда не забу-у-у-у-уду-у-у-у, – завыл Игорь, переходя на трусцу. – Если с ним па-адружился в Маськве-е-е-е…

Сергей тоже прибавил ходу, и через минуту они уже подходили к ресторанчику.

Перед входом в ресторанчик наблюдалась интересная картина: рядом с этим заведением сходились перекрестком четыре дорожки, по которым туда-сюда сновало довольно большое количество народу, создавая впечатление муравьев, спешащих по своим делам. Но в самом центре перекрестка стоял человек, который резко выделялся из окружающей толпы. Причем выделялся он не внешним видом (мужик был похож на типичного «нового русского» средней руки, которых в Турции было примерно 60% отдыхающих: плотный, коренастый, с очень короткой стрижкой, здоровенным золотым цепаком на шее и непохмеленным взглядом), а полной неподвижностью, которая резко контрастировала с голодной суетой всех остальных. На лице у человека застыло страдальческое выражение, которое, впрочем, тут же сменилось неимоверной радостью, как только он увидел Сергея с Игорем.

– Мужики! – заорал человек, бросился по направлению к ним и принялся обнимать то Сергея, то Игоря, чуть ли не заливаясь слезами от радости.

– Але, пардон, – забормотал Сергей, пребольно тыкаясь носом в золотую цепь мужика, – чем, собственно, обязаны?

– Ну как? – удивился мужик, несколько ослабляя объятия. – Мы же вместе из аэропорта на автобусе ехали!

– Да? – удивился Игорь.

– Ну да! – подтвердил мужик.

– И что? – осторожно спросил Сергей, все еще не понимая, какое это может иметь значение.

– Раз вместе на автобусе сюда ехали, – заявил мужик, – то можно считать, что земляки. А земляки должны вместе держаться. Я сюда один приехал и уже боялся, что придется в одиночестве ужинать, как вдруг вижу – вы идете, – и мужик с нежностью снова впечатал голову Сергея себе в цепочку. – Ненавижу пить без компании.

– Кхм-м, – сказал Сергей, – видите ли…

– Что? – горестно спросил мужик, и на его лице показалось выражение ужасной обиды. – Я помешаю? Нет, конечно, навязываться не буду. Я вам не фуфел какой-нибудь, – и мужик начал было удаляться с горестным выражением на лице.

– Стой, – неожиданно сказал Игорь. – Тебя как зовут-то?

– Валера, – с готовностью откликнулся мужик.

– Серег, – обратился Игорь к приятелю, – возьмем сегодня Валеру в свою компанию. Действительно, чего он один делать-то будет?

– Ну, – замялся Сергей, – я в принципе не против…

– Вот и славно, – сказал Игорь. – Пошли, – и он сделал Валере широкий приглашающий жест.

Тот расцвел и побрел рядом с друзьями, повторяя, что земляки должны держаться друг за друга, что человек без земляка – как птица без крыла. Сергей в ответ на эти излияния только морщился, зато Игоря это все изрядно веселило.

Ресторан представлял собой огромное помещение, к которому были также пристроены две большие веранды и дополнительная площадка, на которой готовились всякие экзотические блюда. Все было сделано по принципу «шведский стол» – то есть по всему пространству ресторана были расставлены всевозможные блюда, сгруппированные по определенному признаку (салаты, овощи, фрукты, кондитерия, горячие блюда, диетические, изделия из муки и так далее), откуда можно было накладывать себе на тарелку столько, сколько хочешь. Зал ресторана без веранд занимал примерно двести квадратных метров, а блюда были расставлены по всему пространству ресторана, так что выбор был – просто колоссальный.

Игорь к процессу поглощения пищи всегда относился очень серьезно, поэтому он схватил стопку тарелок и отправился – как он сказал – создавать необходимый запас провианта. Сергей же со шведским столом дело имел первый раз, поэтому взял небольшую тарелочку и стал ходить взад-вперед по залу, не в силах решить, что же ему взять на ужин. Но через несколько минут на него налетел Валера, несущий в своих огромных руках две здоровенные тарелки, заваленные всякой снедью, который увидел в руках Сергея маленькую тарелочку с листочком салата и двумя маслинами, обозвал его хлюпиком и интеллигентом, сунул ему две свои тарелки и сказал, что это – подарок. Мол, Сергей пускай идет кушать, а он себе еще такого добра наберет в два счета.

Сергей послушно отправился с тарелками за стол, который они заблаговременно заняли. Там уже сидел Игорь и дожидался его.

– Ну, где ты бродишь? – набросился он на приятеля. – Я уже чуть нож не сожрал!

Тут он заметил в руках у Сергея две здоровенные тарелки со снедью.

– О! – обрадовался Игорь. – Хорошо еще, что ты хоть провиантом нормально запасся. Я уж думал, что притащишь два листика салата и пару маслин. У тебя всегда с решением житейских проблем было плохо. Алка поэтому и ушла.

