Похоронная лавка напротив храма - читать онлайн

ПОХОРОННАЯ ЛАВКА

НАПРОТИВ ХРАМА

THE COFFIN SHOP ACROSS FROM THE TEMPLE

Isacat meow

Полная русская версия • Главы 1–125

Глава 1. Даже ледяные драконы могут утонуть

Утро в Морроугейте едва успело начаться, а перед храмом уже собралась толпа. Не праздник. Не день общей молитвы. У семьи ледяных драконов утонул младший сын. Когда новость разнеслась по старой улице, на несколько мгновений всё вокруг стихло. Потом почти все отреагировали одинаково: сначала уставились, потом переспросили, а затем на лицах появилось одно и то же ошеломлённое выражение. Ледяной дракон. Утонул. Звучало как нелепая шутка. Но маленькое тело, которое внесли в храм, было настоящим.

Ледяно-голубая чешуя всё ещё блестела от воды. Четыре лапы были поджаты к телу, безжизненный хвост свисал за край белой ткани. В храме стояли двое высоких взрослых ледяных драконов с такими лицами, словно проглотили по камню. Мужчина, очевидно отец, был настолько широк в плечах, что загораживал половину света из дверного проёма. Женщина позади него всё скручивала в руках платок, давно промокший насквозь.

— Он всего лишь пошёл поиграть в пруду за домом, — дрожащим голосом сказала она, будто оправдывалась или всё ещё пыталась понять, как это вообще могло случиться. — Там мелко. Мы отвернулись всего на секунду, а потом он…

Договорить она не смогла. Неподалёку стоял Майло, молодой храмовый послушник, с дощечкой для записей в руках и не знал, стоит ли продолжать писать. Он взглянул на мужчину в центре храма. Люсьен Хейл стоял перед алтарём. Утренний свет лился из высоких окон и ложился на чистое белое одеяние у него на плечах. Взгляд был опущен, лицо спокойно. Голос — тихий, ровный, без лишних эмоций.

— Положите ребёнка сюда.

Родители послушались. Люсьен поднял руку и осторожно положил на грудь маленького дракона серебряный священный знак. Тело уже плохо сохраняло драконью форму. Хвост и плечи размякли, и теперь ребёнок напоминал холодный голубой шёлк, слишком долго пролежавший в воде. Майло взглянул и тут же отвёл глаза. Люсьен начал благословение. Он говорил негромко, но каждое слово звучало отчётливо. Постепенно затихли шорох ткани и чужое дыхание, и под каменными сводами остался только его спокойный голос.

— Пусть путник освободится от тяжести тела.

— Пусть душу больше не сковывают ни холод, ни боль.

— Пусть место, куда ты уходишь, будет мирным, а тем, кто остаётся, будет дано проститься.

Мать ледяного дракона опустила голову. Её плечи дрогнули. Люсьен не давал пустых обещаний и не пытался утешать лишними словами. Завершая обряд, он лишь поднял руку. По лбу маленького дракона скользнул слабый серебристый свет — короткий, как лунный отблеск на снегу. После ритуала в храме ещё некоторое время стояла тишина. Люсьен повернулся к родителям. Его голос оставался сдержанным.

— Благословение завершено. Если хотите, храм может временно принять тело на хранение. Если вы собираетесь хоронить его, кладбище за городом сможет принять его уже сегодня.

Отец кивнул и хрипло произнёс:

— Спасибо, священник.

Люсьен на мгновение замолчал, затем добавил:

— Тратьте только столько, сколько можете себе позволить. Умерший уже покинул тело. Живые не должны разоряться ради внешнего приличия.

Майло закрыл глаза. Ну вот. Конечно. Люсьен никогда не говорил это, чтобы кого-то задеть. Одни и те же слова он повторял бедным семьям, богатым семьям и женщине, которая продавала гробы через дорогу. Проблема заключалась в том, что прямо напротив храма много лет работала одна из старейших лавок похоронных принадлежностей на этой улице.

Элира не начинала «Похоронную лавку Восс» с нуля. Вывеска висела здесь ещё при её родителях, а лавку годами поддерживали соседнее кладбище, жители старого района и постоянные клиенты. Приняв дело, Элира постепенно расширила прежний ассортимент обычных гробов, погребальной одежды и надгробий, добавив изделия на заказ для самых разных рас. Основа у бизнеса уже была, но сама лавка всё ещё оставалась небольшой. Собственная мастерская, оптовое направление и региональная сеть поставок появились намного позже. И хозяйка этой лавки обычно прекрасно слышала всё, что говорил Люсьен. Родители ледяного дракона едва успели выйти из храма вместе с сопровождающими, как дверь через дорогу открылась. Звякнул медный колокольчик.

На улицу вышла женщина в тёмно-сером платье. Траурной вуали на ней не было, да и скорбный вид она изображать не пыталась. Рукава были закатаны до локтей, в одной руке всё ещё оставалось перо, которым она только что писала. Волосы были просто собраны на затылке, несколько прядей выбились и лежали у лица. За её спиной, рядом с витринными полками, аккуратно стоял стандартный сосновый гроб человеческого размера, а возле него — образцы древесины и полосы ткани. Женщина бросила взгляд через улицу, увидела красноглазых родителей, затем на секунду опустила глаза на маленькое драконье тело в руках сопровождающего. Судя по выражению её лица, она уже успела прикинуть размеры, вес и сложность перевозки.

— Элира, — чуть тише позвал Люсьен со ступеней храма.

Элира Восс даже не посмотрела на него. Родителям она улыбнулась безупречно профессионально.

— Если вы ещё не решили, что делать дальше, можете зайти ко мне и посмотреть варианты.

Майло прикрыл половину лица ладонью. Ну вот. Конечно. Отец остановился; после благословения он явно всё ещё не до конца пришёл в себя.

— Госпожа Элира, — неуверенно произнёс он. — Прямо сейчас?

— Обычно да. — Она сказала это так естественно, будто речь шла о погоде. — Храм занимается душой. Я занимаюсь тем, что остаётся. Благословение закончено. Всё остальное всё равно придётся решать.

Через дорогу взгляд Люсьена заметно похолодел. Только тогда Элира удостоила его вниманием.

— Что у тебя с лицом? — спросила она. — Я что-то не то сказала?

— Они только что потеряли ребёнка.

— И? — Элира снова повернулась к родителям. — Ты предлагаешь им до полудня стоять посреди улицы с телом на руках?

Люсьен ответил не сразу. Главным образом потому, что спорить с этим было трудно.

Глаза матери по-прежнему были красными, но она, кажется, пришла в себя быстрее мужа. Посмотрев на маленького дракона у себя на руках, она крепче сжала пальцы и тихо спросила:

— Вы… можете сделать гроб для дракона?

Элира сразу посерьёзнела.

— Конечно.

Она отошла в сторону и жестом пригласила их внутрь.

— Заходите, поговорим. Он ещё молодой, поэтому огромный гроб, как для взрослого дракона, не понадобится. С размером будет намного проще. Для ледяного дракона я бы не стала брать обычный теплоизоляционный хлопок для обивки. Внутри может собираться влага и холодный туман. У меня есть морозостойкая обивка и герметизирующие материалы, которые не растрескиваются от холода.

Отец моргнул. Он явно не ожидал, что разговор начнётся сразу с технических деталей. Элира без паузы продолжила:

— Если хотите обычное погребение, можно сделать стандартный гроб или индивидуальный, с гербом вашей семьи. Если тело нужно будет какое-то время хранить, могу заказать герметичный холодовой саркофаг. Надгробие, табличка с именем, погребальные вещи, перевозка тела — всё можно оформить через меня.

Она ненадолго задумалась, будто что-то вспомнила.

— Вообще, заказов от ледяных драконов у меня было довольно много. Последний старейшина захотел гроб с золотистой отделкой. Огромная штука. По четырём углам — фурнитура с ледяным узором, герб семьи на крышке, застёжки из морозного серебра и удлинённая секция под хвост. Сохранение тела, перевозку и установку в могилу тоже делала я.

Глаза матери слегка расширились.

— Золотая отделка?

— Не настоящее золото. Настоящее золото больно ударило бы по вашему кошельку, а дереву оно ни к чему. — Элира говорила совершенно прямо. — Просто покрытие золотого цвета. Издалека выглядит не менее достойно, а стоит примерно втрое дешевле. Но для ребёнка я бы ничего слишком тяжёлого не советовала. Он маленький. Слишком много украшений будет выглядеть неуместно.

На противоположной стороне улицы Люсьен нахмурился.

Майло украдкой взглянул на него.

— Священник Люсьен, может, мне… прикрыть двери наполовину?

— Зачем?

— У вас такой вид, будто вы хотите сорвать вывеску через дорогу.

Люсьен его проигнорировал. Тем временем Элира уже завела клиентов внутрь. Перешагнув порог, она привычным движением поправила деревянную табличку у двери: «ГРОБЫ НА ЗАКАЗ ДЛЯ ВСЕХ РАС» — почти так же, как рыбак поправляет сеть.

— Не стойте. Садитесь, — сказала она. — Сегодня я одна, так что чай придётся наливать самой. Тёплый или комнатной температуры?

Отец вошёл следом с растерянным видом, словно до сих пор не понимал, как благословение настолько плавно перешло в обсуждение конструкции гроба. Элира уже заняла место за прилавком, вытащила книгу заказов и раскрыла её на чистой странице.

— Имя умершего?

— Севрин.

— Возраст?

— Четырнадцать.

Кончик пера Элиры замер.

— Очень молодой.

Она сказала это просто, не изображая скорбь. Глаза матери снова покраснели, однако обиды на её лице не было.

— Хоронить в драконьем облике или в частично человеческом?

— В драконьем.

— Хорошо. Значит, оставляем место под хвост. Кости крыльев уже сформировались?

— Крыльев у него ещё нет.

— Тогда намного проще.

Она продолжила писать.

— Есть семейные традиции? Ледяные кристаллы рядом с телом, сохранённые чешуйки, детские украшения для рогов, ткань для морозного тумана — что-нибудь такое?

Супруги переглянулись.

— У него есть кулон с ледяным ядром. Его подарили при рождении.

— Можно положить с ним.

— И мы хотим, чтобы он держал игрушечного снежного лиса.

Элира кивнула.

— Тоже можно.

Мать шмыгнула носом и спросила:

— Вы… много таких случаев видели?

— Много.

— Люди, эльфы, дварфы, орки, крылатые, водные расы, демоны, магические звери — беру всех. И гроб не обязательно должен быть деревянным. Кому-то нужен каменный саркофаг. Кому-то — ёмкость с солёной водой для сохранения тела. Слаймам нужны герметичные контейнеры. Для питомцев делаем маленькие гробы. Некоторым магическим телам нужны изолирующие саркофаги, чтобы остаточная магия не выходила наружу.

Она подняла глаза. Тон оставался деловым, но почему-то от этого становилось спокойнее.

— Если тело нужно правильно подготовить и сохранить, я обычно нахожу способ.

Только теперь отец по-настоящему оглядел лавку. Переднее помещение было маленьким, но содержалось в идеальном порядке. Вдоль левой стены шли образцы древесины — от самой дешёвой сосны до плотной тёмной твёрдой породы, каждый с аккуратной подписью. Справа висели погребальные ткани. Возле прилавка стояли таблица размеров и доска с ценами. На самом заметном месте в выставочной зоне красовался до нелепости роскошный резной гроб с блестящей отделкой. Он выглядел настолько дорогим, что, казалось, мог светиться сам по себе.

Отец не удержался:

— Этот тоже продаётся?

— Шедевр Элиры, — раздался от двери холодный голос.

Все обернулись. Неизвестно когда Люсьен успел перейти улицу. Он стоял у входа; лицо оставалось спокойным, но взгляд был заметно холоднее.

— Элира, — произнёс он. — Они только что закончили благословение.

— Знаю. — Она положила перо. — Поэтому и не стала тратить их время.

— Ты могла бы хотя бы дать им немного прийти в себя.

Элира посмотрела на него.

— Люсьен, ты до сих пор не понимаешь одну простую вещь?

— Какую?

— Не каждый может оставить тело лежать сутки и питаться одной верой. — Она постучала пальцем по книге заказов. — Сегодня нужно определить размер гроба. Нужно решить, каким будет погребение, организовать перевозку, выбрать материалы. Тело ребёнка нельзя оставлять надолго, а у ледяных драконов ещё и требования к холодовой герметизации. Можешь молиться за них хоть сто раз — я не против. Но когда ты закончишь молиться, кому-то всё равно придётся делать работу.

Люди, проведшие жизнь в храме, обычно говорили мягко. Элира — нет. Её слова падали, как плашмя брошенный на стол нож: не резали, но звук слышали все. Губы Люсьена сжались.

— Я не говорил, что телом не нужно заниматься.

— Но каждый раз, когда ты говоришь: «Не нужно много тратить», ты произносишь это так, будто это универсальная истина. — Она опёрлась бедром о прилавок. — Тебе могут не нравиться дорогие гробы. Позолота, резьба, надгробия, памятные украшения. Это твои убеждения. Не чужие.

Отец ледяного дракона стоял между ними и впервые ощутил себя человеком, зажатым между двумя целыми профессиями. С одной стороны ему говорили: душа уже ушла, материальное больше не важно. С другой: живые остались, и кто-то должен разобраться со всем, что следует дальше. Как ни странно, в словах обоих была своя правда. Мать опустила голову и коснулась холодной передней лапки сына.

— Мне всё равно, будет это дорого или нет, — тихо сказала она. — Я просто… не хочу, чтобы его положили в какую-то случайную коробку.

Люсьен замолчал. Элира тоже не ответила сразу. Через пару секунд она аккуратно выровняла перед собой книгу заказов. Голос стал чуть мягче.

— Понимаю. Тогда выберем то, что вам действительно нужно. За лишнее платить не заставлю.

Она вышла из-за прилавка и подвела их к образцам внутренней отделки для драконьих гробов.

— Он маленький, поэтому особенно толстые стенки не нужны. Подойдёт белая берёза или морозная сосна. Морозная сосна лучше сочетается с ледяным драконом, и рисунок древесины у неё красивее. Я бы посоветовала серо-белую обивку, чтобы она не перебивала естественный цвет чешуи. Если кладём кулон и игрушку, сделаю два крепления, чтобы во время перевозки они не катались по гробу.

Мать внимательно выслушала и впервые кивнула.

— А хвост?

