Как только был готов отвар, я налила его в кружки Сайдеру и себе. Кинула туда листья брусники, мяты. Аромат по комнате разлился сладкий и чудесный.
Когда Сайдер допил свой отвар, неожиданно спросил:
– Кая, сколько тебе лет?
Я хлопнула глазами, не ожидая такой вопрос.
– Восемнадцать исполнилось неделю назад.
У Сайдера брови поползли вверх от удивления.
– Да? А на вид тебе лет шестнадцать.
– Инициация ведьмы всегда происходит ближе к совершеннолетию, – тихо проговорила я и принялась убирать со стола.
– А почему ты одна в лесу? Ты говорила о бабушке вроде.
– Ее недавно … – «убили», – не стало.
На глаза навернулись слезы, и я отвернулась, вытирая их.
Скрипнул стул, и я почувствовала тяжелую руку на плече.
– Мне очень жаль, Кая, – и так тепло стало на душе, что хоть кто-то на этой земле мне посочувствовал. Я затаила дыхание и чуть наклонила голову к его руке, ощущая тепло его кожи.
– Спасибо, – тихо выдохнула я.
– Тебе чем-то помочь по дому? – предложил Сайдер, а мне стало очень приятно.
– Нет, – помотала я головой. – Спасибо.
А потом повернулась к мужчине и сказала:
– Ты, наверное, устал, давай я тебе постелю.
Я смахнула слезы, легко улыбнулась и направилась к лавке, расстелить одно из одеял.
– Вот, можешь лечь здесь, а я лягу на полу, – указала ему на лавку.
– Ага, еще чего. Мужик будет лежать с удобством, а хрупкая девушка мерзнуть на досках? – Он забрал из моих рук второе одеяло и постелил себе на полу.
Сайдер разулся и лег поверх одеяла, положил руки за голову и растянулся во весь рост. Казалось, теперь в избе не осталось свободного места.
Я растерянно смотрела на него несколько секунд. Думала, насколько я безрассудная, привела незнакомого мужчину к себе в дом. А если он на меня нападет или начнет домогаться? Я совсем одна в лесу, мои крики не услышат и никто не поможет. И что мне делать? Я мялась и переступала с ноги на ногу.
– Ложись спать, Кая. Я тебя не трону, – произнес он, не открывая глаза.
– Ты обещаешь? – зачем-то спросила глупость я.
Ведь он мог и солгать. И как мне спокойно уснуть рядом с таким громилой?
– Не волнуйся. Я не беру женщин против их воли, – ответил Сайдер.
Я поверила. Потому что выбора не было. Мне некуда идти ночью.
Я выдохнула и потушила свечу. Тихонько пробралась через его ноги к лавке, легла и закуталась в одеяло. Долго лежала и слушала ночные звуки леса, где темнота жила своей таинственной жизнью. Где-то вдалеке ухал филин – низкое, пугающе четкое «ууух», будто кто-то дул в пустую бутыль. Его крик подхватывало эхо, растворяясь в черноте. Ветер шевелил верхушки сосен, и они отвечали ему мягким, будто сонным шорохом, словно великаны перешептывались сквозь дрему.
Вдруг раздался резкий треск. Я села и затаила дыхание, прислушиваясь, вдруг охотники вышли на мое убежище?
– Это, скорее всего, барсук, – раздался спокойный голос Сайдера.