– Слышь, Фрейд чертов, – возмутился Сергей, – если еще раз за сегодня упомянешь Алку, я тебе тарелку со жратвой на голову надену.

– Ну просто вспыхнул факел! – спокойно отреагировал Игорь. – Факел мира и прогресса. Или олимпийских игр.

– Я серьезно говорю! – совсем рассердился Сергей.

– Да успокойся ты, – сказал Игорь. – Никому твоя Алка не нужна. И уж мне – тем более.

– Тогда зачем мне аппетит портишь? – поинтересовался Сергей.

– Ладно, проехали, – махнул рукой Игорь. – Садись кушать. А то очень кушать хочется. Кушать хочу – прям весь ресторан сейчас сожру.

– Цыпа-цыпа, гули-гули! – раздался на весь ресторан молодецкий крик Валеры, и тут за их столом нарисовался сам кричавший, который держал в руках уже три здоровенные тарелки, одна из которых вмещала примерно десяток разных салатов, вторая – кучу макарон с мясом, а на третьей были навалены всевозможные мучные изделия.

– Учись, Серега, – сказал Игорь, глядя на Валерины тарелки, – как фуражом запасаться надо.

– Тоже мне, наука, – презрительно сказал Сергей, начиная уплетать салат. – Берешь тарелку и нагребаешь туда все что можно, как ковшовый экскаватор…

– Вот этой женщине я бы отдался, – неожиданно произнес Валера, в голосе которого звучало неподдельное восхищение.

Сергей с Игорем проследили за его взглядом и обнаружили, что восторженное восклицание Валеры относится к Ире, идущей по направлению к ним с бутылью текилы в руке. Кстати, оба они вынуждены были признать, что зрелище действительно было весьма колоритное. Ира и сама-то выглядела вполне даже хорошо, воздействуя таким образом на мужчин гормональным образом, а здоровенная бутыль с алкоголем в ее руке воздействовала уже на сознательную составляющую мужской психики. Так что в ресторане не было ни одного мужчины, который бы не проводил ее взглядом.

– Вах, какая женщина, – цокнул языком Валера. – Может, попробовать познакомиться? – спросил он Игоря.

– Можно, – лениво ответил тот. – Только смысла нет. Во-первых – пошлет, во-вторых – может пнуть ногой, в-третьих – бутыль тоже не отдаст, потому что бутыль она несет мне.

– Так эта твоя… твоя… – замялся Валера…

– Моя женоподобная подруга, – подсказал ему Игорь.

– Как женоподобная? – удивился Валера. – Она что – мужчин?

– Нет, – ответил Игорь. – Просто она – без пяти минут моя жена. Поэтому и женоподобная.

– Понял, – грустно ответил Валера. – Тогда я отползаю.

– Да сиди уже, – великодушно разрешил Игорь. – Сейчас текилу будем пить.

– Ну ничего себе! – возмутилась Ира, подходя к их столу. – Я тут хожу, как проклятая, за их бухлом, а они мне даже поесть ничего не добыли. Ничего себе мужички! Куда я вообще попала?

– Это вам, – торжественно сказал Валера и подвинул Ире тарелку с хлебом и булочками.

Ира вопросительно посмотрела на Игоря.

– Это Валера, – сказал тот. – Земляк мой.

– В каком смысле? – удивилась Ира. – Тоже из Зимбабве? Ты же вроде в Зимбабве родился, когда твои родители там работали.

– Я из Ростова, – твердо сказал Валера. – Ростовские мы, – прибавил он для ясности.

– Очень приятно, – сказала Ира. – Спасибо вам за хлеб и за соль.

– Да, – спохватился Игорь и тоже придвинул Ире одну из своих тарелок. – Вот, жертвую.

– И я, – поддержал его Сергей, отдавая Иру вторую свою тарелку, содержимое которой его не сильно вдохновляло.

– Наконец-то вижу истинных джентльменов, – обрадовалась Ира.

– Ну, ептыть, – подтвердил было Валера, но на него все строго посмотрели, он смутился и замолчал.

Игорь ловко разлил всем текилу по маленьким 50-граммовым рюмочкам, поднял свою и произнес:

– Итак, чтобы нам всем хорошо и успешно отдохнулось!

Сергей, Ира и Игорь пили текилу по всем правилам: сначала слизывали щепотку соли, которая предусмотрительно клалась в ложбинку между большим и указательным пальцами руки, затем опрокидывали стопку с текилой, после чего закусывали ее лимончиком. Причем компания настолько уже отработала процесс до мелочей, что со стороны это выглядело как небольшое цирковое представление.

Игорь закусил стопку лимончиком, крякнул и вдруг обратил внимание на то, что Валера держит в руках полную рюмку и недоуменно смотрит на всех присутствующих.

– Что такое? – поинтересовался Игорь. – Ты почему не пьешь? Обидеть хочешь?

– А чего пить-то? – в глазах Валеры было выражение искреннего недоумения.