— Оставлю пространство под естественный изгиб. Выпрямлять насильно не будем.

— А если мы хотим вырезать его имя на крышке…

— Можно. Или только семейный герб, — ответила Элира. — Если боитесь, что мороз со временем испортит надпись, можно сделать тонкую серебряную инкрустацию. Она держится дольше.

Люсьен всё ещё стоял у двери. Он смотрел, как Элира ходит между гробами и образцами ткани — спокойная, собранная, не изображающая сочувствие и не пытающаяся говорить красиво. Она просто знала, что нужно делать дальше, и без колебаний этим занималась. Именно это раздражало сильнее всего. Продажу похоронных товаров она умудрялась превращать в нечто до бесстыдства разумное.

Майло тихо перешёл за ним улицу и теперь стоял у него за спиной.

— Может… вернёмся?

Люсьен не двинулся. На другом конце лавки Элира положила перед семьёй два образца дерева.

— Этот дешевле и прочный, но цвет светлее. Этот дороже, зато лучше сочетается с чешуёй ледяного дракона. Решайте сами. Полную сумму сейчас вносить не нужно, достаточно утвердить параметры. Я свяжусь с Томой насчёт перевозки. Если на кладбище потребуется кто-то от храма…

Она посмотрела в сторону Люсьена.

— …тот, что стоит у двери, не совсем бесполезен.

Майло едва не подавился. Люсьен помрачнел ещё сильнее. И, что казалось невозможным, отец ледяного дракона тихо рассмеялся. После этого ему словно стало легче дышать. Впервые он понял: всё не просто закончилось. Наоборот, теперь происходящее начали разбирать по частям и понемногу приводить в порядок. Он посмотрел на Элиру.

— Тогда сделаем, как вы советовали. Морозная сосна. Серо-белая обивка. Кулон и игрушка. И вырежьте его имя.

Элира кивнула и записала.

— Хорошо. До полудня отправлю размеры в мастерскую. Основной короб смогут закончить не раньше завтрашнего дня. Если хотите осмотреть гроб до похорон, сначала привезут его сюда.

Мать тихо спросила:

— Вы правда делали много заказов для драконов?

— Да.

Элира указала в сторону заднего двора.

— В прошлом месяце делала усиленный гроб для взрослого каменного дракона — несли восемь человек. До него семья ледяных драконов заказывала огромный гроб с золотистой отделкой и полным комплектом украшений. Ещё раньше был старый боевой дракон; его хозяин настоял, чтобы сломанный рог похоронили вместе с ним. Пришлось сделать в боковой стенке отдельный канал под рог.

Она перечисляла случаи как позиции из каталога. Голос был ровным. Даже слишком отработанным. И именно эта уверенность не оставляла сомнений, что она не хвастается. Отец медленно выдохнул.

— Тогда… доверим это вам.

— Для этого я здесь.

Элира достала расчётную доску и перевернула на страницу с авансом. Люсьен закрыл глаза. Майло решил, что устал жить.

Как и ожидалось, Элира, не поднимая головы, спросила:

— Наличными или записать ваше имя и принять аванс до конца дня?

Люсьен открыл глаза и уставился на неё. Словно почувствовав взгляд, Элира наконец подняла голову и улыбнулась ему своей безупречно деловой улыбкой.

— Не смотри на меня так, священник.

— Ты говоришь, что мёртвым больше ничего не нужно.

— Я продаю то, что всё ещё нужно живым.

По улице пронёсся порыв ветра. Деревянная табличка «ЗАКАЗЫ ДЛЯ ВСЕХ РАС» приподнялась и мягко качнулась рядом с дверью. Люсьен стоял молча и смотрел на Элиру. Та опустила голову и продолжила писать. Почерк был быстрым и аккуратным — рука человека, который давно привык работать сквозь чужие слёзы, споры и невозможные размеры. Снаружи утреннее солнце одинаково освещало белые каменные стены храма и ровный ряд гробов у её лавки. День в Морроугейте только начинался. А Люсьен уже совершенно ясно понимал одно: пока эта женщина работает через дорогу, тишины на этой улице не будет.

Глава 2. Гроб нельзя делать из дерева

На следующее утро Элира открыла дверь и обнаружила снаружи шестерых эльфов. Шестерых. Ровно шестерых. На всех были светлые одежды. Волосы — от серебристо-белых до светло-золотых, лица — торжественно-серьёзные. Они стояли настолько тихо, будто провели здесь всю ночь. Элира оставила одну руку на двери и внимательно их осмотрела.

— Кто умер?

Стоявший впереди пожилой эльф ответил:

— Дерево.

Элира замерла.

— Что?

— Наше дерево.

Она распахнула дверь полностью.

— Заходите.

Последние два дня торговля шла хорошо, поэтому и терпения на странных клиентов у Элиры хватало с избытком. Впрочем, если клиенты собирались платить, терпения у неё обычно и так хватало. Шесть эльфов чинно вошли внутрь. Последний даже посмотрел под ноги, словно боялся повредить порог. Элира вернулась к прилавку, открыла книгу учёта и достала бланк заказа.

— Имя.

— Эларион, — сказал старший.

Перо коснулось бумаги.

— Имя умершего?

— Эларион.

Она подняла голову.

— Вас тоже зовут Эларион?

Старик покачал головой.

— Я Терен.

— Тогда почему вы только что сказали «Эларион»?

— Вы спросили имя.

Элира зачеркнула первую графу. Эльфы иногда были именно такими. Задаёшь один вопрос — получаешь ответ строго на этот вопрос, словно за каждое лишнее слово приходится платить отдельно. Она начала заново.

— Хорошо. Умерший: Эларион. Возраст?

— Восемьсот семьдесят два года.

Элира на мгновение замедлила письмо.

— Возраст дерева?

— Да.

— Порода?

— Серебролунный вяз.

— Высота?

Все шестеро замолчали. Элира подняла взгляд.

Терен ответил:

— Остался двадцать один метр.

Пальцы Элиры чуть сильнее сжали перо.

— Остался?

— Часть верхних ветвей уже опала.

— То есть раньше он был выше?

— Около двадцати четырёх метров.

Элира посмотрела на бланк. Затем на входную дверь. Двадцать один метр. Даже её задний двор не был двадцать один метр от края до края.

— Вы хотите похоронить дерево целиком?

— Да.

— Его нельзя распилить?

Все шестеро посмотрели на неё. В ту же секунду Элира поняла: вопрос был неправильным.

Голос Терена стал холоднее.

— Эларион был с нашей семьёй больше семисот лет.

— Поняла.

Элира тут же записала: НЕ РЕЗАТЬ. Первое правило заработка: не спорить с традициями клиента, если клиент готов тратить деньги.

— Как хотите провести погребение? Оставить дерево на месте или перевозить?

— Перевозить.

— Корни?

— Сохранить целиком.

Она добавила ещё одну запись: КОРНЕВАЯ СИСТЕМА ЦЕЛАЯ. Прекрасно. Заказ переходил из категории «сложный» в категорию «чрезвычайно сложный». А сложность обычно означала дополнительные расходы. Настроение у Элиры всё ещё было отличное.

— Какой контейнер вам нужен?

Терен ответил так, словно это было совершенно очевидно:

— Гроб.

Элира с такой же естественностью кивнула.

— Хорошо.

Шесть эльфов заметно расслабились.

— Особые требования?

— Он не должен быть сделан из дерева.

Элира замерла с пером над бумагой. В лавке стало тихо. Как раз в этот момент по улице проехала повозка, и стук колёс по камню прозвучал особенно громко. Элира медленно подняла голову.

— Повторите.

— В гробе не должно быть дерева.

— Вы хотите гроб для дерева.

— Да.

— Но сам гроб не может быть деревянным.

— Да.

Элира смотрела на них. Шесть эльфов с абсолютной серьёзностью смотрели в ответ. Никто не шутил. Она отложила перо.

— Почему?

Стоявшая рядом с Тереном эльфийка нахмурилась.

— Потому что древесина — останки другого дерева.

Элира замолчала. Несколько секунд она даже не могла найти изъян в этой логике. С эльфийской точки зрения всё почти идеально. Она оглянулась на стену с образцами древесины. Сосна. Берёза. Чёрная ель. Морозная сосна. Железное дерево. Целая стена. Сегодня — совершенно бесполезная.

— Каменный саркофаг?

— Слишком тяжёлый, — ответил Терен.

— Вы собираетесь хоронить нечто длиной двадцать один метр и только сейчас решили переживать из-за веса?

Эльфийка одарила её взглядом. Элира продолжила как ни в чём не бывало.

— Металл?

— Мы не хотим, чтобы Эларион надолго оказался заключён в металле.

— Керамика?

— Слишком легко трескается.

— Плетёная лоза?

— Лоза — растение.

— Точно.

Она почти забыла. Элира откинулась на спинку стула. Впервые ей принесли заказ, который вообще не вписывался ни в одну позицию её каталога. Это немного раздражало. И одновременно немного будоражило. Она выросла в похоронной лавке. Клала в гробы людей. Дварфов. Орков, крылатых, водных, демонов — кого только не приходилось обслуживать. В прошлом году ей даже принесли мёртвого болотного зверя, который после смерти каждые несколько часов продолжал брызгать кислотой. И для него она нашла решение. А здесь всего лишь дерево длиной двадцать один метр. Не было ни одной причины, по которой она не справится. Элира снова взяла перо.

— Бюджет?

Терен назвал сумму. В глазах Элиры мелькнул интерес. Она не ответила сразу.

— Это предел?

— Если результат нас устроит, можем увеличить.

— Насколько?

Терен назвал вторую сумму. Элира выпрямилась. Отлично. Этот заказ нужно было взять. Не только из профессиональной гордости. В основном потому, что цифра была прекрасной. Она достала ещё один лист.

— Можно попробовать оболочку из минерального песка.

Все шестеро посмотрели на неё.

— Что это?

— Не каменный саркофаг и не керамика. Внешнюю оболочку делаем из лёгкого минерального песка, раствора и закрепляющего порошка, а внутри ставим тонкий каркас для поддержки. Получится легче камня, без древесины и вообще без растительных материалов.

Терен задумчиво нахмурился.

— Проблема, — продолжила Элира, — в том, что здесь я ничего такого размера не построю.

— И что тогда делать?

— Найти того, кто сможет.

Она уже записывала размеры.

— Сегодня принесите мне точные замеры. Самая широкая часть ствола, размах корней, длина самой длинной оставшейся ветви и маршрут перевозки. Особенно маршрут.

Она подняла голову.

— Не хочу закончить работу, а потом обнаружить, что всё это не проходит в городские ворота.

Эльфы переглянулись.

Один из молодых спросил:

— Почему может не пройти?

Элира взглянула на него.

— Потому что длина — двадцать один метр.

Больше молодой эльф ничего не спрашивал.

— И ещё. — Она постучала кончиком пера по бумаге. — Как вы собираетесь доставать дерево из земли?

— Природной магией поднимем корневую систему целиком, — ответил Терен.

— Отлично. Тогда я отвечаю только за контейнер.

Подумав, она добавила:

— Перевозка оплачивается отдельно.

Эльфийка тут же спросила:

— Почему?

— Потому что двадцать один метр.

Тишина.

— Всё, что шире моего дверного проёма более чем вдвое, оплачивается по отдельному тарифу за перевозку.

Это правило Элира придумала прямо сейчас. Позже надо будет добавить его на доску с ценами. Терен не возразил.

— Мы согласны.

Настроение Элиры стало ещё лучше.

— Тридцать процентов авансом.

— Согласны.

Она тут же подвинула счёт. В этот момент через дорогу зазвонил храмовый колокол. Утренняя молитва закончилась. Элира машинально взглянула в окно. Двери храма открылись. На ступени вышел Люсьен, а за ним Майло. На Люсьене, как всегда, были чистые белые одежды, в одной руке — молитвенник. Утренний свет ложился на аккуратные каменные ступени храма. Всё по ту сторону улицы выглядело тихим и упорядоченным — полной противоположностью похоронной лавке напротив. Его взгляд почти сразу остановился на происходящем у Элиры. Шесть эльфов. Вокруг прилавка. Бланк заказа. И Элира, считающая аванс. Люсьен остановился. Майло остановился вместе с ним.

— Это же семья Лунного Леса, да? — Майло узнал одного из эльфов. — Их Эларион вчера умер.

Люсьен кивнул. Он знал. Дерево росло к северу от города несколько столетий. Вчера семья даже приходила в храм просить благословение. Люсьен не считал, что у деревьев душа устроена точно так же, как у разумных рас, но для семьи Эларион явно много значил. Майло снова посмотрел через дорогу.

— Что они делают в похоронной лавке?

Люсьен не ответил. Ему самому было интересно. Как раз в этот момент Элира вышла из-за прилавка с мерной лентой в руке. Терен что-то сказал. Элира развела руки, показывая очень большое расстояние. Майло окончательно растерялся.

— Они ведь не…

Люсьен наконец посмотрел на него.

— Не что?

Майло понизил голос:

— Не покупают же гроб для дерева?

Люсьен промолчал. Через пару секунд он закрыл молитвенник и перешёл улицу. Майло остался стоять. Снова. Через мгновение поплёлся следом. Медный колокольчик над дверью лавки звякнул. Элира даже не обернулась.

— Если пришёл что-то покупать, подожди.

Люсьен остановился у входа.

— Я ничего не покупаю.

— Тогда жди снаружи.

Все шестеро эльфов обернулись. Терен узнал его и вежливо поклонился.

— Священник Люсьен.

Люсьен ответил кивком.

— Что Элира для вас делает?

Элира пересчитывала аванс и головы не подняла.

— Гроб.

Люсьен медленно перевёл на неё взгляд.

— Для кого?

— Для дерева.

Майло только что вошёл и тут же остановился. Значит, всё-таки гроб для дерева.

Люсьен спросил:

— Из чего?

Элира наконец подняла глаза.

— Почему у тебя сегодня столько вопросов?

— Я просто хочу понять, зачем дереву гроб.

Терен спокойно ответил:

— Эларион — член нашей семьи.

Люсьен не стал насмехаться. Он серьёзно объяснил:

— Если Эларион был вам дорог, вы, конечно, вправе устроить прощальный обряд. Но внешняя оболочка не изменит того, что со временем он всё равно вернётся в землю.

— Они знают, — тут же сказала Элира.

Люсьен посмотрел на неё.

— Тогда зачем…

— Потому что хотят.

