Два года назад, в середине сентября дочка меня пригласила к себе работать в частную кондитерскую недалеко от дома. Материальное положение было неважным и я без раздумья согласилась. Не зная своих обязанностей и заработной платы, я целиком погрузилась в кондитерское искусство. Поскольку дочь и хозяйка кондитерской были молоды, а я находилась в самом начале физиологического увядания и ничего не знающей в кондитерских бисквитах и кремах, и их названиях, кроме как быть подсобником казалось реальностью действительности. Чтобы влиться в обстановку - без напоминаний и просьб мыла посуду в мойке и собирала у шефов, на что хозяйка мне ответила, что меня наняли не как посудницу, каждый, мол, моет за собой.
Не привыкшей работать неофициально мне не было понятно ничего и я бегала по подсобному помещению за девчонками, как бешеная, от чего ноги гудели и не было сил стоять, но был энтузиазм и возможность больше времени проводить со своим старшим ребенком, которая была по жизни неразговорчивой и живущей незамужней вместе с нами, доверяя всю работу по дому своей матери. Будучи склонной к самоанализу, мне не составляло труда работать в подсобниках, но их насмешки над моей неопытностью и детской непосредственности веселило кондитерское братство. Поскольку я по возрасту была самой старшей, то внутренний мир требовал к себе уважения и тактичности, а я на всем протяжении работы находилась в недоумении и неясности в самых простых вещах.
Шуткой или нет, мои кондитерки заявили, что в других подобных учреждениях стулья для персонала не предусмотрены, а мои ноги мечтали присесть и до слез уставали от напряжения, требовали к себе внимательного отношения после двух давних операций на берцовой кости. Позже, когда я немного осмелела от ответственности и предвзятого к себе отношения дослужилась до изготовления сахарной пудры на стареньком комбайне из сахарного песка, сидя на деревянном интерьерном квадрате, что остался от бывших хозяев. Девчонки методично сбрасывали на меня свой негатив, а я терпела лишь потому, что в душе думала, что это помещение куплено моей дочерью, поскольку лишь с ее характером можно было скопить приличную сумму и усердно работать по двенадцать часов ежедневно и без выходных, живя с родителями на всем готовеньком.
Мысли от усталости пыткой разжигали неясные моменты. Если учесть, что я работала от того, чтобы помочь дочери в первую очередь и вывести их на чистую воду. То что я о них знала - сладкое мизерное зернышко, посаженное в безграничные сомнения. Интуиция подсказывала, что дочь, а теперь еще и меня хозяйка задействует, как бесплатную рабсилу. Если дочка моя - темная, но добрая лошадка не была наивной, то напрашивался вывод - осталось облапошить меня. Помещение, в котором мы работали было новым, расположено на первом этаже многоквартирного дома. Время шло, а про первую зарплату не было речи, что томило изо дня в день. Смотреть, как начинает развиваться семейный бизнес, который фиаско потерян был мной, потому что не было поддержки. Мне было не понятно и обидно, что график шесть на один не был удобен для молодой девушки, коей являлась моя незамужняя дочь, а внуков при такой занятости мне было не видать. Каждый человек силен по-своему. Моя сила была во мне. И когда ее нужно было предъявить не всегда получалось вовремя.
Тормознутость присуще каждому, минус заключается в том, чтобы не прогрессировала. Моя природная порядочность не давала спросить на прямую о заработной плате, поэтому, живя в неведении работала на тётю, знакомую дочери и никаких поблажек мне не причиталось. Единственная радость была – короткий перекур среди некурящих дам на улице, сидя на корточках. Отработав месяц на мини кондитерской фабрике, в один прекрасный день я просто сказала дочери, что на эту работу не пойду – никогда! Доверительные её доводы не смогли противиться супротив адской усталости и боли в ногах были доведены до крайности.
Мне не нужна была такая работа, где я выматывалась на все сто процентов, что еле добравшись до дома и, сидя на краю дивана со снятыми до колен штанами и с откинутой назад спиной - плакала от боли и усталости, а младший черный кот, понимающе жалел меня и мурлыкал, сидя на коленях. Мне не нужны были эти булочки с корицей, задача которых очевидно была предоставлена мне, за исключением моих обязанностей. Ко всему прочему, заслуженную зарплату получила переводом только через две недели, как уволилась - через дочь, которая обожала заниматься кондитерской выпечкой. Больше мы с дочерью не разговаривали насчет работы, после того, как она назвала меня в шутку предателем. Прикинув количество рабочих смен, осталась возмущена расчётом, из которого получалось равной тысячи рублей смена, в то время как я готовила еду для всей семьи и угощала хозяйку, тем более вся домашняя работа была исключительно на моих плечах. Ради чего терпеть такие жертвы!?
Вполне возможно, что кто-то может посчитать меня нытиком, пишущего всякую ерунду, вместо того, чтобы наводить порядок в квартире и варить борщ. Мое же мнение, что порядок надо начинать наводить с собственной головы. Слава Богу - было все в порядке до этого времени. Ничего особенного. Тем не менее, в тот момент, предпочла о деньгах и официальном трудоустройстве умалчивать как рыба. Дочь молчала, как ничего не замечающая сахарная печенюшка. Хозяйка, как волчок крутилась с раннего утра до поздней ночи, почти не видя семьи, а моя красавица ишачит не видя выходных и праздников без стимула не верилось. При таком раскладе, внуков мне еще долго не видать. Как мне казалось работали за идею, но какой мотив из этого предприятия вырисовывался - мне до сих пор не понятно.
Не буду скрывать, но тысяча рублей за смену не входила в мои материальные планы, потому что находилась в долгах, как в шелках, а мое приготовление еды на следующий день и завтрак возлагалось на меня и не бралось во внимание. Одним словом - я не оказалась глупышкой и ни солоно нахлебавшись распрощалась с кондитерским альянсом единомышленников. Мало того, выразила свое несогласие и затаила обидное доказательство найти лучше и легче работу, чтобы утереть нос злорадствующим. И, как бытует старое выражение: Родственникам вместе работать нельзя ". Из моих пожеланий складывалась нехитрая работенка в чистке и нарезке - одним словом - заготовщиком.