– Как что? – в свою очередь удивился Игорь. – Текилу. Это напиток такой алкогольный. Типа водки. Даже крепче.

– Да знаю я эту кактусовку, – отмахнулся Валера. – Дело не в этом. Ты зачем ее в такой наперсток налил?

– Ну здрас-сте, – отреагировал Игорь. – Пятьдесят граммов. Как полагается.

– Что русскому человеку пятьдесят граммов? – произнес Валера с чувством глубокой внутренней правды. – Разве что в чай добавить…

С этими словами он выплеснул рюмку в рот, пожевал губами, как бы показывая, что такой смехотворный объем даже и распробовать толком нельзя.

– Ну, извиняйте! – разозлился Игорь. – Ведер для текилы не держим. Еще скажи спасибо, что ты не в Англии…

– А что там в Англии? – заинтересовался Валера.

– В Англии порция – вообще двадцать пять граммов, – объяснил Игорь.

– Как же они там живут? – поразился Валера. – Двадцать пять граммов – это же просто донышко у стакана мокрое. Они оттуда и не вытекут вовсе. Так… просто размажутся по стенкам.

– Во-во, – подтвердил Игорь. – Так что радуйся.

– Человек – кузнец собственного счастья, – назидательно произнес Валера, поднялся и ушел куда-то в глубь ресторана.

– И цепей, – согласился Игорь.

– Может, еще по одной? – спросила Ира.

Игорь внимательно посмотрел ей в глаза и приподнял одну бровь.

– Чего такое? Что ты так смотришь? – занервничала Ира.

– А ты, мать, не дура выпить! – веско произнес Игорь.

– Это еще почему? – поразилась Ира.

– Не знаю, – сказал Игорь. – Видать, натура такая. Мы – два потомственных алкаша – еще по второй не налили, а ты уже гонишь коней.

– Да знаю я, какие вы алкаши, – ответила Ира. – Больше треплетесь, чем пьете. Небось эту бутылку будете всю неделю пить. А крику-то, крику… «Мать! Тащи бухло!» – передразнила она Игоря.

– Что ты понимаешь? – презрительно спросил Игорь. – Мы – алкаши высшей марки. Правда, Бивис? – обратился он к Сергею.

– Ага, ага, – сказал тот. – Мы любим этого дурнеца хлебнуть. Мы от этого становимся типа бухие и все такое…

– Во-во, – подхватил Игорь. – Я вообще в прошлом году бухал: набрал бутылок и все их выпил. Жалко только, что в бутылках на помойке мало что остается.

– Ага, круто, – подтвердил Сергей и начал мерзко подхихикивать.

– Да ну вас совсем! – рассердилась Ира. – Тоже мне – интеллигенты. Это называется – приятный вечер в компании образованных людей.

– Не гоношись, подруга, – ласково сказал ей Игорь. – Об чем хочешь, об том и поговорим. Нам любой разговор поддержать – как два пальца в розетку.

– Как два байта переслать, – подтвердил Сергей.

В этот момент к столу подошел Валера, неся в руке здоровенный пластмассовый стакан, наполненный почти до краев какой-то жидкостью. Глаза его горели искренней радостью, и вообще он весь был какой-то просветленный. Такой вид у человека обычно бывает после первого посещения концерта Deep Purple или последнего посещения концерта Уитни Хьюстон.

– Приятнейшего всем аппетита, – сладко произнес он, садясь на место.

– Премного вам благодарны, – откликнулся Игорь. – Ну, рассказывай, добрый молодец, где был, чего добыл…

– Был я у барной стойки ресторана, – довольно ответил Валера, – и добыл себе немного водовки испить…

– Так это все – водка? – округлила глаза Ира.

– Она, родимая, – шепотом произнес Валера и погладил стакан.

– И вы всю ее выпьете за вечер? – спросила Ира с тем же ужасом в голосе. – Здесь же граммов пятьсот, не меньше.

– Нет, конечно, – возмутился Валера. – Почему за вечер? Я ее выпью сейчас, чтобы не остыла. Ну, – он поднял стакан повыше, – за прекрасных дам…

С этими словами он осторожно поднес стакан к губам и довольно быстро выхлебал все содержимое. Затем шлепнул пустой стакан о стол и довольно произнес:

– Вот так вот, ребятки. Это вам не наперстки вылизывать.

– Крут, – сказал Игорь, впрочем, без особого восхищения в голосе.

– Крут, однозначно, – согласился Сергей. – Нам до него – бухать и бухать.

– И все равно не догоним, – поджал губы Игорь.

– Куда вам, – согласился Валера. – Но вы не расстраивайтесь. Может, вы чего другое умеете.

– Ничего они не умеют, – сказала Ира. – Только и знают, что издеваться над беззащитной девушкой.

Игорь строго посмотрел на нее. Ира притухла. Затем опустила глаза. После этого спросила:

– Милый, тебе принести еще чего-нибудь покушать?