Она добавила:

— И уже внесли аванс.

Последняя часть ей явно нравилась больше всего. Брови Люсьена сошлись. Увидев его выражение, Элира сразу повеселела ещё сильнее.

— Расслабься. Я их не обманула.

— Я не говорил, что обманула.

— Зато лицо сказало.

Майло тихо отступил к выставочным гробам. Между этими двумя ему стоять не хотелось. Люсьен взглянул на эскиз на прилавке.

— Контейнер такого размера будет очень дорогим.

— Да.

— Они могли бы провести обычное древесное погребение.

— Да.

— И всё равно ты…

— Госпожа Элира уже объяснила нам другие варианты, — перебил Терен. — На гробе настаиваем мы.

Люсьен замолчал. Элира с довольным видом откинулась на спинку стула.

— Слышал?

Люсьен её проигнорировал.

Он обратился к Терену:

— Если это ваше решение после того, как вы рассмотрели другие варианты, я вмешиваться не стану.

— Спасибо.

— Элира.

— Да?

— Не добавляй ничего ненужного.

Элира мгновенно посуровела.

— Вон.

— Я только напоминаю.

— Это моя лавка.

— Я знаю.

— Тогда возвращайся в свой храм.

Майло тихо развернулся. Люсьен, однако, остался на месте. Элира указала на дверь.

— Если простоишь здесь ещё немного, я начну брать с тебя плату за консультацию.

Один из молодых эльфов опустил голову, явно пряча улыбку. Люсьен несколько секунд смотрел на неё, затем наконец развернулся и вышел. Майло поспешил следом. На середине улицы он оглянулся. Элира уже снова считала деньги, будто ничего не произошло.

— Священник Люсьен?

— Что?

— У неё в последнее время торговля особенно хорошо идёт?

Люсьен даже не замедлил шаг.

— Не знаю.

Майло снова посмотрел на лавку. Вчера семья ледяных драконов. Сегодня эльфы. А за последние несколько дней ещё и несколько грузовых повозок туда-сюда.

— По-моему, очень хорошо.

Люсьен ничего не ответил, только заметно похолодел.

Элиру его настроение нисколько не волновало. Сейчас её интересовало только одно: как именно делают гроб для дерева?

В полдень она наполовину закрыла лавку, взяла эскиз и отправилась прямо в ремесленный квартал. В мастерской Брама Кесса всегда было громче, чем во всех соседних зданиях вместе взятых. Элира едва переступила порог, как мимо пролетела древесная стружка и чуть не упала ей на туфлю.

— Брам!

Ответа не было.

— Большой заказ!

Стук молотков прекратился сразу. Через несколько секунд из-за верстака, заваленного досками и инструментами, показался дварф. Его борода выглядела так, будто только что подралась с пилой и проиграла.

— Насколько большой?

Вот за это Элира любила работать с Брамом. Он никогда не спрашивал, кто умер. Не спрашивал, как. Не интересовался, скорбит ли семья. Он спрашивал о заказе.

— Двадцать один метр.

Брам уставился на неё.

— Что умерло?

— Дерево.

— …

— Эльфийская семья.

— …

— Хотят гроб.

Брам вышел из-за верстака.

— Двадцать один метр?

— Да.

— Для дерева?

— Да.

— Гроб?

— Да.

— И деревянным он быть не может?

Элира уставилась на него.

— Откуда ты знаешь?

Брам безрадостно хмыкнул.

— Эльфы.

Он подошёл ближе.

— Они полдня пьют из деревянной чашки, а потом спорят, дало ли дерево, из которого её сделали, своё согласие.

Элира развернула эскиз.

— Сможешь сделать оболочку из минерального песка?

Брам посмотрел на рисунок. Потом ещё раз.

— Смогу.

— Сколько?

Он назвал цену. Элира тут же нахмурилась.

— Дорого.

— Сделай сама.

— Снизь.

— Вон отсюда.

— Я дам тебе постоянные заказы.

— Ты это в прошлом месяце говорила.

— В прошлом месяце я дала тебе одиннадцать заказов.

Брам замер.

— Двенадцать.

— Один был переделкой. Не считается.

— Ты неправильно записала размеры.

— У клиента после этого выросли рога.

— У трупа после смерти выросли рога?

— Демон.

Брам уставился на неё. Элира — на него. Через несколько секунд он забрал эскиз.

— Минеральный песок подойдёт. Внутри нужен лёгкий стальной каркас. При такой длине, если сделать оболочку целиком, во время перевозки она треснет. Лучше секциями.

— Нет. Семья хочет цельную.

— Тогда пусть платят.

— Заплатят.

Выражение Брама изменилось.

— Правда?

— Бюджет большой.

— Насколько?

Элира назвала сумму. Брам сразу посерьёзнел.

— Можно сделать цельной.

Элира посмотрела на него без всякого выражения.

— Ты только что сказал, что треснет.

— При большом бюджете трескается меньше.

— Инженерия зависит от бюджета?

— Конечно.

Элира кивнула. Справедливо. Она подвинула к нему чертёж.

— Сегодня после обеда езжай на место и всё измерь.

— Отдельная плата.

— Включи в заказ.

— Перевозка?

— Позову Тому.

— Его развалюха не увезёт двадцать один метр.

— Значит, найму платформу.

Они уже одновременно считали материалы. Минеральный песок. Стальной каркас. Закрепляющий порошок. Работа. Перевозка. Подъём. Чем дольше Элира считала, тем ярче блестели глаза. Себестоимость высокая, но прибыль всё равно прекрасная. А главное, если всё получится, она официально добавит в каталог новую позицию: КРУПНОГАБАРИТНЫЕ СПЕЦИАЛЬНЫЕ ГРОБЫ БЕЗ ДРЕВЕСИНЫ. Возможно, во всём Морроугейте больше никто подобного не делает. Брам явно подумал о том же.

— Ты собираешься добавить это в каталог?

— Конечно.

— Кто каждый день покупает гроб для дерева?

— Кто сказал, что туда можно класть только деревья?

Элира начала загибать пальцы.

— Эльфы, которым не нравится древесина. Необычные демоны с реакцией на древесную магию. Огненные существа, которым нужен огнеупорный материал. Некоторые водные расы. Дворяне, которым камень кажется слишком тяжёлым…

Брам посмотрел на неё.

— У тебя в голове всё рано или поздно превращается в товар?

Элира серьёзно задумалась.

— Почти всё.

К вечеру она приняла ещё два заказа. Один обычный человеческий гроб. Одна урна для пожилого магического зверя. Ни один заказ не был крупным, но деньги есть деньги. Элира взяла оба.

После заката лавки на улице начали закрываться. В храме закончилась последняя вечерняя молитва. Элира заперла дверь и вернулась к прилавку. Клиентов на сегодня больше не будет. Это была её любимая часть дня. Не потому, что становилось тихо. А потому, что можно было заняться расчётами.

Она подтянула к себе денежный ящик. Сначала медь. Один. Два. Пять. Десять. Затем серебро. Потом аванс эльфийской семьи. Элира одновременно считала и записывала. Остаток оплаты по заказу ледяного дракона. Сегодня получен аванс за гроб для дерева.

Один стандартный гроб. Одна урна. Вычесть предоплату за материалы. Вычесть аванс Браму. Вычесть резерв на перевозку. Вычесть образец закрепляющего порошка, который она купила сегодня.

Элира пересчитала. Остановилась. Посчитала ещё раз.

Цифра не изменилась.

Она уставилась на итог. Чистый приток денег за день оказался даже выше, чем она ожидала. Элира медленно откинулась на спинку стула и не смогла сдержать улыбку. Затем вернулась к началу месяца, ещё раз сложила выручку за предыдущие дни и прикинула будущие выплаты по заказам ледяного дракона и эльфов.

Если всё будет идти так же…

Можно раньше отремонтировать задний двор. Рабочий стол, который она собиралась менять зимой, можно заменить уже сейчас.

Ещё несколько нестандартных заказов — и, возможно, получится арендовать пустое складское помещение по соседству. Элира взяла перо и написала рядом с расчётами: СКЛАД.

Подумала и ниже добавила: ПОДУМАТЬ О ПОМОЩНИКЕ.

Она смотрела на эти две строки и радовалась всё больше. Последнее время дела шли очень хорошо. Очень.

Элира отнесла книгу наверх, умылась, переоделась и легла в постель. За окном уже полностью стемнело. В храме через дорогу ещё горели несколько огней. Даже лёжа в кровати, Элира продолжала перебирать в голове цифры. Остаток оплаты за ледяного дракона. Прибыль с древесного гроба. Стандартный гроб и урна. Дополнительная плата за конструкцию, которая, возможно, появится после завтрашних замеров Брама. Всё хорошо.

Через дорогу один раз прозвонил вечерний храмовый колокол.

Уже почти засыпая, Элира вспомнила, что на завтра у Люсьена назначено три погребальных благословения.

В темноте её глаза снова открылись.

Три благословения.

Завтра клиентов может быть ещё больше.

Глава 3. В гроб можно положить что угодно

На третье утро работы Элиры кто-то уже ждал у двери, когда она открыла лавку. Точнее, ждали девочка и ведро. Девочке было лет десять. Она сидела на ступеньке, обеими руками крепко обхватив деревянное ведро. Глаза сильно опухли от слёз. Как только Элира отперла дверь, девочка встала.

— Вы Элира Восс?

— Да.

— Мне сказали, у вас можно положить в гроб что угодно.

Рука Элиры замерла на дверной ручке. Хорошая фраза. Стоило запомнить.

— Сначала заходи.

Девочка с трудом попыталась поднять ведро. Элира наклонилась помочь. Оно оказалось тяжёлым. Внутри что-то влажно плеснуло. Элира посмотрела вниз. По внутренней стенке медленно сползала полупрозрачная голубая желеобразная масса. Несколько секунд она просто смотрела.

— Слайм?

Девочка кивнула.

— Мой дедушка.

Элира помолчала пару секунд.

— Хорошо.

Она занесла ведро внутрь и поставила возле прилавка.

— Когда он умер?

— Вчера ночью.

— От чего?

— Он был старенький.

Элира достала книгу заказов. Нормально. Наконец-то что-то попроще: не утонувший ледяной дракон и не дерево длиной двадцать один метр, которому нужен гроб.

— Имя?

— Бобо.

— Возраст?

— Сто три года.

— Что ты хочешь с ним сделать?

— Гроб, — сразу ответила девочка.

Элира подняла глаза. Потом посмотрела на ведро. Бобо чуть сильнее сполз на одну сторону.

— Обычный гроб не подойдёт.

Лицо девочки сразу вытянулось.

— Почему?

— Если я вылью твоего дедушку из ведра в деревянный гроб, к завтрашнему дню он может просочиться через щели.

Глаза девочки тут же наполнились слезами.

— Дедушка не убежит.

— Я знаю.

Элира взяла тряпку и вытерла немного голубой жидкости, просочившейся через край.

— Но он будет вытекать.

Девочка посмотрела вниз. По стенке уже тянулась ещё одна тонкая голубая струйка. Спорить она перестала. Элира ушла в помещение для хранения и вернулась с тремя герметичными контейнерами. Самый большой доходил почти до пояса взрослому человеку.

— После смерти слаймы постепенно теряют форму, поэтому обычно используют что-то вроде этого.

Девочка внимательно осмотрела контейнер.

— Похож на банку для солений.

Элира ничего не сказала. Девочка указала на второй.

— А этот?

— На банку для варенья.

— А третий?

— Больше на банку для солений.

Элира посмотрела на все три контейнера. До сегодняшнего дня она никогда не считала их проблемой. Герметичные. Не протекают. Трудно разбить. Дешёвые. Но стоило десятилетнему ребёнку описать их вслух — и все трое внезапно стали выглядеть как кухонная тара.

Девочка тихо спросила:

— А нельзя сделать такой, чтобы был похож на гроб?

Элира повернулась.

— Что?

— Дедушка всегда говорил, что после смерти хочет спать в гробу.

— У слаймов нет костей.

— Но дедушке нравились гробы.

Элира не ответила. Ещё раз посмотрела на три герметичные банки, затем вытащила чистый лист бумаги.

— Как ты хочешь, чтобы он выглядел?

Девочка подбежала к выставочной зоне и указала на обычный человеческий гроб.

— Вот так.

Элира посмотрела туда же. Внешняя оболочка в форме гроба. Внутри — полностью герметичный контейнер. Сверху прозрачная крышка. Если стандартизировать размеры, производство окажется несложным. И к тому же… В Морроугейте обитало немало слаймов. Сейчас после смерти их в основном помещали в обычные банки. Значит, почти никто такого не делал.

В глазах Элиры постепенно появился деловой азарт. Она опустила голову и начала рисовать.

— Могу.

Глаза девочки расширились.

— Правда?

— Правда.

Элира набросала маленький контейнер в форме гроба.

— Внутри — бесшовная герметичная оболочка, снаружи — корпус гроба. Если хочешь его видеть, можно сделать прозрачную крышку.

— Хочу.

— Прозрачная крышка оплачивается отдельно.

Девочка тут же полезла по карманам.

— А можно голубой?

— Можно.

— Хочу голубой.

— Цвет тоже оплачивается отдельно.

Девочка высыпала на прилавок содержимое маленького тканевого кошелька. По дереву рассыпались медные монеты и несколько серебряных. Элира посчитала. Немного не хватало. Пересчитала ещё раз. Всё равно не хватало двух серебряных. Девочка тревожно следила за её лицом.

— Госпожа Элира, можно я остальное потом заплачу?

Элира сделала запись в заказе: ГОЛУБОЕ ОКРАШИВАНИЕ — БЕСПЛАТНО ДЛЯ ПЕРВОГО ЗАКАЗА.

Девочка моргнула.

— Это бесплатно?

— Сегодня.

— Почему?

— Потому что ты первая.

Элира сложила монеты в отдельный мешочек и пока не внесла их в дневную выручку.

— Для официальной передачи тела и окончательного оформления заказа нужна подпись взрослого родственника. Кто ещё есть в семье?

— Тётя вернётся сегодня после обеда.

— Приходи с ней. Цвет и вид можешь выбрать сейчас. Она подпишет окончательное подтверждение.

Девочка серьёзно кивнула.

— Следующим, кто захочет голубой, уже придётся платить.

Наконец девочка слабо улыбнулась.

— Спасибо.

— После обеда принеси дедушку обратно, я нормально его запечатаю. Сначала уточню объём, а внешний корпус сделаю завтра.

Девочка подняла ведро. У двери обернулась.

— Вы точно дедушку никуда не выльете?

Элира посмотрела на неё.

— Ты уже заплатила мне.

Девочка моргнула.

— И что?

— Я не теряю имущество клиентов.

Удовлетворившись ответом, девочка наконец ушла. Медный колокольчик звякнул, дверь закрылась.

Элира тут же достала каталог товаров, открыла последнюю страницу и написала: ГЕРМЕТИЧНЫЙ КОНТЕЙНЕР В ФОРМЕ ГРОБА ДЛЯ СЛАЙМОВ.

Маленький. Средний. Большой.

Прозрачная крышка — доплата.

Окрашивание — доплата.

Табличка с именем — доплата.

Гравировка — доплата.

Особый внешний корпус — доплата.

Она прикинула себестоимость. Если бесшовные внутренние контейнеры производить партиями, прибыль окажется заметно выше, чем с обычных банок.

Элира довольно посмотрела на страницу.

— Неплохо.

Ещё один товар.

Она уже собиралась нарисовать стандартные размеры, когда снова звякнул колокольчик.

— Добро пожаловать.

Никто не ответил.

У двери что-то тяжело стукнуло. Элира подняла голову. В дверном проёме застряло огромное белое крыло.

— Стойте!

Двое крылатых мужчин снаружи замерли. Они несли тело взрослого мужчины. Оба крыла умершего были полностью расправлены. Левое зацепилось за косяк, правое едва не снесло табличку с ценами. Элира за три шага пересекла помещение.

— Назад.

— Но мы пришли…

— Я знаю, что вы пришли что-то купить. — Она указала на витрину. — Только сначала не разберите мне лавку.

Они отступили на улицу и положили тело на транспортную раму. Элира вышла с мерной лентой.

— Почему крылья не складываются?

Один из мужчин несчастно ответил:

— После смерти окоченели.

— Можно согнуть?

Лица обоих мгновенно изменились.

— Нет!

— Хорошо.

Элира спорить не стала. Если клиент сказал нет — значит нет.

Она присела и начала мерить. Рост. Ширина плеч. Левое крыло. Правое. Самая высокая точка костей крыльев. Длина хвостовых перьев. Наконец выпрямилась и посмотрела на ленту.

— Стандартный гроб для крылатых не подойдёт.

— Почему?

— Слишком широкий размах.

— Мы раньше уже покупали гробы для крылатых.

Элира указала на тело.

— Его крылья примерно на тридцать процентов больше стандарта.

Один из мужчин немного оживился.

— В молодости он был чемпионом по дальним перелётам.

— Тогда понятно.

В лице мужчины мелькнула гордость. Элира записала ещё одну цифру.

— Древесины уйдёт почти втрое больше.

Гордость исчезла.

— Сколько?

Элира назвала цену. Оба замолчали.

— Столько?

— Можно сложить крылья.

— Нет.

— Тогда такая цена.

Один из мужчин поколебался.

— Есть вариант дешевле?

— Есть.

Элира достала каталог базовых материалов.

— Сосна. Без резьбы. Стандартная обивка. Двухсекционная крышка.

— Почему двухсекционная?

— Одна цельная крышка такой ширины с большой вероятностью кого-нибудь придавит при переноске.

Оба посмотрели на размах крыльев. Логика была понятна.

— Хорошо. Берём.

Элира протянула руку.

— Аванс.

Ей передали мешочек с деньгами. Второй заказ.

Крылатые едва успели уйти, как в конце улицы послышалась ругань.

— Я сказал, мы их не отпиливаем!

— Тогда как ты собираешься закрыть гроб?!

— Это рога отца!

— Отец умер!

— Повтори!

К лавке быстрым шагом шли три орка, за ними несли транспортную доску с телом пожилого орка. Из головы поднимались два огромных рога. Элире хватило одного взгляда, чтобы понять всю проблему.

— Заносите.

Один из орков указал на дверной проём.

— Рога заденут.

— Несите ниже.

— Он мёртвый. Сам голову не пригнёт.

Элира посмотрела на него.

— Значит, пригните за него.

Все трое замолчали.

Пришлось повозиться, но в конце концов тело внесли внутрь. Элира измерила тело, гроб и отдельно рога.

— Крышка не закроется.

Один орк тут же развернулся ко второму.

— Слышал?

— Заткнись!

— Отпилить проще всего!

— Тронешь рога отца — сначала твои отпилю!

Элира положила мерную ленту на стол.

— Высокая крышка.

Все трое резко замолчали и посмотрели на неё.

— Можно?

— Можно.

— Сколько?

— Пятнадцать серебряных.

— Пятнадцать?!

— Ты просто сделаешь крышку выше!

— Да.

— Почему так дорого?

— Новая конструкция, новые замеры, дополнительная древесина, дополнительная работа.

Она сделала паузу.

— Или отпилите рога.

— Нет!

— Тогда пятнадцать.

Трое ушли спорить в угол. Элира налила себе чай. Выпила половину чашки. Наконец они вернулись.

— Высокую крышку.

Элира поставила чашку.

— Аванс.

Третий платёж.

День становился всё лучше.

После обеда у двери остановилась очень изящная маленькая карета. Из неё вышла пожилая женщина в дорогой одежде. На руках она держала маленького белого магического зверя, уже мёртвого. Размером он был не больше взрослой кошки.

— Элира Восс?

— Я.

— Я хочу гроб для сына.

Элира посмотрела на женщину. Потом на магического зверя у неё на руках.

— Гробы для питомцев и маленьких зверей справа.

— Нет.

— Тогда какой вам нужен?

— Детский.

Элира замерла.

— Человеческого детского размера?

— Да.

— Он очень маленький.

Женщина крепче прижала тело.

— Он мой сын.

— Понимаю.

— Нет, не понимаете.

Она опустила голову и погладила маленькую голову, которая больше никогда не шевельнётся.

— Он был со мной двадцать шесть лет.

Больше Элира ничего не спрашивала. Развернулась.

— Тогда посмотрим детский раздел.

Женщина выбирала долго и внимательно. В итоге остановилась на белом гробе среднего размера. Маленький зверь займёт едва половину. Элира ещё раз уточнила:

— Этот?

— Да.

— Он большой.

— Мне всё равно.

— Останется много пустого места.

Женщина покачала головой.

— Он ненавидел тесноту.

Элира посмотрела на крошечное животное, которое почти поместилось бы в корзине.

— Хорошо.

Она оформила заказ. Женщина этого хотела и была готова заплатить. Причин отказывать не было.

Четвёртый заказ.

Немного после трёх Люсьен закончил благословение в храме. Выйдя наружу, первым делом увидел через дорогу недоделанный гроб такой ширины, что тот почти напоминал двуспальную кровать. Люсьен остановился. Майло вышел следом и тоже остановился.

— Что это?

Люсьен не ответил. Элира вышла с листом расчёта древесины. Майло не удержался.

— Госпожа Элира?

— Да?

— Почему этот гроб такой широкий?

— Для крылатого.

— Обычный не подходит?

— Крылья слишком большие.

Люсьен нахмурился.

— После смерти положение крыльев можно изменить.

Элира подняла голову.

— Семья отказалась.

— И ради того, чтобы оставить их расправленными, ты потратишь в несколько раз больше древесины?

— Да.

— Это лишнее.

Она посмотрела на него.

— Ты платишь?

Люсьен промолчал.

Элира кивнула.

— Прекрасно.

Она уже развернулась к двери, когда Люсьен заметил ведро у прилавка и лежавший рядом рисунок.

— А это?

Элира обернулась.

— Слайм.

— Я про рисунок.

Она подняла лист.

— Гроб для слайма.

Люсьен уставился на него.

— Что?

— Гроб для слайма.

Майло наклонился ближе. Форма гроба. Прозрачная крышка. Герметичная внутренняя часть.

— Вообще-то… — Он замялся. — Довольно подходяще.

Люсьен повернул голову. Майло тут же отступил. Элира проигнорировала обоих.

— Сделаю три стандартных размера. Прозрачная крышка — доплата. Цвет — доплата. Табличка с именем — доплата.

Люсьен нахмурился.

— Достаточно обычной герметичной банки.

— Клиенту она не нравится.

— Функция та же.

— У облачения священника и мешка функция примерно одна и та же.

Лицо Люсьена потемнело.

— Это совершенно разные вещи.

— И то и другое закрывает тело.

— Одеяние священника обозначает его статус и веру.

Элира кивнула.

— А гроб может обозначать то, как человек хочет попрощаться.

На этот раз Люсьен не ответил сразу.

Элира добавила:

— И ещё этот вариант дороже продаётся.

Майло опустил голову. Ну конечно.

Элира свернула рисунок. Люсьен смотрел на неё.

— Ты теперь на всё смотришь и думаешь, можно ли это продать?

Элира серьёзно задумалась.

— Почти на всё.

И вернулась в лавку. Медный колокольчик весело звякнул. Люсьен остался снаружи, глядя на дверь с выражением лица, которое хорошим никак не назовёшь.

Вечером, закрыв лавку, Элира задёрнула шторы, поставила денежный ящик на прилавок и начала сводить счета.

Аванс за гроб для слайма.

Аванс за огромный гроб для крылатого.

Доплата за высокую крышку для орка.

Полная оплата детского гроба.

Плюс два обычных заказа на принадлежности, принятых утром.

Она записала всё по очереди.

Вычесть материалы.

Вычесть мастерскую.

Вычесть резерв на перевозку.

Оставшаяся сумма всё равно была очень приятной.

Элира пересчитала.

Верно.

Она откинулась на спинку стула и посмотрела в книгу, медленно улыбаясь.

Вчера было хорошо.

Сегодня — ещё лучше.

Если завтра продолжится так же…

Будет совсем прекрасно.

Она достала каталог товаров, посмотрела на новый гроб для слайма, затем вспомнила огромный гроб для крылатого и высокую конструкцию под орочьи рога.

Вверху страницы написала:

В ГРОБ МОЖНО ПОЛОЖИТЬ ЧТО УГОДНО.

Чем дольше Элира смотрела на эту фразу, тем больше она ей нравилась. Может быть, когда-нибудь она и правда повесит её на вывеске.

Элира закрыла книгу и отнесла денежный ящик наверх.

Ночью, уже лёжа в постели, она снова в уме пересчитала дневную выручку.

На середине подсчёта улыбнулась.

Морроугейт в последнее время…

Какое же прекрасное место для похоронного бизнеса.

Глава 4. Сколько заказов сегодня прислал храм?

Недавно Элира обнаружила одно очень практичное преимущество храма через дорогу. Постоянный поток клиентов.

Раньше ей и в голову не приходило считать. Но теперь, когда дела пошли особенно хорошо, она начала обращать внимание: сколько повозок с телами останавливается у храма каждый день. Сколько семей приходит. Сколько благословений проводит Люсьен. И сколько из этих семей потом переходит улицу.

В восемь утра Элира открыла лавку.

Первым делом она не стала подметать.

Она встала в дверях и посмотрела через дорогу.

Сегодня — три повозки с телами.

Элира прищурилась.

Одна стандартная человеческая. Одна тяжёлая транспортная повозка из дварфского квартала.

И ещё одна — со знаком предупреждения о высокой температуре для демонов на борту.

Элира стояла с метлой в руке.

Три.

Неплохо.

Как раз в этот момент Люсьен вышел через боковую дверь храма. Поднял взгляд и сразу заметил её. Настроение у Элиры было настолько хорошим, что она даже слегка ему кивнула.

Люсьен остановился.

Она его поприветствовала.

Ненормально.

Следом вышел Майло.

— Доброе утро, госпожа Элира.

— Доброе.

Элира ответила и продолжила смотреть на три повозки.

Люсьен проследил за её взглядом, затем снова посмотрел на неё.

— Элира.

— Что?

— На что ты смотришь?

— На погоду.

Люсьен поднял голову. Небо ясное.

— Ты смотрела на повозки с телами.

— Повозки находятся под открытым небом.

На это Люсьен ничего не нашёл.

Элира вернулась внутрь.

Первое благословение закончилось в девять. Элира как раз разбирала цены на древесину, когда услышала, как открылись храмовые двери. Перо замерло.

Вышла семья из четырёх человек. Люди. Одежда простая. Подошвы изношены. Не богатые.

Люсьен лично проводил их до двери.

— Простого погребения вполне достаточно, — сказал он достаточно громко, чтобы часть фразы долетела через улицу. — Не нужно обременять семью расходами ради самих похорон.

Семья кивнула.

Элира головы не подняла.

Через мгновение по камням послышались шаги.

Колокольчик звякнул.

Она посмотрела вверх.

— Добро пожаловать.

Первая семья.

Элиру совершенно не расстроило, что Люсьен посоветовал им экономить. Маленький бюджет — значит базовый гроб.

А базовые гробы тоже приносили прибыль.

— Рост умершего?

— Примерно метр семьдесят.

— Бюджет?

Женщина назвала очень небольшую сумму.

Элира даже не потянулась к дорогому каталогу. Сразу достала самый дешёвый.

— Базовый сосновый гроб.

— Он не будет выглядеть слишком просто?

— Будет.

Женщина моргнула. Явно не ожидала такого ответа от продавца.

Элира продолжила:

— Но со своей задачей он справится. Конструкция надёжная, для обычного погребения подходит. Если хотите, чтобы внутри выглядело лучше, принесите кусок ткани, который нравился умершему. За то, что я положу её внутрь, доплату брать не буду.

Женщина заметно расслабилась.

— Тогда этот.

— Хорошо.

Элира записала заказ.

Без резьбы. Без дорогой обивки. Без украшений.

Прибыль всё равно есть.

Она была довольна.

Через дорогу Майло смотрел, как семья входит в лавку, и машинально пробормотал:

— Один.

Люсьен повернул голову.

Майло тут же закрыл рот.

Второе благословение закончилось ближе к полудню. Из храма вышли дварфы. Одного Элира сразу узнала — накануне он заказал каменный гроб.

Вскоре колокольчик снова звякнул.

Вторая семья.

Дварф положил заказной лист на прилавок.

— Сегодня доставите, да?

— Да. — Элира проверила документы. — Где погребальная камера?

— Восточный семейный склеп.

— На уровне земли?

— Под землёй.

— Какой уровень?

— Четвёртый.

Элира замерла с пером над бумагой.

— Четыре этажа под землёй?