Игорь, не отвечая, продолжал смотреть ей в глаза. Ира явно занервничала.

– Ну принеси, – наконец разрядил тяжелое молчание Игорь.

Ира быстро вскочила и убежала по направлению к столам с блюдами.

– Кстати, – сказал Игорь Сергею, – ты обещал рассказать, какую сетку мне в офис лучше поставить.

– От комаров лучше ставить военную сетку – такую матерчатую и зеленую, – включился было в разговор Валера.

Игорь посмотрел на Валеру точно так же, как за минуту до этого смотрел на Иру.

– Мы говорим о компьютерной сети, – тихо сказал он.

Валера поджал губы и уткнулся в свою тарелку. Сергей начал Игорю рассказывать о видах локальных компьютерных сетей, подробно объясняя разницу между коаксиалом и витой парой. Валера совсем загрустил. Сергей же раздухарился и начал на столе сооружать макет звездообразного соединения, используя для этого рюмки и стрелки зеленого лука.

Минут через десять Игорь заметил, что Валера с совершенно несчастным видом сидит над своим стаканом и что-то бормочет себе под нос.

– Валер, ты чего? – поинтересовался Игорь.

– Да так… – ответил Валера. – Свое гоню.

– И как гонится?

– Плохо, – признался Валера. – Тесно мне с вами. Душно.

– Ну извиняйте, – развел руками Игорь. – В пути кормить не обещали.

– Ладно, – с надрывом в голосе произнес Валера и тяжело поднялся. – Прощевайте. Пойду искать не такую умную компанию.

– Да ладно тебе, Валер, – дружески сказал ему Сергей. – Мы, вообще-то, ребята простые. Просто у Игорька в офисе до сих пор сетка не установлена, вот я ему и объясняю, что надо все завязать на сервак с NT, причем делать по уму – на витой паре…

По лицу Валеры было видно, что его сейчас стошнит.

– Слышь, Серег, – тихо сказал Игорь. – Не мучай человека. Ему уже и так плохо.

– Мне душно, – запинаясь, произнес Валера, рванул на шее золотой цепак, который, однако, не поддался, зацепил мощным бедром стол, но удержался на ногах, после чего отчалил куда-то в сторону.

– Отряд не заметил потери бойца, – прокомментировал Сергей.

– Бедный мужик, – сказал Игорь. – Надо было ему нарваться на нашу идиотскую компанию… Текилу пьем микроскопическими дозами, разговариваем не о бабах, а о компьютерах, словом, не повезло ему.

В этот момент к столу подошла Ира, которая несла здоровую тарелку с едой.

– Ирусик мне покушать принесла, – обрадовался Игорь.

– Ага, – с нежностью в голосе сказала Ира. – Кушай, мой сладкий. Только смотри не обожрись, как тогда.

– Как тогда, – важно сказал Игорь, – не обожрусь. Потому что тогда – это тогда. А сейчас мы – сейчас.

Ира внимательно посмотрела ему в глаза. Потом неуверенно произнесла:

– Вероятно, это что-то очень умное и философское, но я не въехала.

– Не страшно, – утешил ее Игорь. – Ты никогда ни во что не въезжаешь.

– Как и все женщины, – прокомментировал Сергей.

– Все бабы – дуры, – сказал Игорь.

– Все зло – от баб, – произнес Сергей.

– Куда уж тебе! – продолжил было Игорь, но тут Ира вскочила, схватила бутыль с текилой и удалилась в произвольном направлении.

– Ушло бухло, – с ноткой сентиментальной грусти произнес Игорь. Затем задумался и сказал: – Слушай, я, кажется, стихи начал сочинять. «Ушло бухло» – хорошая рифма.

– А дальше? – заинтересовался Сергей.

– Дальше я еще не сочинил, – признался Игорь.

– Все равно, для начала – очень круто, – похвалил его Сергей.

– Я знаю, – скромно ответил Игорь и зарылся в тарелку.

Между тем ужин вокруг потихоньку заканчивался. В залах и на веранде оставалось совсем мало народу, да и то – это были те отдыхающие, которые пришли к самому концу ужина. Вокруг сновали официанты, которые со страшной скоростью убирали грязную посуду и меняли скатерти. Сергей закончил ужинать где-то с час назад, но все сидел и сидел, дожидаясь Игоря, у которого едальный процесс в самом сжатом варианте занимал обычно минут сорок, а при условии отсутствия спешки – все два часа.

За этот ужин Игорь сделал уже пятую перемену блюд, причем ел он вовсе не так уж и много. Просто ему нравился, во-первых, процесс добывания пищи (он мог по десять-пятнадцать минут бродить среди блюд, выбирая себе наиболее подходящее), а во-вторых, процесс непосредственно поглощения этой пищи. Причем к процессу поглощения Игорь тоже относился очень серьезно и никакой спешки здесь не выносил. Выглядело это все таким образом… Сначала Игорь долго ходил по залу и в одну большую тарелку накладывал себе овощи и овощные салатики. На это уходило минут пять-десять. Затем тарелка ставилась на стол, а Игорь отправлялся взять себе попить соков и минеральной. После того как напитки были должным образом подобраны и расставлены на столе, Игорь садился, как он говорил, «разогревать аппетит» салатиками. На салатики и овощи обычно уходило минут пятнадцать или двадцать (это если за ужином не пилось спиртное; в случае со спиртным к каждому этапу процесса следовало прибавить еще по 15-20 минут). После того как салатики были брошены в топку Игорева аппетита, он закуривал сигарету и отдыхал минут десять, рассказывая какую-нибудь историю или обсуждая недавно происшедшие события.

Затем он вставал и бодрым шагом направлялся выбирать себе горячее. Причем горячее выбиралось намного более тщательно, поэтому данный этап только в части выбора занимал минут десять-пятнадцать. А уж во время употребления горячего Игорем курились две, три или даже четыре сигареты, он рассказывал три-пять или десять занимательных историй об операциях на глазах (или еще где-нибудь), а кроме того, в программу употребления горячего обязательно включалось любование окружающим пейзажем, луной, но главное – визуальная оценка привлекательности окружающих девушек и женщин. При этом следует иметь в виду, что после горячего наступал этап десерта с кофе, а после десерта наступал этап фруктов. Так что Сергей обычно очень радовался, когда Игорь успевал уложиться в каких-то полтора-два часа. В настоящий момент Игорь уже вплотную подошел к фруктовому этапу, так что можно было надеяться, что еще каких-то пятнадцать-двадцать минут и процесс сегодняшнего ужина будет завершен.

– Але! – громкий голос Игоря внезапно вывел Сергея из задумчивости. – Ты вообще меня слушаешь?

– Конечно, конечно, слушаю, – заторопился Сергей, чувствуя себя виноватым: последние десять минут речи Игоря он пропустил, рассчитывая в уме временную протяженность Игоревых этапов поглощения пищи.

– И что ты по этому поводу думаешь? – провокационно осведомился Игорь, надкусывая банан.

– Ну… – задумался Сергей, лихорадочно пытаясь вспомнить, о чем же вообще шел разговор… – Слушай, прекрати банан кусать! – набросился он на Игоря. – Ты же не девушка.

Игорь от неожиданности проглотил целиком оставшуюся часть банана.

– Серег, – тяжело отдуваясь, сказал он Сергею. – Ты брось меня так неожиданно пугать. При чем тут девушка?

– Ни при чем, – злорадно сказал Сергей, радуясь, что отвлек внимание Игоря от темы разговора. – Фрейдистские комплексы.

– У тебя? – на всякий случай спросил Игорь.

– У тебя, – объяснил Сергей.

В этот момент к столу подошла Ира.

– Ну? – грозно спросила она Игоря.

– Не будете ли вы столь любезны покорректнее сформулировать свой вопрос? – сладко улыбаясь, спросил Игорь.

– Я тебе сейчас сформулирую, – сказала Ира, раздувая ноздри от бешенства, – я тебе сейчас так сформулирую… Сколько можно жрать? – закричала она на весь ресторан так, что снующие поблизости официанты испуганно упорхнули в другой конец ресторана. – Я что тут, должна весь вечер одна шляться туда-сюда?

– Ирусик, пупсик, зачем так орать? – миролюбиво спросил Игорь. – Нэ видишь – ми кюшаем!

– Это вы кушаете, – сказала Ира, с деланной ненавистью глядя на Игоря. – А Сергей уже часа два сидит и скучает. Он же ест, как пулемет. Пять минут – и готово.

– Ага, – подтвердил Сергей. – Студенческая привычка.

– Только животные едят быстро, – объяснил Игорь. – Потому что у них скотский режим поглощения пищи. А вот у нас – разумных и эволюционирующих натур, – произнес он, показывая взглядом, что Сергея с Ирой к подобным натурам не относит, – процесс поглощения пищи является важным ритуалом. Именно этим мы – люди, в высоком смысле этого слова, – отличаемся от животных.

– Серж, – сказала Ира Сергею, – пригласите меня на дискотеку. Пускай этот вурдалак здесь кушает хоть до утра.

– Ага, ага, – сказал Игорь. – Пригласи Ирку на дискотеку. Здорово же вы там будете смотреться. Молодежь станет прыгать вокруг и кричать: «Ура, ура, дядя Сережа на танцульки со своей мамой пришел…» Ой, – взвизгнул Игорь, получив от Иры ребром ладони по шее.

– Спасибо хоть на том, что не с бабушкой, – сказала Ира.

– Я было подумал о бабушке, – признался Игорь, – но боялся, что за бабушку ты меня треснешь не рукой, а стулом.

– Правильно боялся, – подтвердила Ира, посмотрела на тарелку Игоря, в которой еще оставались фрукты, и заныла: – Ну Игоречек, ну солнышко. Ну сколько можно жрать? Уже спать пора ложиться. Пойдем хоть прогуляемся перед сном минут пятнадцать. Смотри, какая погода шикарная во дворе.