— Да.

— Ширина входа?

Дварф замялся.

— Не знаю.

— Ширина лестницы?

— Не знаю.

— Пространство для разворота на углах?

— Не знаю.

Элира подняла голову.

— Тогда сегодня ничего не доставляем.

Лицо дварфа тут же потемнело.

— Почему?

— Потому что гроб может не пройти.

— В наш семейный склеп всегда заносили каменные гробы.

— Какого размера был последний?

Дварф показал руками.

Элира посмотрела.

— А этот умерший?

Он показал снова.

Намного крупнее.

Элира несколько секунд молча смотрела на него.

— Этот почти на полтела шире прошлого. Каменный гроб тоже будет шире.

Дварфу нечего было ответить.

— Если он застрянет на втором уровне, кто отвечает?

Повисла тишина.

Элира подтянула заказной лист обратно и добавила внизу три строки:

ШИРИНА ВХОДА В СКЛЕП.

РАЗМЕРЫ ЛЕСТНИЦЫ.

РАДИУС РАЗВОРОТА.

— После обеда отправлю с вами Тому.

— Это отдельно оплачивается?

— Выезд на замеры.

— Он же просто посмотрит!

— Тогда измерьте сами.

Дварф перестал спорить.

— Сколько?

Элира назвала сумму.

Он был очень недоволен.

Но заплатил.

Вторая семья.

Деньги всё ещё шли.

Третье благословение почему-то затянулось.

Сначала Элира ждала в лавке. Прошёл полдень. Потом ещё время. Она трижды поднимала голову.

Двери храма оставались закрыты.

Помощника она пока не наняла, поэтому в лавке была одна.

Элира начала гадать, что там происходит.

Немного после двух из храма внезапно донёсся шум.

Двери распахнулись.

Несколько родственников-демонов вынесли тело.

Труп был тёмно-красным с головы до ног. От груди постоянно поднимался белый пар, один край транспортной повозки уже почернел от жара.

Глаза Элиры загорелись.

Третья семья.

Идут.

Четверо родственников сразу перешли улицу.

Колокольчик звякнул.

Тело едва успели занести внутрь, как Элира почувствовала запах гари.

Она посмотрела вниз.

Край ковра чернел.

— Наружу.

Все остановились.

Один родственник моргнул.

— Что?

— Выносите обратно.

— Госпожа Элира…

— Он сжигает мне ковёр.

Все посмотрели вниз.

От тела действительно шёл дым.

Родственники торопливо вынесли его наружу и уложили на каменную мостовую.

Элира присела рядом.

Остаточный жар после смерти демона был обычным явлением, но здесь температура была явно чрезмерной. Она уже потянулась за температурным камнем, когда из храма подошёл Люсьен.

— Отойди.

Элира подняла голову.

— Ты что делаешь?

— Остаточная магия ещё не стабилизировалась.

Он присел возле тела и поднял ладонь над грудью. Вниз растёкся слабый серебристый свет. Жар, из-за которого от тела постоянно шёл пар, начал ослабевать.

Элира некоторое время наблюдала.

— На сколько этого хватит?

— На несколько часов.

— А полностью когда рассеется?

— Через два-три дня.

Она сразу начала считать.

Обычный деревянный гроб не подойдёт.

По крайней мере сегодня.

— Госпожа Элира, — тревожно сказал один из родственников. — Поминки должны быть сегодня.

— Тогда нужен специальный изоляционный гроб.

Она выпрямилась.

— Огнеупорный внутренний слой, теплоизолированная внешняя оболочка и огнестойкая плита под дном.

— Сколько?

Элира назвала цену.

Лица семьи изменились.

Люсьен тоже повернулся.

— Элира.

Она тут же посмотрела на него.

— Не начинай.

— Эта цена…

— Специальные материалы.

— Но…

— Ты можешь сделать так, чтобы сегодня он перестал выделять тепло?

Люсьен промолчал.

— Нет, — продолжила Элира. — Значит, нужны материалы.

Один родственник спросил:

— Сегодня закончить можно?

— В обычном режиме — нет.

— Поминки сегодня вечером.

— Тогда срочный заказ.

Люсьен тут же снова нахмурился.

— Почему ещё и срочный тариф?

Элира повернулась к нему.

— Потому что Брам вообще-то не обязан сегодня работать ночью.

— Они уже платят за специальные материалы.

— Доплата за специальные материалы покрывает материалы.

Она начала загибать пальцы.

— Мастер останавливает текущие заказы.

Один.

— Работает сегодня сверхурочно.

Два.

— Перенастраивает мастерскую.

Три.

— Я организую срочную перевозку всего этого.

Четыре.

— Ты считаешь, всё перечисленное бесплатно?

Люсьен замолчал.

Элира перевела на него взгляд.

— Священник.

— Что?

— Ты никогда не управлял бизнесом, да?

— Нет.

— Прекрасно.

Она отвернулась.

— Тогда не учи меня выставлять цены.

Семья стояла рядом в абсолютной тишине.

Наконец один из родственников спросил:

— Сколько за срочность?

Элира назвала сумму.

— Хорошо.

Мешочек с деньгами появился сразу.

Элира забрала его.

— Договорились.

Люсьен всё ещё стоял рядом.

Элира уже перестала обращать на него внимание.

— Рост?

— Метр девяносто.

— Хвост?

— Есть.

— Окоченеет?

— Да.

— Рога?

— Нет.

— Измерьте плечи.

Она достала ленту и начала работать.

Люсьен постоял сбоку и окончательно превратился в ненужный предмет обстановки.

В конце концов ему пришлось вернуться в храм.

Майло пошёл следом.

На середине улицы он очень тихо сказал:

— Три.

Люсьен остановился.

— Майло.

— Да?

— Перестань считать.

— Я не считал.

— Ты только что сказал «три».

Майло выглядел совершенно серьёзно.

— Просто у меня хорошая память.

Люсьен смотрел на него.

Майло опустил голову.

После обеда Тома вернулся из дварфского склепа с лицом почти таким же кислым, как у Люсьена.

— Не проходит.

Элира разбирала материалы для демонского гроба и даже не удивилась.

— Где?

— Второй подземный уровень.

— На повороте?

— Да.

— Сколько не хватает?

Тома показал руками.

Совсем немного.

Но каменный гроб — каменный гроб. Если он хоть немного шире проёма, он всё равно шире проёма.

— Снимите перила.

— Семья не разрешает.

— Тогда опустите через вентиляционную шахту.

Тома уставился на неё.

— Что?

— Через вентиляционную шахту.

— Четыре этажа под землёй.

— Я знаю.

— Ты предлагаешь опускать каменный гроб по вентиляционной шахте?

— Если она достаточно широкая.

Тома долго смотрел на неё.

— Ты сумасшедшая.

— Она достаточно широкая?

Тишина.

— Какая там ширина?

Тома попытался вспомнить.

— Возможно, хватит.

— Тогда измерь.

— За доплату.

— Хорошо.

Тома моргнул.

— Так легко?

— Включи в счёт клиента.

Ну конечно.

— Они будут жаловаться.

— Пусть жалуются тебе.

— Почему мне?

— Перевозка — твоя работа.

Тома посмотрел на неё.

— Элира, тебе в последнее время кажется, что любую проблему в итоге можно решить, взяв с кого-нибудь деньги?

Она серьёзно задумалась.

— Нет.

Тома удивился.

Тогда Элира добавила:

— Некоторые проблемы деньгами не решаются.

— Например?

— Если труп после смерти становится больше.

Томе нечего было ответить.

Под вечер Элира закончила разбирать последние накладные и вышла на улицу размяться.

Почти одновременно из храма вышел Люсьен.

Увидев его, Элира сразу повеселела.

Утром было три повозки.

Три семьи зашли в её лавку.

Поэтому Элира дружелюбно улыбнулась.

Люсьен помрачнел ещё сильнее.

— Элира.

— Что?

— Ты всё утро следила за храмом?

— Нет.

— Ты считала повозки с телами.

— Нет.

— После первого благословения ты сразу вернулась к прилавку.

— У меня была работа.

— После второго снова посмотрела.

Элира уставилась на него.

Люсьен смотрел в ответ.

Через несколько секунд она перестала притворяться.

— Ладно.

— Что ты считала?

— Поток клиентов.

Люсьен нахмурился.

— Храм не является источником твоего клиентского потока.

Элира посмотрела в сторону.

Храм.

Улица.

Её лавка.

— По фактическим данным — является.

Челюсть Люсьена напряглась.

— Элира.

— Я не заходила внутрь и никого оттуда не вытаскивала.

— Семьи только что закончили благословение.

— А потом им всё равно нужно заниматься телом.

— Они свободны выбирать.

— Именно.

Элира развела руки.

— Вот и выбирают перейти улицу.

Люсьену нечего было сказать.

Элира даже искренне сказала:

— Ты сегодня хорошо поработал.

Он посмотрел на неё.

— Что это должно означать?

— Три благословения у тебя.

Повисла тишина.

— Три заказа у меня.

Тишина стала длиннее.

Улыбка Элиры расширилась.

— Приятно иметь с тобой дело.

— Мы не ведём совместный бизнес.

— Почти.

Люсьен развернулся и ушёл.

Элира осталась в дверях и смотрела ему вслед.

Наконец рассмеялась вслух.

Вечером она свела дневные счета и написала рядом с датой:

ХРАМ: 3

Ниже:

ЗАКАЗЫ: 3

Несколько секунд Элира смотрела на страницу.

Три благословения.

Три заказа.

Затем добавила:

ОЧЕНЬ ХОРОШО.

И обвела.

В последнее время дела шли настолько хорошо, что даже вечно недовольный священник через дорогу начинал казаться ей чуточку приятнее.

Разумеется, только в те дни, когда из его храма к ней действительно шли клиенты.

Глава 5. Элира зарабатывает как ненормальная

Следующие десять дней дела у «Похоронной лавки Восс» шли до абсурда хорошо.

Настолько хорошо, что даже Элира к такому не привыкла.

В первый день у двери выстроилась очередь.

На второй кто-то постучал ещё до открытия.

На третий Брам прислал записку:

«Прежде чем брать ещё один огромный индивидуальный заказ, спроси, есть ли у меня время».

На четвёртый Тома отказался от третьей поездки за день.

— Лошади тоже жить надо.

Элира сказала:

— Доплачу.

— Во сколько выезжаем?

К пятому дню люди уже специально ехали к ней на повозках с южной стороны города.

Причина была простой.

По Морроугейту начала ходить одна фраза:

«Говорят, в той похоронной лавке в гроб можно положить что угодно».

Элира считала это великолепным.

Фраза работала лучше листовок, за печать которых она сама платила.

Первым клиентом в то утро оказался пожилой орк.

Живой.

Он пришёл один и сел напротив.

— Я бы хотел посмотреть гробы.

Элира подняла голову.

— Кто умер?

— Я.

Она уставилась на него.

Старый орк выглядел вполне здоровым. Волосы белые, спина слегка согнута, но на человека, который собирается умереть прямо сегодня, он не походил.

— Когда?

— Понятия не имею.

— Поэтому решил посмотреть заранее.

Элира медленно отложила книгу учёта.

За последнее время это был уже второй человек с подобным запросом.

Она посерьёзнела.

— Хотите заранее заказать собственный гроб?

— Да.

— Зачем?

Старому орку вопрос показался странным.

— Это мой гроб. Очевидно же, выбирать его должен я.

Справедливо.

Элира встала.

— Бюджет?

Он назвал сумму.

Она повела его в выставочную часть.

— Сюда.

Орк осматривал гробы один за другим и в итоге остановился возле модели из чёрной ели.

— Этот.

— Хорошо.

— Можно лечь внутрь и примерить?

Элира посмотрела на него.

— Сейчас?

— Конечно.

Ладно.

У клиента есть просьба.

Она открыла крышку.

Старый орк снял обувь, забрался внутрь и действительно лёг.

Элира стояла рядом.

— Как?

— Немного тесно.

— У вас широкие плечи.

— Можешь добавить пять сантиметров?

— Да. За доплату.

— Добавляй.

Старый орк выглядел совершенно счастливым. Лёжа в будущем гробу, он даже потёр пальцами обивку.

— Ткань мне не нравится.

— Есть улучшенная.

— Покажи.

И как раз в этот момент звякнул колокольчик.

Люсьен вошёл с документом о смерти в руке.

Первым, что он увидел, был совершенно живой пожилой мужчина, лежащий в гробу.

Люсьен остановился.

Орк из гроба повернул голову.

— Священник.

Люсьен молчал пару секунд.

— Что вы делаете?

— Примеряю гроб.

— Зачем?

— Покупаю.

— Для кого?

— Для себя.

Люсьен медленно менялся в лице.

Элира стояла рядом и с трудом удерживала улыбку.

— Предварительный заказ, — пояснила она.

Люсьен взглянул на неё.

— Элира.

— На этот раз это правда была не моя идея.

— Ты позволяешь живым людям лежать в гробах?

— Одежду же примеряют по размеру.

— Это гроб.

— Тем важнее, чтобы размер подходил.

Люсьен ничего не нашёлся ответить.

Старый орк был впечатлён.

— Она разумно говорит.

Люсьен посмотрел на мужчину в гробу. Потом на Элиру.

— Элира, эта услуга не нужна.

Её глаза сразу сузились.

— Почему?

— Небольшая разница в размерах после смерти никак не влияет на душу.

Старый орк оскорбился раньше самой Элиры.

— Зато влияет на то, удобно ли мне здесь сейчас.

— После смерти вы не почувствуете неудобства.

— Сейчас чувствую.

Элира отвернулась, чтобы не рассмеяться.

Люсьен явно понял, что этот спор не выиграть.

Он положил документ на прилавок.

— Свидетельство о смерти.

— Спасибо.

Развернулся к выходу.

Элира окликнула:

— Люсьен.

Он остановился.

Элира смотрела совершенно серьёзно.

— Ты тоже можешь заказать заранее.

Люсьен молча вышел.

Старый орк громко расхохотался прямо из гроба.

Вторым клиентом оказался эльф.

На этот раз не дерево.

Казалось бы, должно быть проще.

Умерший действительно был эльфом.

Проблема заключалась в том, что тело начало прорастать.

Когда Элира увидела его впервые, ей показалось, что она ошиблась.

Из волос пробивались два маленьких зелёных побега. Возле одного запястья появились бледно-зелёные веточки.

Семья выглядела обеспокоенной.