– Правда, Игги, – сказал Сергей. – Пошли хоть немного пошляемся. Я себе уже всю задницу отсидел.

– А где бухло? – строго спросил Игорь Иру. – Обожаю бухать на природе.

– Да хватить тебе о своем бухле, – разозлилась Ира. – Дома оно лежит. Орали – на два литра, а выпили – сто граммов на четверых.

– Ну тогда пошли гулять без бухла, – тяжело вздохнув, сказал Игорь. – Я так и знал, что мне сегодня ни выпить, ни поужинать спокойно не удастся.

– Слушай, имей совесть! – разозлился было Сергей, который битых два часа сидел за столом из-за Игоря, но Ира сделала ему знак рукой – мол, не возражай, а то мой благоверный и до завтра из-за стола не встанет, поэтому Сергей замолчал.

Компания вышла из ресторана и остановилась, чтобы оглядеть окрестности. Слева виднелись зеленые лужайки и призывно горящие огни дискотеки на открытом воздухе, а прямо по курсу находился огромный бассейн, вокруг которого в шезлонгах валялись люди, покуривая и попивая что-то из пластмассовых стаканов. Справа от бассейна располагалась небольшая открытая сцена, на которой стоял мощный турок, произносящий на разных языках какой-то текст.

– О! Концерт! – сказал Игорь. – Хочу концерт посмотреть!

Сергей с Ирой никак не отреагировали на это заявление.

– Хочу концерт, хочу концерт! – заблажил Игорь, дергая, как ребенок, Иру за майку.

– Господи, пупсик! – всполошилась Ира. – Кто же тебе мешает? Хочешь концерт – давай смотреть концерт. Вон у сцены стульчики стоят – пойдем туда. Только я не уверена, что это будет концерт. Скорее всего, дядя-турок покажет нам разрубание головой стула или еще что-нибудь из этой серии. Смотри, какой он здоровый.

– Я не хосю плосто на стульсики, – закапризничал Игорь, все еще не выйдя из детского образа. – Я хосю сесть в сезлонги, закулить сигалетку и выпить стакансик сего-нибудь клепкого.

– А-а-а, – сказала Ира, – ви в этом смисле! Ребеночек хочет упасть в шезлонг, там курить и квасить, а вокруг чтобы все носились и делали ему хорошо.

– Ты самая догадливая мама на свете, – сказал Игорь, чмокнул Иру в щечку и отправился к шезлонгам.

– Куда пошел? – спросила Ира вдогонку.

– Как это куда? – спросил Игорь, остановившись на полдороге. – Падать в шезлонг.

– А выпить тебе кто принесет? – поинтересовалась Ира. – Да и сигареты у нас кончились, потому что ты за ужином целую пачку скурил.

– Нет, ну ничего себе! – возмутился Игорь, тяжело плюхаясь в шезлонг. – Я, можно сказать, за этих двух трутней сделал все: проложил маршрут, заказал билеты и путевки, выкупил их, собрал их в дорогу, довез до аэропорта, сделал им шопинг, привез, поселил куда надо, сводил на ужин, а они – эх, – тут Игорь безнадежно махнул рукой, – не могут принести мне пачку сигарет и стаканчик чего-нибудь выпить.

Ира посмотрела на Сергея вопросительным взглядом: мол, смех смехом, а в словах Игоря сермяга явно присутствует.

– Ладно, – сказал Сергей. – Конечно, нехорошо потакать твоему деспотизму, но так уж и быть – схожу тебе за выпивкой.

Ира немного подумала и заявила:

– Черт с тобой. Где у нас в номере сигареты лежат?

– Сигареты лежат в моем чемодане, – объяснил Игорь. – Только принеси Marlboro light, а то я обычный Marlboro сейчас курить не в настроении.

– Скажите, какая цаца, – с негодованием произнесла Ира, но послушно отправилась в номер.

– Что тебе принести-то? – спросил Сергей.

– А черт знает, чего там есть, – ответил Игорь, поудобнее устраиваясь в шезлонге. – На твой вкус.

– О’кей, – сказал Сергей и отправился на добычу.

В баре, где бесплатно наливали выпить, народу было – море разливанное. Впрочем, как Сергей и ожидал. И это несмотря на то, что турки предусмотрительно все напитки, даже самые крепкие, разливали весьма щедрыми порциями в пластмассовые стаканы. Тем не менее народ, получив вожделенный стакан, быстренько его выпивал где-нибудь в сторонке, а после этого снова несся за продолжением.

Сергей потолкался у стойки пять минут, тщетно пытаясь обратить на себя внимание бармена, затем еще пять минут, затем еще и еще, после чего понял, что если он не усвоит местные правила добывания напитков, то Игорю выпивки не видать, как своих ушей. А правила между тем были довольно простые. Народ в баре явно делился на любителей выпивки и профессионалов по этой части. Причем не столько в плане потребляемых количеств, сколько в плане быстроты получения выпивки в баре.

Любители вроде Сергея вели себя следующим образом: они тихонечко подходили к бару, останавливались у кромки плотной людской толпы, ожидая, вероятно, мифического «продвижения очереди». Когда минут через десять любитель обнаруживал, что он по-прежнему стоит на том же месте, он начинал тихонько попискивать, пытаясь через головы остальных страждущих обратить на себя внимание бармена. Но даже если минут через десять бармен все-таки обращал внимание на любителя, тот начинал томительный разговор из серии: «А что у вас есть выпить? Холодная ли водка? Чьего производства коньячок? Нет ли у вас „Алазанской долины“ 95-го года производства…» и так далее, в результате чего бармен делал круглые глаза и поворачивался к другому человеку, потому что если бы он действительно отвечал на все подобные вопросы (тем более что из десяти слов что по-русски, что по-английски он понимал максимум полтора), то за вечер он бы успевал напоить не пару сотен человек, а всего десяток.

Профессионалы же поступали совершенно по-другому. Во-первых, они прекрасно знали, что в баре отеля, работающего по принципу all inclusive, никаких изысков нет и что вся выпивка состоит из следующих наименований алкоголя турецкого производства: «Раки» (правильно произносится как «Ракы») – культовая турецкая анисовая водка, довольно приятная, но сладковатая; «Водка» – обычное водочное пойло наигнуснейшего качества; «Коньяк» – паршивый коньяк, точнее, коньячный спирт и «Джин» – довольно приличная можжевеловая водка, хотя на настоящие английские джины она мало похожа. Любой из этих напитков можно было попросить смешать с пепси или тоником, хотя «Раки» бармены смешивали с явным неудовольствием, всем видом показывая, что портить такой напиток тоником или пепси – грех. Зная полный ассортимент, профессионалы никогда не докучали барменам глупыми вопросами.

Во– вторых, профессионалы никогда не болтались на самой кромке прибоя желающих выпить, а мощным броском ввинчивались в толпу с криками: «Дык, эта, братан, я ж только что здесь стоял, в натуре», двумя-тремя мощными гребками добирались до стойки, хватали за рубашку мечущегося туда-сюда бармена и выпаливали: «Два коньяка с пепси в один стакан, тройную водку без всего, „Раки“ двойную и „Раки“ одинарную с тоником», причем рубашка бармена не отпускалась до тех пор, пока он полностью не выдаст заказанное. Далее от профессионала требовалось только поднять все эти стаканы над головой и продраться обратно сквозь толпу, ничего не расплескав.

Всю эту систему Сергей понял довольно быстро, несколько минут понаблюдав за действиями людей у барной стойки, но после второй или третьей пробы подражания профессионалам Сергей с грустью вынужден был признать, что профессионалом, к сожалению, надо или родиться, или долго тренироваться, потому что продраться сквозь толпу к самой стойке ему так и не удалось, да и «в натуре» в его устах слушалось крайне натянуто и фальшиво.

Внезапно у Сергея забрезжил лучик надежды, потому что в одной из явно профессиональных фигур у стойки он узнал их недавнего знакомого Валеру, который с боем добывал третий стакан коньяка. Сергей отчаянным рывком пробился сквозь толпу к Валере и попросил его взять еще одну порцию коньяка для себя, точнее, для Игоря. Валера, судя по состоянию его глаз, Сергея не узнал и уж тем более не вспомнил, кто такой Игорь, но четвертый стакан послушно взял и даже помог Сергею продраться с ним сквозь толпу…

– Ну, и где ты бродишь? – недовольно спросил Игорь, который, как было видно по окуркам вокруг, курил уже пятую сигарету.

На соседнем шезлонге лежала Ира и тоже курила.

– Выпить тебе добывал, – коротко сказал Сергей, протягивая Игорю стакан. – Не такое уж простое занятие, между прочим.

– А что, народу много? – рассеянно спросил Игорь, взял стакан и отхлебнул из него довольно большой глоток.

– М-да… – сказал Игорь секунду спустя. – И что это за мазут с градусами?

– Местный коньяк, – объяснил Сергей. – Кстати, он не такой уж и паршивый. Я пробовал. Ничуть не хуже, чем наши поддельные коньяки.

– Ну да, – сказал Игорь. – Конечно, ничуть не хуже, потому что тоже готовится из смеси ацетона, спирта, воды и чайной заварки. А ты не мог мне взять вискаря какого-нибудь? Получается, что я полчаса ждал, чтобы выпить вот этот кошмар…

– Нету там вискаря, – угрюмо сказал Сергей, который не ожидал, что его подвиг по части добывания выпивки Игорем в две секунды будет нивелирован до ничтожных величин.

– Есть, – сказал Игорь. – Только за деньги. В таких отелях бесплатно наливают всякую фигню местного производства, но за деньги нальют все, что только пожелаешь. Хоть Blue label.