— Если положить её в обычный гроб, корни за три дня его расколют.

Элира наклонилась ближе.

— Такое уже бывало?

— С моим дядей.

— Гроб треснул?

— Да.

— Погребальная камера?

— Часть стены тоже.

Элира вдохнула.

Хорошо.

Ещё одна новая потребность.

Она принесла из комнаты хранения несколько видов магопоглощающей обивки и, проверяя материалы, задавала вопросы.

— Хотите полностью остановить рост или только замедлить?

— Замедлить. В конце концов мы всё равно хотим, чтобы она вернулась в землю.

— Тогда полная изоляция не подходит.

Элира выбрала гибкую ткань, приглушающую магию.

— Вот эта.

Семья потрогала материал.

— Сработает?

— Замедлит рост. После погребения внешний слой сам разложится.

— Сколько?

Элира назвала цену.

Никто даже не колебался.

— Делайте.

Ещё один заказ.

Третий запрос поступил от семьи водной расы.

Тело ещё не привезли. Родственники пришли заранее.

— Нам нужен гроб, сохраняющий влагу.

— Солёная вода или пресная?

— Пресная.

— Размер тела?

— Примерно человеческий.

— Плавники?

— Есть.

— Насколько широкие боковые?

Они показали.

Элира тут же расширила чертёж.

— Расстояние перевозки?

— От речного порта до Северного кладбища.

— Два часа вне воды?

— Да.

— Тогда нужен слой для удержания влаги.

— Сколько?

Она назвала цену.

— Хорошо.

Ещё заказ.

Четвёртыми пришли дворяне.

С ними не было ничего необычного.

Просто деньги.

И требования.

Гроб должен быть тёмным.

На нём должен быть вырезан семейный герб.

Обивка — серебристо-серая.

Табличка с именем — из чернёного серебра.

Украшения по всем четырём углам.

По краю крышки — магический узор для стабилизации температуры.

И индивидуальный набор погребальных коробок.

Элира ни разу не предложила им сэкономить.

У них были деньги, и они прекрасно знали, чего хотят.

Люсьен не любил излишества.

Это проблема Люсьена.

Элира — любила.

Пока семья не лезет в долги ради красивого вида, такие клиенты ей даже нравились.

Прибыль высокая.

Очень высокая.

Карета дворян ещё не успела уехать, а Элира уже посчитала маржу в голове.

Красота.

Пятый клиент оказался страннее.

Вошёл гоблин и спросил:

— Надгробия ремонтируете?

Элира уже хотела ответить «нет».

Но остановилась.

— Что с ним?

— Буквы отвалились.

— Какие буквы?

— Имя.

— Сколько?

— Всё.

— Почему?

— Ему тридцать лет.

Элира опёрлась на прилавок и задумалась.

Обслуживание надгробий.

Сейчас такой услуги у неё не было.

Но часть работы сможет делать Брам, а каменщиков в ремесленном квартале она и так знала.

— Да.

Гоблин моргнул.

— Вы же гробы продаёте.

— Теперь ещё и надгробия ремонтирую.

— Сколько?

Элира на месте посчитала цену.

Он согласился.

Как только клиент ушёл, она добавила новый раздел в книгу услуг:

РЕСТАВРАЦИЯ СТАРЫХ НАДГРОБИЙ.

Ниже:

Повторная резьба букв.

Ремонт трещин.

Удаление мха.

Восстановление цвета семейного герба.

Элира посмотрела на страницу.

Себестоимость низкая.

А надгробия служат дольше гробов.

Следовательно…

Даже после смерти старого клиента с его семьёй можно продолжать зарабатывать на обслуживании.

Чем дольше Элира об этом думала, тем лучше становилось настроение.

На шестой день в лавке впервые появилась Пиппа Нолл.

Она ничего не покупала.

Искала работу.

Девятнадцать лет. Светло-каштановые кудри. Сумка через плечо.

Войдя, первым делом встала возле витрины с урнами и начала есть хлеб.

Элира несколько секунд смотрела на неё.

— Ты понимаешь, что это за лавка?

Пиппа откусила ещё кусок.

— Похоронная.

— Не смущает?

— Нет.

— Почему?

— Мёртвые не жалуются.

Элира замерла.

— Живые жалуются.

Пиппа кивнула.

— Значит, буду разговаривать с живыми.

— Где работала раньше?

— В универсальной лавке.

— Почему ушла?

— Сын хозяина постоянно трогал мои волосы. Я его ударила.

Пиппа снова откусила хлеб.

— Вы нанимаете?

Элира действительно начала не справляться.

Ночами одна вела счета. Днём работала с клиентами. Бегала в мастерскую. Проверяла размеры. Организовывала транспорт.

Некоторые дни она вообще забывала поесть.

В книге уже была запись: ПОДУМАТЬ О ПОМОЩНИКЕ.

И вот помощник сам вошёл в дверь.

— Каждый день придётся иметь дело с трупами.

— Хорошо.

— С прахом.

— Хорошо.

— С останками слаймов.

— Тоже хорошо.

— Иногда они текут.

Пиппа наконец перестала жевать.

— Что течёт?

— Зависит от расы.

Пиппа подумала.

— За это доплачивают?

Элира взглянула на неё.

— Надбавки за вредность нет.

— Тогда нормально.

— Почему?

— Я думала, вы скажете, что будете вычитать из зарплаты, если что-то протечёт.

Впервые Элира подумала, что эта девушка действительно может подойти.

— Приходи завтра на пробную смену.

Пиппа улыбнулась.

— Хорошо.

Уже у двери она остановилась и обернулась.

— Босс.

— Что?

— Самый дорогой гроб уже продали?

Элира мгновенно насторожилась.

— Нет.

— Почему?

— У людей нет вкуса.

Пиппа посмотрела на безумно резной гроб с блестящей золотой отделкой.

— А мне кажется, красивый.

Мнение Элиры о ней моментально улучшилось.

— Завтра не опаздывай.

Для Люсьена эти десять дней прошли совсем иначе.

Утренняя молитва.

Полуденные благословения.

Семьи после обеда.

Храмовые записи вечером.

Почти всё как раньше.

Была только одна разница.

Каждый раз, когда кто-то выходил из храма, Люсьен уже знал, куда они, скорее всего, пойдут дальше.

Через дорогу.

Дзынь.

Ещё один.

Дзынь.

Ещё.

Несколько раз Элира уже стояла в дверях, прежде чем семья успевала перейти улицу.

В первый раз Люсьен сказал:

— Может, перестанешь караулить у двери?

Элира сделала невинное лицо.

— Я получаю солнечный свет.

Во второй:

— Сегодня облачно.

— Тогда воздухом дышу.

В третий:

— Ветра нет.

Элира помолчала пару секунд.

— Стоять в дверях собственной лавки запрещено законом?

Люсьен не нашёл ответа.

После этого спрашивать перестал.

Просто каждый раз, выходя наружу, выглядел недовольным.

Майло, наоборот, становился всё более опытным.

После одного благословения семья спросила:

— Где поблизости можно купить гроб?

Прежде чем Люсьен успел ответить, Майло по привычке указал через дорогу.

— Вот…

Люсьен повернул голову.

Майло тут же отвёл руку в сторону.

— Вот… много мест поблизости.

Семья уже проследила за первым жестом и увидела вывеску.

— А, «Похоронная лавка Восс».

И перешла улицу.

Майло опустил голову.

— Простите.

На десятый вечер Элира закрывала лавку совершенно вымотанной.

Но мысль о том, что будет дальше, моментально вернула силы.

Считать деньги.

Она заперла дверь и задёрнула шторы.

Пиппа закончила пробную смену и уже ушла домой.

Элира осталась одна.

Достала денежный ящик.

Сегодня было много медных монет.

Серебряных ещё больше.

Несколько авансов.

И пришёл второй платёж от дворян.

Элира села считать.

Выручка.

Материалы.

Работа.

Брам.

Перевозка.

Срочные закупки.

Оплата пробной смены Пиппы.

Расходы на склад.

Всё вычесть.

Элира уставилась на итоговую цифру.

Не пошевелилась.

Посчитала снова.

Та же.

Третий раз.

Ошибки нет.

Чистый денежный приток этого месяца уже превысил весь прошлый месяц.

А несколько окончательных платежей ещё даже не поступили.

Элира медленно откинулась назад.

Улыбнулась.

Собрала показатели за последние десять дней.

Ледяной дракон.

Эльфийское дерево.

Слайм.

Крылатый.

Орк.

Демон.

Водная раса.

Дворяне.

Реставрация надгробия.

Предварительный заказ.

Один за другим.

Она смотрела на цифру.

— Прекрасно.

В лавке никого не было, поэтому делать вид, будто это её не радует, не требовалось.

Улыбка стала шире.

Элира открыла последние страницы книги и начала считать стоимость расширения заднего двора.

Хватит.

Починить крышу?

Хватит.

Арендовать соседнее складское помещение?

Если месяц продолжится так же — да.

Оставить Пиппу на постоянную работу?

Легко.

Заказать ещё партию гробов-контейнеров для слаймов?

Да.

Чем счастливее становилась Элира, тем быстрее писала.

НОВЫЙ СКЛАД.

БОЛЬШЕ ВЫСТАВОЧНЫХ ПОЛОК.

ЗАКУПИТЬ МАГОЗАЩИТНУЮ ТКАНЬ ОПТОМ.

НАНЯТЬ ПИППУ ПОСТОЯННО.

УСЛУГА ПО ОБСЛУЖИВАНИЮ НАДГРОБИЙ.

Она посмотрела на список.

Последнее время бизнес шёл безумно хорошо.

Элира отнесла книгу наверх, вымылась, переоделась и легла.

Было уже поздно.

В храме через дорогу всё ещё горела одна лампа.

Элира закрыла глаза.

Мозг сам начал считать.

Остаток платежа от дворян.

Остаток за гроб для дерева.

Заказ для крылатого на следующей неделе.

А старик, заказавший собственный гроб, уже оплатил всё полностью.

Она снова улыбнулась.

Перевернулась.

Уткнулась лицом в подушку.

Через некоторое время улыбнулась ещё раз.

Много денег.

Если так продолжится, в этом году можно полностью отремонтировать лавку.

Через год, возможно, купить склад по соседству.

А может, даже построить небольшую собственную мастерскую.

Чем больше она думала, тем счастливее становилась.

Сон наконец начал её забирать.

И тут через дорогу один раз прозвонил храмовый колокол.

Элира сонно открыла глаза и вспомнила, что раньше сказала Пиппа.

— Разве завтра в храме не четыре благословения?

Элира неподвижно лежала пару секунд.

Четыре.

Под одеялом медленно появилась улыбка.

Завтра у Люсьена будет совершенно несчастное лицо.

Неважно.

Важно другое.

Четыре.

Четыре потенциальных клиента.

Прекрасно.

Элира довольно закрыла глаза.

И уснула с улыбкой.

Глава 6. Священник наконец не выдержал

В последнее время Люсьен начал ненавидеть колокольчик через дорогу.

Над дверью «Похоронной лавки Восс» висел маленький медный колокольчик. Раньше он Люсьена совершенно не беспокоил.

Теперь всё было иначе.

Каждый раз, когда в храме заканчивалось благословение умершего, проходило совсем немного времени — и колокольчик звенел.

Дзынь.

Одна семья вошла.

Дзынь.

Ещё одна.

В некоторые дни он звонил шесть или семь раз.

Хуже всего было то, что Люсьен уже научился узнавать этот звук. Даже сидя в кабинете в задней части храма, он точно понимал, когда открывалась дверь лавки напротив.

После второго благословения тем утром Люсьен вернулся в боковой зал.

Майло разбирал записи об умерших.

Пожилой мужчина, недавно потерявший жену, долго не уходил из храма. Люсьен сидел с ним, отвечая на последние вопросы, пока тот наконец не поднялся.

— Священник.

— Да?

— Для погребения… поблизости есть место, где можно купить всё необходимое?

Люсьен замер.

Майло опустил голову и ничего не сказал.

Старик продолжил:

— Гроб. Надгробие. Всё такое.

Прежде чем Люсьен успел ответить, мимо прошла сестра Анвен и совершенно буднично указала в сторону двери.

— Через дорогу.

Люсьен повернулся.

Анвен вообще не видела проблемы.

Старик посмотрел в окно.

— А. «Похоронная лавка Восс»?

— Да.

— Спасибо.

Он ушёл.

Двери храма открылись.

Через некоторое время…

Дзынь.

Люсьен закрыл глаза.

Анвен меняла воду в вазе.

— Что с тобой?

— Ничего.

— Вид у тебя недовольный.

— Нет.

Анвен бросила на него взгляд.

— Последнее время ты так выглядишь каждый раз, когда звенит дверь через дорогу.

Руки Майло замерли.

Люсьен посмотрел на него.

Майло сразу продолжил писать, словно ничего не слышал.

Анвен поставила цветы обратно.

— У неё хорошо идёт торговля. Храму это не мешает.

Люсьен наконец сказал:

— Она начала продавать высокоуровневые талисманы для запечатывания трупов.

— И?

— Это уже не обычный товар.

— Она зарегистрировала их, разве нет?

— Откуда ты знаешь?

— Потому что Элира ненавидит штрафы.

Люсьену пришлось признать, что аргумент был чрезвычайно убедительным.

Анвен вытерла руки и собралась уходить.

И тут Люсьен заметил бледно-серую урну у неё в руках.

Он нахмурился.

— Откуда это?

Анвен посмотрела вниз.

— Урна.

— Я вижу.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Где купила?

Анвен на секунду замолчала.

— Через дорогу.

Люсьен ничего не сказал.

— У храма есть урны на складе.

— Знаю.

— Бесплатные.

— Знаю.

— Тогда зачем покупать?

Анвен подняла урну, чтобы он видел рисунок. Вокруг сосуда шёл тонкий венок серебристых листьев. Ничего роскошного, но выглядело несомненно красивее простых серых керамических урн, которые храм закупал оптом.

— Дочь умершей сказала, что её мать любила серебролистные цветы.

Люсьен посмотрел на узор.

— У Элиры нашлась такая.

— Сосуд не меняет того, куда отправляется умерший.

— Зато дочери нравится.

Люсьен промолчал.

Анвен слегка улыбнулась.

— Твоя главная проблема в том, что тебе самому почти ничего не нужно. И поэтому ты считаешь, будто остальным тоже ничего не должно быть нужно.

Она ушла с урной.

Майло продолжал смотреть вниз и героически пытался стать невидимым.

Люсьен сел и взглянул на список поставок, доставленный утром.

Ткань для тел.

Дезодорирующий порошок.

Обычная магозащитная ткань.

Огнестойкие прокладки.

В самом низу:

ПОСТАВЩИК: «ПОХОРОННАЯ ЛАВКА ВОСС».

Брови Люсьена медленно сошлись.

— Кто это заказал?

Майло посмотрел на лист.

— Сестра Анвен.

— Почему снова у неё?

— Потому что…

Майло замялся.

— Дешевле?

Люсьен поднял глаза.

— Насколько дешевле, чем в ремесленном квартале?

— Примерно на тридцать процентов.

Тишина.

— И она доставляет.

Люсьен положил бумагу.

Бизнес Элиры расширялся слишком быстро.

Сначала она продавала гробы.

Потом — похоронные товары для необычных рас.

Теперь занялась материалами для сохранения тел, товарами для магической изоляции и даже некоторыми высокоуровневыми расходниками.

Люсьен не был торговцем.

Но кроме ежедневных благословений он являлся одним из основных представителей храма по вопросам городских похорон, неопознанных тел и общественных погребений.

Административной работой в сфере похорон он занимался достаточно давно, чтобы понимать: существуют определённые нормативные границы.

Обычный гроб может продавать кто угодно.

То же касается стандартной погребальной ткани.

Но высокоуровневые материалы, способные запечатывать опасные магические останки, нельзя просто выставить на прилавок и продавать за наличные без всякого контроля.

Люсьен поднялся и направился в архив.

Майло увидел, куда он идёт, и сразу почувствовал неладное.

— Священник Люсьен?

— Принеси мне «Правила Морроугейта по обращению с умершими».

Майло молчал.

— Какой том?

— Особые останки.

Стало ещё хуже.

После обеда на столе у Люсьена лежали раскрытыми четыре свода правил.

Специальные материалы для сохранения.

Изоляция остаточной магии.

Временное содержание опасных останков.

Высокоуровневые сохраняющие талисманы.

Наконец его палец остановился на одном пункте.

«ВЫСОКОУРОВНЕВЫЕ ТАЛИСМАНЫ СОХРАНЕНИЯ С АКТИВНОЙ ФУНКЦИЕЙ МАГИЧЕСКОГО ЗАПЕЧАТЫВАНИЯ ТЕЛА НЕ МОГУТ ПРИМЕНЯТЬСЯ ЛИЦАМИ БЕЗ СООТВЕТСТВУЮЩЕЙ ЛИЦЕНЗИИ. ПРОДАЖА СВЯЗАННЫХ С НИМИ СПЕЦИАЛЬНЫХ МАТЕРИАЛОВ ТРЕБУЕТ РЕГИСТРАЦИИ СПЕЦИАЛЬНЫХ МАТЕРИАЛОВ».

Люсьен прочитал один раз.

Потом второй.

Майло стоял рядом.

— Возможно, она уже зарегистрирована.

— Возможно.

— Тогда…

— Значит, проверим.

Майло выглядел всё более неуверенно.

— Проверим?

Люсьен достал бланк заявления.

Майло смотрел на него с недоверием.

— Вы на неё жалуетесь?

— Не жалуюсь.

— Тогда что это?

— Запрос на проверку соблюдения требований.

— Если документы у неё в порядке, проверка ничего не найдёт.

Майло уставился на него.

Люсьен выглядел абсолютно спокойным.

Настолько искренним, что обвинить его напрямую было трудно.

Это не была месть.

Он действительно считал, что бизнес Элиры вошёл в сферу, где требовался надзор.

И почему-то от этого становилось ещё хуже.

Майло осторожно спросил:

— Может, сначала спросить её?

Люсьен поднял голову.

— О чём?

— Есть ли у неё разрешение.

— Если заранее предупреждать оператора о проверке, в чём смысл проверки?

Майло перестал говорить.

Всё.

Люсьен подписал строку заявителя.

ЛЮСЬЕН ХЕЙЛ.

Майло смотрел на имя и уже прекрасно представлял лицо Элиры, когда к ней придут инспекторы.

— Священник Люсьен.

— Да?

— Думаю, некоторое время вам не стоит переходить улицу в одиночку.

Люсьен нахмурился.

— Почему?

— Ни почему.

Через два дня, в десять утра, Элира обсуждала размеры с клиентом-великаном.

— Какого роста был ваш отец?

— 3,7 метра.

— Ширина плеч?

Великан показал руками.

Элира записала.

— Самый ранний срок — три дня.

— В наличии ничего нет?

Элира подняла голову.

— Зачем мне постоянно держать на складе гроб длиной 3,7 метра?

Великан задумался.

— Логично.

— Срочно можно за два дня.

— Сколько?

Элира уже собиралась назвать цену, когда звякнул колокольчик.

Вошли трое в форме городского управления.

Один развернул документ.

— Элира Восс?

— Да.

— Совместная проверка похоронных товаров и обращения с останками.

В лавке стало тихо.

Элира медленно отложила перо.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Причина?

— Поступил запрос на проверку соблюдения требований.

Великан посмотрел на инспекторов.

Потом на Элиру.

И явно решил, что больше сидеть здесь не стоит.

— Госпожа Элира, я вернусь после обеда.

— Сначала внесите аванс.

Великан замолчал.

Инспекторы тоже.

В итоге он всё-таки достал деньги.

Элира убрала их.

— До встречи после обеда.

Только после его ухода она снова повернулась к троим чиновникам.

— Что именно проверяете?

— Специальные материалы, разрешения на продажу, квалификацию по работе с останками, хранение опасных товаров.

Элира несколько секунд молчала.

Потом сказала:

— Проверяйте.

Она не боялась.

Просто раздражалась.

Очень сильно.

Потому что проверки мешали бизнесу.

И главное…

Какой скучающий идиот вообще запросил проверку?

Инспекторы начали перебирать документы.

Элира стояла за прилавком и случайно подняла голову.

Через окно, через дорогу, был виден храм.

Люсьен как раз стоял на каменных ступенях.

Их взгляды встретились.

Элира прищурилась.

Люсьен не двинулся.

Она тоже.

Почему-то в голову пришла одна мысль.

Похоже на него.

Очень похоже.

Глава 7. Ты на меня пожаловался?

Проверка длилась два полных часа.

Настроение Элиры прошло путь от «раздражена» к «очень раздражена», а затем к состоянию: кто бы это ни устроил, пусть молится, чтобы она никогда не узнала.

— Лицензия на торговлю.

— Здесь.

— Годовые налоговые документы.

— Под ней.

— Регистрация специальных материалов?

— Красная папка.

— Договоры с мастерскими?

— Левый ящик.

— Сертификаты квалификации тех, кто активирует заклинания?

— За договорами.

Каждый раз, когда инспектор что-то просил, Элира тут же подавала нужный документ.

В конце концов даже чиновники начали удивляться.

— У вас очень тщательно ведётся документация.

На лице Элиры ничего не изменилось.

— Я не люблю платить штрафы.

Мотив предельно простой.

Один из инспекторов вошёл в помещение для сохранения тел и сразу заметил запертый ящик на верхней полке.

— Что внутри?

— Высокоуровневые талисманы сохранения тела.

— У вас есть лицензия на их применение к останкам?

— Нет.

Инспектор резко повернулся.

— Тогда вы…

— Я их не применяю.

Элира подошла ближе.

— Только продаю лицензированным покупателям.

Она достала журнал продаж.

Каждая сделка была записана.

Храм.

Частный специалист по обращению с останками.

Крупное кладбище.

Лицензированная магическая мастерская.

В каждой записи был номер лицензии.

Инспектор просмотрел журнал от начала до конца.

Нарушений не было.

— Обычным покупателям вы их продаёте?

— Нет.

— Кто-нибудь пытался купить?

— Да.

— И что вы сделали?

— Сказала найти человека с лицензией.

Второй инспектор изучал доску с ценами.

Позиций было много.

Базовые гробы.

Разные породы дерева.

Нестандартные размеры.

Расширение.

Удлинение.

Двухсекционные крышки для крылатых.

Высокие крышки для рогатых рас.

Слои для удержания влаги у водных тел.

Огнеупорная обработка высокотемпературных останков демонов.

Гравировка имени.

Реставрация надгробий.

Срочный тариф.

Перевозка.

И одна строка:

«ПОСМЕРТНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ ФОРМЫ, ДЕЛАЮЩЕЕ ИСХОДНЫЕ РАЗМЕРЫ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМИ — ПЕРЕРАСЧЁТ ЦЕНЫ».

Инспектор указал на неё.

— Что это?

— Демон в прошлом месяце.

— И?

— После смерти выросла ещё одна пара рогов.

Инспектор уставился на неё.

— Исходный гроб не закрылся.

Повисла тишина.

— Поэтому теперь это есть в прайсе.

Инспектор решил идти дальше.

— Книга жалоб?

— Есть.

Элира достала толстую книгу.

Инспектор моргнул.

— Так много?

— Семь за прошлый год.

— Вы сами всё записывали?

— А кто ещё?

Он открыл книгу.

Жалоба первая: на надгробии вырезали неправильное имя. Переделано.

Вторая: та же проблема. Деньги за гравировку возвращены.

Третья: доставили не на то кладбище. Плата за перевозку отменена.

Четвёртая: неправильный цвет обивки. Заменено.

Пятая: небольшая протечка контейнера для слайма. Полная замена.

Шестая: при перевозке повреждён угол гроба для магического зверя. Отремонтировано.

Седьмая: семья пожаловалась, что после укладки в гроб умерший выглядит толстым.

Инспектор остановился.

— Как вы решили последнюю жалобу?

— Никак.

— Почему?

— Потому что это было лицо их отца.

Инспектор замолчал.

Молодой чиновник рядом кашлянул в ладонь, возможно, скрывая смех.

Проверка продолжилась.

Незаконных продаж нет.

Работы с останками без лицензии нет.

Материалы хранятся правильно.

Налоги уплачены.

Цены вывешены открыто.

Заказы оформлены документально.

Единственной проблемой оказался ещё не доставленный широкий гроб для крылатого, стоявший слишком близко к пожарному проезду на заднем дворе.

Инспектор указал на него.

Элира тут же крикнула:

— Тома!

Со двора донёсся голос:

— Что?

— Передвинь широкий гроб влево.

— Зачем?

— Перекрывает пожарный проезд.

— Я его один как должен двигать?

— Оплачу полчаса.

Через пять секунд:

— Иду.

Инспектор ничего не прокомментировал.

Гроб передвинули.

Наконец старший чиновник закрыл папку.

— В целом предприятие соответствует требованиям.

Элира стояла за прилавком.

— Очевидно.

— По мере расширения ассортимента вам стоит до конца года перейти в категорию комплексного предприятия похоронных товаров.

Элира мгновенно оживилась.

— Что я смогу продавать после перехода?

Чиновник уставился на неё.

Её только что два часа проверяли, а первой мыслью стало, что ещё можно будет продавать.

— Разрешённый ассортимент специализированных средств сохранения станет шире. Но регулируемые заклинания без отдельной лицензии вы всё равно не сможете применять лично.

Элира уже записывала.

— Сколько стоит переход?

Он назвал сумму.

— Хорошо.

Она уже решила подать заявление.

Трое чиновников собрали вещи.

Только тогда Элира спросила:

— Теперь можете сказать, кто запросил проверку?

— Нет.

— Частное лицо или организация?

— Конкретный источник раскрывать нельзя.

Элира смотрела на него.

Чиновнику явно стало неуютно.

Наконец он добавил:

— Могу сказать только, что запрос поступил от находящейся поблизости организации, связанной с похоронной сферой.

Элира молчала пару секунд.

Поблизости.

Похоронная сфера.

Организация.

Она медленно повернула голову.

За окном — храм.

Белые каменные ступени.

Люсьен как раз вышел наружу и разговаривал с Майло.

Элира смотрела на него несколько секунд.

Потом улыбнулась.

Инспектор уже стоял у двери. Увидев эту улыбку, он пошёл чуть быстрее.

— Мы уходим.

— Всего доброго.

Дверь закрылась.

Элира сняла фартук, положила на прилавок и перешла улицу.

Люсьен заметил её издалека.

Она не шла быстро.

И даже не выглядела злой.

Майло от этого занервничал ещё сильнее.

— Она идёт.

— Я вижу.

— Может, зайдём внутрь?

— Зачем?

— Ни зачем.

Элира поднялась по храмовым ступеням и остановилась перед Люсьеном.

— Ты на меня пожаловался?

— Я подал запрос на проверку соблюдения требований.

Элира кивнула.

— Значит, всё-таки ты.

— В последнее время ты добавила несколько специализированных товаров, часть которых подпадает под правила похоронной сферы…

— Я нарушала закон?

— Если бы проверка обнаружила…

— Я спросила, нарушала ли я закон.

Люсьен сделал паузу.

— Судя по всему, нет.

— Хорошо.

Элира снова кивнула.

— Ты потратил два часа моего времени.

— Обычная проверка не является пустой тратой времени.

— За эти два часа я потеряла трёх клиентов.

— Откуда ты знаешь, что именно трёх?

— Потому что я видела, как они ушли.

Люсьен нахмурился.

— Похоронные услуги не следует считать таким образом…

— Я это с тобой не обсуждаю.

Она перебила его.

— Мой бизнес законен.

— И проверка это подтвердила…

— Прекрасно.

Элира улыбнулась.

— Спасибо за заботу.

Люсьен сразу почувствовал неладное.

— Элира.

— Да?

— Что ты задумала?

— Ничего.

Он пристально посмотрел.

— Правда.

Она даже вежливо ему кивнула и развернулась.

Майло смотрел, как Элира переходит обратно к лавке.

После долгой паузы спросил:

— Почему от этого ещё хуже?

Люсьен чувствовал то же самое.

Из храма вышла сестра Анвен.

— Что случилось?

Майло сказал:

— Элира узнала, кто запросил проверку.

Анвен посмотрела на Люсьена.

— Ты пожаловался?

— Запросил проверку соблюдения требований.

— И результат?

— Нарушений нет.

Анвен пару секунд молчала.

— Она на тебя кричала?

— Нет.

Анвен посмотрела на него дольше и задумчивее.

— Тогда будь осторожен.

Почему все продолжают это говорить?