– Ну и сказал бы сразу, что тебе обязательно надо что-нибудь пижонское за пятьдесят баксов, – обозлился Сергей. – Меня там чуть не убили за этот коньяк, а тебе все не так!

– Не надо нам выпивки за пятьдесят баксов, – неожиданно всполошилась Ира. – И так в магазине всего накупили – целое ведро. Может, принести из номера?

– Да хватит уже эту бутылку таскать туда-сюда, – мрачно сказал Игорь. – И так ее сегодня измучили всю, а выпить так и не выпили… Ладно, мать, – сказал он Ире, тяжело вставая с шезлонга. – Раз уж сегодня вечер не задался, пошли-ка мы спать. Баю-бай, уснул малыш, лег в кроватку на малышку и все такое.

– Пошли, – сказала Ира, тоже поднимаясь.

– Кстати, – заинтересовался Сергей. – А что там с концертом?

– С концертом тоже обломали, – сказал Игорь. – Турок долго что-то декламировал, а я периодически хлопал и свистел, думая, что он читает турецкие стихи. Но потом оказалось, что нам просто докладывали расписание концертов на эту неделю. Завтра, кстати, выступают наши девушки из Украины.

– О! – приятно удивился Сергей. – Я люблю девушек из Украины. А что они будут делать?

– Салом жонглировать, – холодно сказал Игорь, а потом разозлился: – Откуда я знаю, что они будут делать? Я и слово «Украина» еле-еле у этого турка разобрал, да и то потому, что он его произнес по-английски.

– Ладно, – сказал Сергей. – Действительно, завтра сами все увидим. Пошли спать. Я тоже чего-то устал, как собака.

Друзья поднялись и отправились по своим комнатам. У дверей номера Игорь стал долго и пылко прощаться с Сергеем, называя его при этом «милый», из-за чего проходящие мимо них русские отдыхающие поглядывали на всю компанию с опаской и неудовольствием.

– Слушай, – сказала Ира, – ты бы хоть обо мне подумал, если тебя не волнует, что о тебе подумают окружающие.

– А что с тобой не так? – заинтересовался Игорь.

– Со мной все так. Это с вами все не так. Устраиваете свои педерастические шуточки, а на меня потом народ косится, – объяснила Ира.

– Но мы же понарошку. Мы шутим. Типа дядя шутит и все такое, – сказал Игорь, подмигивая Сергею.

– Это вы знаете, что шутите, а народ думает, что вы взаправду, и на меня косится, – жаловалась Ира.

– Ир, ну не смеши мои кроссовки, – сказал Игорь. – Какие из нас пидерасты?

– Педерасты, – поправила Ира.

– Тем более, – сказал Игорь. – Вот из меня – какой пидераст? Смех один. Я даже не симпатичный.

– Ты красивый, – сказал Сергей, изображая влюбленный взгляд.

Ира захохотала.

– Вот видишь, – сказал Игорь, – тебе смешно. И народу смешно. А мы – прикалываемся. Тем более что из Сереги – уж вообще никакой пидераст. Зато он зоофил. С котом живет.

– Раз с котом живет, – сказала Ира, – значит, и зоофил, и педераст.

– Почему? – удивился Игорь.

– Ну, кот ведь мужского пола?

– Ну да.

– Значит, он педераст.

– Ну, мать, это ты уже обобщаешь, – пожурил ее Игорь. – Не делай таких выводов, прошу тебя. Парню вполне достаточно того, что он зоофил. А ты на него еще педерастию хочешь навесить. Нехорошо.

– Я вот думаю, – вступил в беседу Сергей, – чего это тебя так понесло? Выпили всего две капли, поел ты – тоже нормально…

– Правда глаза колет? – осведомился Игорь.

– Блин, хоть бы ты мне душу не травил, – в сердцах сказал Сергей. – Остался мой Гасик там один у чужих людей.

– У кого, кстати, – заинтересовался Игорь.

– У Алки. У кого же еще…

– Так ты с ней видишься? – удивился Игорь.

Сергей сделал неопределенное выражение лица.

– Высокие, – сказал Игорь, – высокие отношения.

– Ну тебя на фиг, – отмахнулся Сергей.

– Ладно, – решился Игорь. – Баю-бай. Мы пошли, как говорят англичане, ту слипки. А то у меня уже все слипается.

– Меньше жрать надо было, – вставила свой комментарий Ира.

– Я имею в виду глаза, – объяснил Игорь.

– Меньше надо было на девушек глазеть, – сказала Ира.

– И тут началась безобразная семейная сцена, – сказал Сергей. – Ша, ребята, я спать пошел. Но вы много не деритесь и главное – по лицу не бейте. А то мне неудобно будет завтра с вами на пляж выходить.

– Неудобно? Да ты на свою рожу посмотри… – начал было Игорь, но Сергей помахал им на прощание и пошел в свой номер.

Загрузка...