В тот вечер после закрытия Элира сделала редкую вещь.

Она не стала сразу считать деньги.

Вместо этого открыла книгу.

«ПРАВИЛА МОРРОУГЕЙТА ПО ОБРАЩЕНИЮ С УМЕРШИМИ».

Один из инспекторов посоветовал купить последнее издание, и по дороге обратно она взяла экземпляр в городском управлении.

Элира начала листать страницы.

Не для того, чтобы искать проблемы у себя.

Её только что проверили.

Она искала другое.

Храм.

Храм проводил благословения умерших.

Ещё предоставлял временное хранение.

Иногда принимал неопознанные тела.

Значит…

Какие у него юридические обязанности?

Элира продолжила читать.

«ПОМЕЩЕНИЯ ДЛЯ ВРЕМЕННОГО ХРАНЕНИЯ ОСТАНКОВ».

Она остановилась.

«Останки различных рас должны получать базовые меры сохранения, соответствующие их физическим особенностям».

Следующий пункт.

«Тела с сохраняющейся остаточной магией не могут храниться без отделения от обычных останков».

Следующий.

«Зоны временного содержания водных останков должны обеспечивать базовое поддержание влажности».

Следующий.

«Организации, оказывающие услуги, связанные со смертью, обязаны вести полный журнал временного хранения».

Элира медленно выпрямилась.

Она много раз бывала в заднем помещении храма, где держали тела.

Всё там было просто.

Очень по-люсьеновски.

Насколько просто?

Один каменный стол.

Второй.

Третий.

Между ними занавеси.

Временный резервуар для водных тел был древним.

Горячие тела демонов обычно просто ставили дальше всех.

А Майло часто заполнял журнал постфактум, потому что забывал сделать это вовремя.

Элира дочитала раздел до конца.

Потом медленно закрыла книгу правил.

Несколько секунд сидела молча.

А затем улыбнулась.

— Люсьен.

— Прекрасно.

Она достала бланк.

И начала писать запрос на проверку.

Глава 8. Тогда и я на тебя пожалуюсь

Через три дня городское управление пришло в храм во время утренней молитвы Люсьена.

Не один чиновник.

Четверо.

Двое из них были теми же инспекторами, которые проверяли лавку Элиры.

Как только Майло увидел форму, он замер.

— Священник Люсьен.

Люсьен обернулся.

Старший инспектор протянул документ.

— Внеплановая проверка соответствия требованиям помещений, связанных с обращением с умершими, при храме Морроугейта.

Люсьен нахмурился.

— Внеплановая?

Чиновник сделал паузу.

— Поступил запрос.

Майло закрыл глаза.

Ну вот.

Наконец.

Люсьен спросил:

— Кто подал?

Инспектор сохранил невозмутимое выражение лица.

— Не разглашается.

Люсьен ничего не сказал.

Его взгляд медленно прошёл через открытые двери храма.

Через дорогу, перед своей похоронной лавкой, сидела Элира.

Солнце сегодня было не особенно ярким.

Тем не менее она вынесла наружу стул.

Рядом на маленьком столике стоял чай.

Их глаза встретились через улицу.

Элира подняла чашку и едва заметно отсалютовала ему.

Майло тоже это увидел.

— Ну конечно.

Проверка началась.

Первое: журнал останков.

Инспектор открыл книгу временного хранения храма.

Первая страница — всё нормально.

Вторая — нормально.

Третья…

Инспектор нахмурился.

— Когда это тело водной расы покинуло помещение?

Майло поспешно подошёл.

— Около четырёх часов дня.

— Время выдачи не записано.

Майло посмотрел вниз.

Действительно.

Не записано.

— Пропуск в учёте.

Отметили.

Губы Люсьена сжались.

Второе: раздельное хранение.

Инспекторы вошли в помещение для останков.

Три каменных стола в задней части — для людей.

Два слева — для дварфов и орков.

У стены старый резервуар для временного содержания водных тел.

Один инспектор присел и коснулся края.

— Когда меняли чару влажности?

Майло посмотрел на Люсьена.

Люсьен — на Майло.

— В прошлом году?

Инспектор приложил проверочный камень.

Света не было.

— Истёк срок действия.

Отметили.

Третье: изоляция высокотемпературных останков демонов.

— Где специальная изолированная зона?

Люсьен указал в дальний конец.

— Там.

Инспектор осмотрел пространство.

— Это просто отдельное размещение.

— Да.

— Огнеупорный изоляционный мат?

Нет.

— Предупреждение о высокой температуре?

Нет.

— Барьер остаточной магии?

Только временные молитвенные талисманы.

Инспектор начал писать быстрее.

Рот Люсьена превратился в прямую линию.

Четвёртое: специализированные материалы для тел.

Чиновник открыл шкаф и достал пакет сохраняющего порошка.

Проверил дату.

Срок годности истёк два месяца назад.

Майло побледнел.

— Мы его не использовали!

Инспектор кивнул.

— Просроченный материал всё равно не должен храниться в зоне действующего запаса.

Отметили.

Пятое: запас временной герметизирующей ткани.

Недостаточный.

Шестое: резервные контейнеры для поддержания влажности у водных рас.

Один.

Старый.

Седьмое: обозначение зоны для тел с высокой магической активностью.

Отсутствует.

Когда всё закончилось, Люсьен стоял в боковом зале с предписанием об устранении нарушений в руках.

Старший инспектор зачитывал пункты:

— Исправить порядок ведения журнала временного хранения останков.

— Заменить оборудование для сохранения водных тел.

— Добавить изоляционное оснащение для высокотемпературных и высокомагических останков.

— Немедленно уничтожить просроченные сохраняющие материалы.

— Установить базовые обозначения категорий.

— Срок устранения — двадцать дней.

Люсьен взял документ.

— Эти условия никогда не приводили к происшествиям.

Инспектор кивнул.

— Но правила требуют соответствия.

Фраза звучала очень знакомо.

Настолько знакомо, что Люсьен помрачнел ещё сильнее.

Майло стоял рядом и не решался открыть рот.

Инспектор продолжил:

— Если у вас нет необходимого оборудования, его можно приобрести у лицензированных продавцов похоронных товаров или поставщиков специальных материалов.

Люсьен молчал.

Чиновник как бы между делом добавил:

— Один находится совсем рядом.

Воздух застыл.

Все четверо инспекторов знали, о ком речь.

Майло знал.

Люсьен знал.

Даже Элира, сидевшая снаружи на солнце, знала.

Инспекторы закончили и вышли.

Переходя улицу, они получили от Элиры приветливое:

— Потрудились сегодня.

Один чиновник долго посмотрел на неё нечитаемым взглядом.

Похоже, решил, что эту улицу лучше посещать как можно реже.

Люсьен перешёл дорогу с предписанием в руке.

Элира увидела его и даже не попыталась скрыться.

Просто налила себе ещё чая.

Он остановился перед ней.

— Это была ты.

Элира подняла глаза.

— Что?

— Запрос на проверку.

— Ясно.

Она отпила чай.

— Да.

Брови Люсьена сошлись.

— Ты знаешь, что храм всегда работал нормально.

— А ты знал, что мой бизнес всегда работал нормально.

— Это другое.

— Чем?

— У меня были основания полагать, что некоторые специализированные товары, которые ты продаёшь, могут нарушать требования.

— А у меня были основания полагать, что ваше помещение для временного хранения не соответствует требованиям.

Люсьен смотрел на неё.

Элира смотрела в ответ.

Потом спокойно произнесла:

— Если вы ничего не нарушали, проблем быть не должно.

Майло как раз подошёл к ним.

И остановился как вкопанный.

Разве не ровно это Люсьен сказал ей несколько дней назад?

Ровно.

Люсьен явно тоже помнил.

Люсьен помрачнел ещё сильнее.

— Элира.

— Да?

— Ты сделала это из мести.

— Есть доказательства?

Тишина.

— Я всего лишь глубоко обеспокоена законностью работы городских учреждений, связанных со смертью.

Люсьен уставился на неё.

Элира уже не очень успешно сдерживала улыбку.

— Священник.

— Что?

— Соблюдение требований важно.

Майло отвернул голову.

Он сейчас рассмеётся.

Люсьен медленно вдохнул.

— Тебе весело?

— Нет.

— Ты улыбаешься.

— Бизнес хорошо идёт.

— При чём здесь это?

— Хорошее настроение.

Люсьен развернулся и пошёл обратно.

Элира крикнула вслед:

— Не забудь заменить резервуар для водных тел!

Он ускорил шаг.

— И купи огнеупорные изоляционные маты!

Ответа не было.

— Я их продаю!

Люсьен наконец остановился.

Медленно повернулся.

Элира сидела перед своей похоронной лавкой и сияюще улыбалась.

Их взгляды встретились.

Только теперь Люсьен понял.

Она с самого начала ждала именно этого момента.

— Элира.

— Я здесь.

— У тебя я покупать не буду.

Она пожала плечами.

— Твоё дело.

И добавила:

— Но срок — двадцать дней.

Лицо Люсьена окончательно потемнело.

Глава 9. Закупка для храма

Люсьен у Элиры не купил.

Ни в первый день.

Ни во второй.

Он передал список предписаний Майло.

— Найди поставщиков.

Майло прочитал.

Резервуар для сохранения водных тел.

Огнеупорные изоляционные маты.

Ткань низкого уровня для экранирования магии.

Классификационные таблички.

Свежие сохраняющие материалы.

Огнестойкие подкладки.

— Всё?

— Всё.

— Бюджет?

Люсьен назвал сумму.

Майло посмотрел.

— Может не хватить.

— Сначала собери предложения.

— Хорошо.

Первый поставщик в ремесленном квартале делал товары только для людей и дварфов.

Резервуара для водных тел нет.

У второго были огнеупорные маты.

Доставка — через пятнадцать дней.

У третьего были влагосохраняющие резервуары.

Не того размера.

Четвёртый согласился сделать на заказ.

Цена оказалась такой, что Майло решил, будто ослышался.

Пятый поставщик — похоронный дом «Серебряная вуаль».

У них было всё.

Всё красивое.

Всё премиальное.

Всё дорогое.

Майло посмотрел на смету и решил, что через неё Люсьен пусть мучается сам.

После обеда на столе Люсьена лежали шесть предложений.

Он читал одно за другим.

Чем дольше читал, тем тише становился.

— Почему эти огнеупорные маты такие дорогие?

— Дворянский класс.

— Храму не нужен дворянский класс.

— Поэтому я его зачеркнул.

— Влагосохраняющий резервуар?

— В наличии только у «Серебряной вуали».

— В четыре раза дороже обычного.

— С серебряной отделкой.

Люсьен поднял глаза.

— Телам водных рас нужна серебряная отделка?

— Нет.

— Тогда зачем она?

Майло подумал.

— Красиво?

Люсьен положил смету.

— Следующий.

— Индивидуальный заказ. Пятнадцать дней.

— Срок исправления — двадцать.

— Да.

— Формально успеваем.

— Они не гарантируют перевозку.

Повисла тишина.

Майло медленно достал последний лист.

Но сразу не передал.

Люсьен взглянул на него.

— Ещё один?

— Да.

— Дай.

Майло протянул.

Заголовок был предельно ясным.

«ПОХОРОННАЯ ЛАВКА ВОСС».

Люсьен не пошевелился.

— Почему она в списке?

— Потому что вы велели собрать все предложения.

Тишина.

— Она поставщик.

Люсьен опустил взгляд.

Резервуар для водных тел.

В наличии.

Базовая чара влажности включена.

Огнеупорные изоляционные маты.

В наличии.

Ткань для экранирования магии.

Есть.

Классификационные таблички.

Два дня.

Сохраняющие материалы.

В наличии.

Огнестойкие маты.

В наличии.

Итог…

Почти на двадцать процентов дешевле второго по цене поставщика.

Доставка включена.

Люсьен долго смотрел на сумму.

— Она специально снизила цену?

— Я спросил Брама.

— Зачем ты спрашивал Брама?

— Чтобы убедиться, что она не нарисовала цифры из головы.

— И?

— Обычная рыночная цена.

Майло помолчал.

— Она даже не добавила «храмовую наценку».

Люсьен молчал.

— Когда доставит?

— Завтра.

— Всё?

— Кроме новых табличек. Они послезавтра.

В кабинете стало необычно тихо.

Через некоторое время Майло спросил:

— Что будем делать?

Люсьен взял предложение Элиры.

Положил.

Снова взял.

— Есть другой вариант?

— Есть.

— Какой?

— Купить у «Серебряной вуали».

Люсьен посмотрел на сумму.

— Нет.

— Подождать пятнадцать дней.

— Слишком рискованно.

— Тогда…

Майло не договорил.

Ответ лежал на столе.

Люсьен на секунду закрыл глаза.

— Я схожу сам.

Майло сразу оживился.

— Сами?

— Есть проблема?

— Нет.

Конечно, нет.

Ему просто очень хотелось посмотреть.

В четыре часа дня колокольчик «Похоронной лавки Восс» звякнул.

Элира учила Пиппу читать лист измерений орка.

— Длину хвоста записываешь отдельно. В рост не включаешь.

— Почему?

— Некоторые хвосты загибаются.

— А.

— Рога тоже отдельно.

— Тоже?

— Да.

— Уши?

— Обычно нет.

Пиппа подняла голову и увидела дверь.

Пиппа сразу насторожилась.

— Босс.

— Да?

— Клиент.

Элира обернулась.

На пороге стоял Люсьен.

Она моргнула.

Потом совершенно естественно спросила:

— Кто умер?

Его лицо потемнело.

— Никто.

— Тогда зачем ты в похоронной лавке?

— Закупка.

В помещении стало тихо.

Пиппа посмотрела на Люсьена.

Потом на Элиру.

Она понятия не имела, что происходит, но инстинкт подсказывал: сейчас будет хорошо.

Элира медленно положила лист измерений.

— Закупка?

— Для храма.

На её лице начала появляться улыбка.

Не сразу.

Постепенно.

По одному градусу.

Люсьен увидел весь процесс.

— Элира.

— Я ничего не сказала.

— Перестань улыбаться.

— Я не улыбаюсь.

— Улыбаешься.

— Бизнес в последнее время хорошо идёт.

Она вытащила книгу заказов.

Хлоп.

Открыла.

— Говори.

Люсьен положил на прилавок список предписаний.

Элире почти не нужно было смотреть.

Она практически знала его наизусть.

— Один резервуар для сохранения водных тел.